Отражение зла

— Мариэль, подойди, — послышался хриплый голос Леголаса из-за балдахина. — Мой принц, — девушка прошлась по комнате и села на свободное кресло, рядом с кроватью. Леголас выглядел хорошо, улыбался и даже пробовал шутить, пряча руку под легким покрывалом. — Я знаю, что напугал тебя вчера, но то, что ты сделала, — эльф был явно поражен. — Знаю, мой отец вчера не сдержался, думаю, ты сможешь простить его.       Кивнув, принц убрал край одеяла и показал ту самую руку, которую вчера лечил Мелькор. Все пальцы были на месте и двигались.  — Боги! — едва не крича, поднялась девушка, прикрывая рот рукой. Получилось, Мелькор не обманул. — Это правда? — Конечно! — Можно? — Мари дождалась позволительного кивка и только тогда коснулась руками новой конечности принца. Она ничем не отличалась от другой руки, и это было поразительно! — Это невероятно! — Чем я могу отблагодарить тебя?       Мари вздохнула. Она исправила собственную ошибку и не могла сказать об этом принцу. А уж чего-то требовать не позволило бы ей воспитание. — Мне ничего не нужно, мой принц, — улыбнулась Мари. — Если бы Вы только могли остановить время и оставить меня в Лихолесье ещё не на долго.       Воспоминания о скорой свадьбе заставили девушку вздрогнуть и, наверное, поменяться в лице, так как принц сразу же заметил это и попытался приободрить рыжую. — Ох, Мари, ты из-за свадьбы? — спросил он, касаясь её плеча здоровой рукой. — Неужели никто не сказал тебе? — Не сказал, что? — Гномы уехали на рассвете, Килли как-то уговорил короля под горой повременить. Уж не знаю, что он ему сказал, но Торин, уезжал в спешке и даже не потрудился разорвать контракт. — Спасибо, — Мари засмеялась. Это была прекрасная новость, значит, она таки сможет побыть в Лихолесье ещё какое-то время. Но всё это было лишь отсрочкой неизбежного: она должна вернуться в свой мир и забыть то, что было здесь. — Ты опять грустишь. — Нет, мой принц, — девушка поднялась с кровати и шагнула к выходу. — Мне пора, обещаю навестить Вас, позже. — Конечно.       Мари легко поклонилась и вышла из комнаты принца. Ох, это было что-то невероятное! Тяжкий груз упал с плеч проводницы, и теперь она чувствовала себя на удивление хорошо и легко. Омрачало эту радость лишь то, что она не спала всю ночь и попусту изводила себя, а ещё разнесла свою комнату и добавила работы Лиэль, которая, наверняка, теперь на неё злилась больше, чем до этого.       Как и ожидалось, в покоях Мари уже работало три девушки. Они вытирали пол, собирали кусочки стекла, чинили мебель и рваное белье.       Девушка замерла на пороге и долго смотрела внутрь, не решаясь зайти. Наверное, стоило бы попросить другие покои, но это была её вина. Она сама вчера вечером позволила эмоциям взять над собой вверх. — Леди Мариэль, — раздался голос слуги короля за спиной рыжеволосой. — Эленион, — улыбнулась она, разворачиваясь лицом к эльфу. — Что-то случилось? — Владыка просил пригласить Вас к нему, — быстро отчеканил он, наблюдая за молодой служанкой.       Мари проследила за его взглядом, улыбнулась. О! У нас тут любовь! Рыжая любила такие истории и поэтому дала себе слово долго служанок не задерживать. — Передай, что я сейчас приду. — Леди Мариэль… — не уверенно начал он, переминаясь с ноги на ногу. — А это правда, что Вы вернули принцу руку? — Кто тебе сказал? — По замку говорят, — испугавшись грозного тона Мари, эльф сжался и отвел взгляд. — Правда, Эленион, — похлопав слугу по спине, проговорила она. — Только не говори никому, что я это сказала, ладно?       Дождавшись кивка, Мари поспешила скрыться в своих покоях. Да, внутри был ещё тот разгром. Странно, ведь раньше, она с легкостью контролировала гнев, в этот раз было очень больно, и вся эта боль выползла наружу.       Прогнав грустные мысли, девушка решила принять ванну перед походом к королю, хоть и в этом мире для этого приходилось изрядно попотеть. К счастью были слуги, которые могли быстро нагреть воды, погладить и постирать одежду.       Окунувшись в теплую воду, Мари закрыла глаза, чувствуя усталость. И раньше она проводила бессонные ночи, но эта далась ей нелегко. В своих покоях она чувствовала себя одинокой и сломленной. Наверное, всё, что она пережила в этом мире, дало о себе знать. Конечно, были и светлые моменты. Сетрик и Люсиль, например. Их чувства восхищали проводницу. И хоть парочка думала, что они всё скрывают, для Мари это было вполне очевидно. Два таких не похожих человека, она ботаник, он дубина. Кто бы мог подумать, правда? Скорее всего, они уже не думали о возвращении домой и хотели устроить свою жизнь здесь.        Отчасти Мари и сама не хотела уходить. Здесь была магия, разные существа другие обычаи, природа и даже воздух был другим. А ещё здесь жил он — король Лихолесья. Отчего-то девушка была уверена, окажись он в её мире, всё было бы иначе. Таким, какой он есть, его делал этот мир.       Так, незаметно для себя, Мари уснула, а проснулась лишь, когда за окном стемнело. Подскочив на месте, она схватила полотенце и принялась наспех вытираться. — Чёрт, чёрт, чёрт! — зло выдохнула она, в спешке натягивая белье и пытаясь успокоиться. Трандуил, наверняка, вне себя от гнева и теперь чтобы загладить вину, придется потрудиться.       На минуту девушка остановилась посредине комнаты с белой тряпкой в руках, задумавшись. Зачем одеваться? Минимум одежды — залог успеха. Так, накинув лишь белую длинную ночнушку, а поверх легкий шелковый халат, она отправилась в покои короля, надеясь, что он примет её сейчас.       Стражи в коридоре снова было мало. Два воина, стоявшие возле двери в комнату короля, лишь смерили её взглядом, но пропустили. — Король сейчас занят, — презрительно отозвался страж, оглядывая Мари с ног до головы. — Владыка звал меня к себе, и вот я здесь, — грубо ответила она и закрыла дверь прямо перед носом пытливого стражника.       Остановившись на пороге, Мари задумалась, это ведь было очень странно: она в непристойном виде заходит к королю. Страшно представить, что подумали о ней эти беловолосые статуи. На мгновение щёки девушки вспыхнули румянцем, а рука сама собой поднялась и хлопнула хозяйку по лбу. Ну, надо же было одеться! Но теперь рассуждать о своем позоре было поздно, стражники же не люди и могли подумать совершенно о другом.       Снова ударив себя по лбу рукой, рыжеволосая качнула головой. Какое дело, что подумают стражи? Она пришла к королю, а не к ним. Пусть думают, о чем хотят.       На том и порешив, Мари глубоко вздохнула и прошлась по огромной гостиной, которая пустовала. Было бы странно, если бы Трандуил увидел, как она сама себя отчитывает. К счастью король был занят какими-то другими делами. По всей вероятности он, и правда, работал здесь до какого-то времени, ведь на столе ещё горела свеча. Но сейчас его стул пустовал, а на полу лежала зеленая туника, чуть дальше белая шелковая рубашка, штаны и уже возле арки в другую комнату сапоги.       Завернувшись в халат, девушка замерла на месте. Он решил принять ванну? Сейчас? А что будет, если он выйдет и увидит её в таком виде? Внутри Мари началась паника. Но ведь она сама пришла сюда едва ли одетой по этикету и, наверняка, тогда в комнате, подозревала, чем закончиться сегодняшняя ночь.       Успокоившись, рыжая, скинула с себя тонкий халат и отправилась в купальню, на ходу стаскивая с себя остатки одежды.       Войдя внутрь, Мари увидела короля. Он расслабленно лежал в воде, словно статуя, опустив руки на широкие позолоченные борта купели, длинные волосы ниспадали с плеч на руки, а часть из них находилась в воде. Казалось, что Трандуил спит, его мерное дыхание лишь подтверждало это.       Мари на несколько секунд застыла на пороге, любуясь эльфом, запоминая и фиксируя в памяти этот момент. Почему же именно этот? Потому что, именно сейчас девушка могла повернуть назад, уйти из комнаты, убежать и забыть. Но если она всё же решиться сделать то, зачем пришла, обратного пути не будет никогда.       Отогнав мысли, она обошла купель, легко коснувшись пальцами волос короля и, залезла внутрь, занимая место рядом с эльфом. Она не знала, что будет дальше. Может быть, Трандуил всё ещё злиться и он прогонит её сейчас. Ну и пусть! Дороги назад уже нет. — Ты опоздала, — наконец открыв глаза, холодно произнес король. — Я уснула, — поймав взгляд его глаз, девушка почувствовала себя ребенком, будто сейчас он накажет её, поставит в угол.       Трандуил молчал, изучая её глазами, спрашивая, зачем она пришла так поздно и посмела нарушить его покой. Сейчас Мари не могла понять злиться он или просто не хочет видеть её. В прочем, это было не так важно, она пришла сюда по делу. — Вы злитесь? — спросила она, кусая нижнюю губу. — Ты не сказала мне, что хочешь исцелить моего сына. Я думал, что ты не станешь скрывать от меня такую информацию. — Мне было страшно, — сложив руки на груди, разозлилась она, словно Трандуил был обязан читать её мысли. Но спустя секунду, уже пожалела, что завела этот разговор. — Знаю, — прошептал он, касаясь рукой её волос, приближая её лицо к себе. — Никогда, слышишь, никогда так не делай больше. — Обещаю, — выдохнула Мари, касаясь губ короля своими.       Оторвавшись лишь на минуту, она коснулась губами мочки уха, провела по нему кончиками пальцев, заставляя эльфа шумно втянуть воздух. Тайное желание Мари осуществилось, она всегда хотела потрогать заостренные уши эльфов, но выяснив, что они являются чем-то интимным для каждого эльфа не спешила просить кого-нибудь о такой услуге.       Исследуя тело короля рукой, она стремилась запомнить каждый сантиметр, опускаясь всё ниже и ниже, пока не достигла набухшей плоти. Не получив какого-либо отказа, Мари продолжила ласки. Обхватив затвердевший орган рукой, девушка начала медленные движения, слегка прикусив зубами мочку уха.       Теплые руки короля опустились девушке на грудь. Он безжалостно играл с ней, пропуская соски меж пальцев, поглаживая нежную белую кожу и губами касаясь шеи, заставляя рыжую замирать и вздрагивать от каждого прикосновения. А когда рука Трандуила опустилась к лону, а глаза заглянули в глаза, она на секунду забыла, как дышать, выдав звук даже отдаленно не похожий на стон возбуждения. Это был крик, приказ, не останавливаться.       Не выдержав, Мари соединила их губы, деля охвативший её огонь на двоих, ускоряя движения рукой. Король вдруг теснее прижал её к себе, а через секунду, девушка уже была сверху, бедрами чувствуя, насколько он сейчас возбужден.       Никогда ещё в Мари с такой легкостью не вспыхивало, готовое в любую секунду взорваться ослепительной вспышкой, желание. Обычно для этого требовалось много времени и усилий, но с другой стороны, не этого ли она ждала с их самой первой встречи?       Губами она спустилась ниже, поглаживая тело короля, стараясь не разрывать тесный контакт между их глазами. В секунды добравшись до возбужденной плоти, Мари провела пальцами от основания до кончика, заставив короля шумно вдохнуть, а потом, коснувшись его рукой, обхватила губами, принимая в себя. Она старалась быть нежной, двигаться медленно, ласкать его, чтобы он смог почувствовать то же, что и она.       Не дав Мари довести дело до конца, Трандуил одним движением подтянул её к себе и впился страстным поцелуем в её губы. Не отрываясь от девушки, король слегка приподнялся и развернулся так, чтобы она оказалась под ним, обхватывая ногами талию эльфа. Без лишних промедлений они слились в единое целое.       Заглушая громкий стон поцелуем, эльф даже не догадывался, что пробудил в её душе что-то новое, непонятное, пульсирующее в такт их движениям. Мари никогда раньше не испытывала ничего подобного и даже тот раз в оранжерее нельзя было сравнить с тем, что она чувствовала сейчас, не представляла, что такое возможно.       Их связь нельзя было отнести к случайной любви. Случайности не случайны, особенно, когда в тебе сидит тьма. Мелькор знал, что между ними есть искра, она была ещё в самом начале, когда Мари взглянула на короля, словно на обычного человека. Жаль, что ни к чему хорошему эта связь пока не привела.       Отчаянным усилием воли, Мари попыталась забыть о своей уязвимости, но у неё ничего не получилось. — Идем, — она слегка оттолкнула короля и тот послушно остановился.       Так вместе они перебрались в королевскую спальню на большую двуспальную кровать. Опрокинув девушку на мягкую перину, эльф не спешил снова соединяться с ней. Он опустился на колени перед кроватью, припадая губами к её лону. Прильнув к королю всем телом, она наслаждалась, пока умелые руки неторопливо ласкали её снаружи и внутри. Извиваясь, словно змея и издавая громкие звуки, Мари забыла обо всем и даже докучливые мысли словно кто-то выбил из её головы. Были только чувства, только эти мягкие, настойчивые губы и пальцы.       Вдруг Трандуил отстранился от неё, но лишь для того, чтобы лечь поверх девушки и погрузиться в неё могучим рывком, вминая её тело в мягкую постель. Рыжая пошевелилась, устраиваясь удобнее, её руки заскользили по спине эльфа. Ощутив прикосновение её пальцев, король едва слышно застонал и прикоснулся к губам в жадном, горячем поцелуе. — Позволишь мне быть сверху? — вдруг отстраняясь спросила она.       Последовало несколько неловких движений, и вот Мари была уже сверху. Ловя медленный ритм, девушка взяла руки эльфа в свои и опустила к себе на грудь, слегка сжав их. Он был лучшим, что когда-либо случалось в её жизни. Самый красивый мужчина и единственны, кто вызывал в ней такие чувства.       Она уже не понимала, где заканчивается король и начинается она, они были одним целым, одним организмом. Чувствуя, что вот-вот взорвется, девушка увеличила темп, до тех пор пока не вспыхнула ярким горячим шаром чистейшего наслаждения. Оказавшись в эпицентре оргазма, она выкрикивала бессвязные слова, сотрясаясь всем телом.       Изможденная она расслабилась, обнимая короля, который тесно прижался к ней, со стоном излился в неё, так же достигнув разрядки.       Некоторое время они лежали обнявшись, дыша в унисон. Мари не смогла бы пошевелиться, если бы даже вдруг началась война. Король заставил её расправить крылья, показал, как хорошо им может быть вдвоем.