Никому твое сердце

5 лет назад.       Эта ночь нам запомнится надолго. Именно сегодня мы напоминали двух зверей, которые сорвались с цепей. Ибо другое сравнение попросту не лезет в голову. В квартире царила атмосфера некой животности. Все происходящее было на уровне инстинктов, даже жалкий журнальный столик не выдержал столь зверского желания. Примитивных охов и вздохов не наблюдалось, лишь львиное рычание, дразнящее наши тела. Никто не церемонился в своих действиях. Каждое движение было резким и сумбурным, напоминавшее атаку большого животного из семейства кошачьих. Раз, и клетчатая рубашка полетела лоскутами на пол. Два, и его серый свитшот, подаренный на день рождения женой, с треском разорван, обнажая столь крепкое и до безумия соблазнительное тело. Нещадно царапаю спину и кусаю плечи, а мужчина лишь скалится и шипит в ухо. Крепкие руки охватили мое хрупкое, по сравнению с его, тело. Закидывает на плечо. Глухой шлепок и завтра на моей прекрасной части тела будет красоваться ровный след от зубов. Грубый бросок. Я ударяюсь затылком о твердую спинку кровати, зажмурившись от внезапной и резкой боли. Но головная боль была тут же отодвинута на второй план, ведь надо мной навис великий хоккеист, чьи прикосновения дают организму щедрый разряд тока. Шаловливые ручонки тянутся к его каменному торсу, оставляя красные следы от наманикюренных коготков. И плевать, что об этом рано или поздно узнает его жена. И нам снова придется откладывать наши плотские утехи недели на две. Плевать, сейчас он полностью в моем распоряжении.       Он жадно кусал губы, оставляя болезненный отпечаток себя. А мне приходилось отвечать такой же борзотой, стягивая его спортивные штаны. Хитрая ухмылка и он отстраняется, сверля меня своими очаровательными серо-синими глазами, в которых читалась одна лишь строка: «Я получаю всегда то, что хочу». Мгновенный отдых закончился и мы продолжили поглощение друг друга. Я тянулась к нему, словно он – мой кислород, отчего внезапно вырвалось его имя. Конечно, когда девушка в экстазе говорит имя своего хищника, это щекочет его самолюбие. Но мы слишком затянули с «предварительными ласками», которые напоминали какое-то сопротивление в изнасиловании.       Шлепнула резинка контрацептива и начинался второй тайм. Его белоснежные зубы впились в мою ключицу, а я выгнулась при первом же движении. Он положил свою разгоряченную ладонь мне на шею и слегка сдавил сонную артерию. В этот же момент произошел резкий толчок, от которого у меня поплыло в глазах от удовольствия. Нет ничего лучше секса с удушением, особенно с таким мужчиной. Я чувствовала, как некие импульсы делают забег от корней волос до кончиков пальцев ног. Ногти впивались в мощную спину, намекая ведущему прибавить темп. Казалось, что это длилось бесконечно, разум давно витал где-то в космосе. Но стоило только открыть глаза, как его лицо было в паре сантиметров от меня. Пальцы перебирали колючие волосы, которые щекотали кожу. Когда мы одновременно достигли пика, то слились в таком же страстном поцелуе. Уставшие, потные и до тошноты удовлетворенные. Он, тяжело дыша, рухнул рядом, а я, как довольная львица, положила голову к нему на грудь. Сердцебиение было дичайшее, словно мы под дозой героина. Это просто незабываемое чувство, когда он проводит по волосам и целует в плечо, говоря о том, что ему со мной хорошо. Но при этом мы оба знаем, что будет завтра. Примем совместный душ, позавтракаем вместе, приберем все, что «пострадало» от нашего безумия, вместе выйдем и разойдемся каждый в свою сторону. Он к жене, рассказывать об очередной дополнительной вечерней тренировке, а я пойду на работу, где буду на протяжении всего рабочего дня убивать себя изнутри.       Но это утро отличалось от других. Я проснулась в четыре, ибо мой самолет до Подольска всего через два с половиной часа. Хватило тридцати минут для того, чтобы привести себя и всё остальное в порядок. Я села на кровать, где богатырским сном спал «мой» мужчина. Сердце разрывалось на куски, мне не хотелось даже лишний раз к нему притронуться. Но взяв себя в руки, я положила на комод злосчастную записку, что строчила еще за неделю до отъезда. Ох, сколько слез было пролито, сколько бумаги исписано… Но пора отказаться от того, что возможно никогда не будет твоим. Последний раз взглянув на него, я грустно улыбнулась, поправила листок и удалилась из комнаты. Надеюсь, что в Подольске мне удастся скинуть этот груз и вздохнуть полной грудью.       Дверь закрылась и нет пути назад. Пора начинать новую жизнь.