***
Что вам всем от меня нужно?! Дай спокойно подделать подписи Жилина и уже упиздовать домой! Мой палец уже приловчился к сенсору, чтобы сбросить очередной вызов от Руслана. Думала, что после сюрприза он угомонит свой пыл и отстанет. Нет, это же Жданов — банный лист на моей красивой жопе. Стоило звонкам прекратиться, как посыпались смс с тупыми фразами: «Ты же знаешь, что я сделаю все, чтобы у нас состоялся разговор. Хочешь этого или нет!». Плюхнувшись на кресло, я пробубнила какую-то злую порчу, пока пальцы печатали ответный текст о согласии на встречу. Чертов Жданов! Слишком много его стало в моей жизни опять. Надеюсь, после этого все закончится. И мы снова будем жить каждый в своем ритме. Я обернулась в сторону гигантского окна, которое открывало вид на площадку, где сейчас проходила тренировка того самого хоккеиста. Даже несмотря на такое значительное расстояние, все равно я ощущала этот пристальный взгляд светлых глаз. Стоило мне на секунду отвлечься, как боковое зрение заметило некое резкое движение на льду. В кругу игроков стояли Жданов и Макеев и что-то друг другу говорили. Твою мать! Я тут же подскочила, позабыв обо всем, даже дверь кабинета не закрыла. В голове пульсировало одно слово: «Беги!». Эх, жаль, не застала ошеломленное личико зализанного Тольки, а вот нехер попадаться мне под ноги. Потом отчитаешь, у меня мужики дерутся… Но это не точно. Ух, как бы сказал мой дед, у меня вся задница в мыле от такой пробежки. Запыхавшись, трижды споткнувшись, я влетела на корт и отозвала кучу потных мужиков. То, что мой выход был эффектный — это ничего не сказать. А как бы я отреагировала на сумасшедшую мадаму, которая врезается чуть ли не лбом в борты и которая заверещала как фурия на всю площадку? Правильно, с такой же рожей со знаком вопроса над головой. — Маргарита, вы мешаете процессу, — гаркнул на меня Сергей Петрович. Так, кто-то нарвался на порцию пиздюлина. Элегантно поправляю волосы. — Сергей Петрович, лучше не злите меня, а объясните вот этот хоровод посреди тренировки, — руки в боки, уверенность на лице. Держи марку, Соловьева. Ну, давай, пиздани мне про «объяснение упражнения» или « очередное собрание команды по поводу игры». Ну же, Петрович, удиви меня. А до Жданова я еще доберусь. — Я объяснял Руслану Михайловичу его ошибки на площадке, — почти попала. Да? А что у тебя губы напряжены, как будто уже получил по лицу? Кусаю губу, бросила короткую фразу о том, что мне все понятно, грозно зыркнула в сторону нападающего, что ехидно давил лыбу. Вечерок обещает быть интересным.***
Так, с Макеевым разобрались. Включила режим недоступной ежихи. Нечего хамить любимой даме при стаде баранов даже, если он при исполнении. В качестве наказания три дня побуду безразличной сучкой, которая вечно где-то задерживается. Как раз начну с сегодняшнего дня, задержусь на работе. Судя по макулатуре, мне реально придется застрять в этой дыре. Вот Жилин! Когда-нибудь мои нити терпения не выдержать его давления, и я втопчу дешевый синий пиджак в ближайшей куче говна. Он должен быть благодарен судьбе за то, что его сотрудники — люди со стальными нервами. Ведь далеко не каждый вынесет такое поганое отношение к себе, где самооценка молниеносно летит ко дну. И пока я размышляла о деталях коварного плана, мой телефон зазвонил. Сережа. Извини, любимый, но сегодня ты сам себе подписал злосчастный приговор. Ничего, потерпишь. А теперь горбатый. Но как говорится, вспомнишь… — Когда ты научишься стучаться? — на выдохе произнесла я, убирая стопку бумаг с подписью псевдо-Жилина в тумбочку стола. Руслан ухмыльнулся и тут же достал из сумки бутылку вермута, сука, моего любимого. Как он догадался, что я хочу набухаться?! Вот жук. Капля совести испарилась в духоте кабинета, поэтому с легкостью на душе, я выхватила алкоголь из рук хоккеиста. Пару глотков и я настроена на нужный лад. Жданов по инерции по-хозяйски развалился на диване, сложив свои гигантские ноги на прозрачный журнальный столик. Так, спокойствие, лучше еще выпить. Сладкое послевкусие напитка вызвало у меня легкую улыбку, что приятно удивило русоволосого. — Вторая версия тебя оказалась довольно-таки неплохой, — мечтательно произнес мужчина, сидящий напротив, что наблюдал мою реакцию. Э, нет, дорогуша, на очередную провокацию я не поведусь, ибо это был мой план-капкан. — Копий я испробовал много, но ничто не сравнится с оригиналом. Я стою, облокотившись о стол, попиваю любимый алкогольный напиток, слушаю двусмысленные комплименты. Мечта любой девицы. Жаль, что рефлексы уже не те. Мгновение, и Руслан стоит передо мной на расстоянии вытянутой руки. Своей огромной лапищей плавно перехватывает у меня бутылку и делает щедрый глоток. Боже, он стоял на столько близко, что я ненароком уловила аромат резкого парфюма, а еще и с каплей корицы, которая исходила от вермута, давала безумный коктейль запаха. Я аж вдохнула с неким наслаждением. — Рита, я задыхаюсь, — мой указательный палец прикоснулся к его губам. Нет, пожалуйста. Не нужно ковырять эти раны, которые до сих пор не затянулись. Руслан тяжело выдохнул, отстранился и сделал еще один глоток. Сейчас я боялась даже пошевелиться, ибо не знала дальнейших действий. Но, черт возьми, этот запах… Жданов, с глухим хлопком, ударил ладонями по столу, что я аж вздрогнула. Он пытается меня напугать. Пока что получается очень хорошо. Мои глаза сфокусированы лишь на его гипнотическом взгляде. В голове все мысли давно смылись в воронку бездны, оставляя всепоглощающую пустоту. Этот говнюк что-то подмешал! Да, ладно тебе, Соловьева, признайся, что Руслан стал еще желаннее. Его горячий лоб соприкоснулся с моим, заставляя меня глубоко и медленно дышать. Я чувствовала, как температура моего тела достигла отметки сорок два градуса, как голодный зверь, жаждущий разорвать его свитшот в клочья, скулил в стальной клетке. — Рита, мне похуй на твоего нового ебыря. Мне похуй на жену, мне похуй… Ведь у твоего сердца уже есть владелец. Я не сводила с него глаз, пытаясь показать хоть какое-то сопротивление. Неужели опять поддамся? Его рука медленно двигалась от запястья к предплечью, плечу, шее, а когда большой палец слегка прошелся по нижней губе, я приоткрыла рот. Жданов облизнул свои пересохшие губы и легко коснулся моих. Впервые поцелуй по ощущениям напоминал глоток кислорода, который хотелось вкусить весь без остатка. Опять купилась.