Никому твое сердце

      Чёртовы булиты. Этот момент ждет вся ледовая арена. Напряжение достигло максимального пика. От перевозбуждения я сжимала рукав идеального пиджака Вадима Юрьевича, благо он тоже находился в ожидаемом состоянии и не замечал моих действий. Давай, Костров, миленький. Пару катков, обманное движение и арена ликует. Есть! Прикрывая рот, я верещу, подбадривая Казанцева, который, похоже, полез за валидолом. Эмоции накрывали с головой, что только после точного попадания соперника, я уловила одну особу, что сидела на ряд ниже с другими жёнами хоккеистов, чьи вениры освещали все трибуны. Эти губы и туповатый взгляд можно узнать из тысячи. Света Савчук — жена нынешнего вратаря «Бурых Медведей», Вани Савчука. Такая же склизкая, как и муженек. Я бы… О, Пономарев. Миша, не подведи.       Ну, картина маслом: «приплыли». Я и Вадим Юрьевич яро спорили, чья же возьмёт. Ведь по булитам счёт тоже равный, остался последний шанс. Объявили фамилию» Бурых» — Жданов. В это мгновение зал притих вместе со мной. Теперь все моё внимание было приковано лишь к этой красной спине с номером пятьдесят. Глубокий вдох. Выдох. Я встала и сложила руки ко лбу, может, поможет.       — Руслан, я в тебя верю, — шептала я. И момент истины. Жданов проводит обманный маневр, забрасывая шайбу в дальний левый угол. Серена. Победа. Это невозможно передать словами, какой гул поднялся на трибунах, цитируя имя Руслана, а он подобно богу подъезжал к своим товарищам по команде с раскинутыми руками, ибо все должны лицезреть истинного героя в сегодняшний момент. Я не удержала весь прилив эмоций и просто начала прыгать от радости, обнимая и целуя в щеку Казанцева, который прибывал в двойном шоке.       — Ай да, Жданов, ай да, сукин сын, — ликовал Вадим Юрьевич. По-быстрому вручив ему толстенную папку с нужными бумагами, я упархнула с трибуны. Нужно ведь отблагодарить двух ключевых персонажей этого душераздерающего триумфа.

***

      В раздевалке стоял идентичный арене гул и ликования в честь победы. Я стояла около двери в ожидании расцеловать главного тренера. Сердце колотилось с дикой скоростью то ли от пробежки по лестнечной трассе, то ли от выброса адреналина. Слышу звук тяжёлого шага, направляющийся к двери. Улыбка озаряло моё лицо.       — Сергей, дай, я тебя обниму… — с восклицанием произношу я, врезаясь в огромную и крепкую грудь хоккеиста в ярко красной форме.       — Я — не Сергей, но от объятий не откажусь, — от кислоты в этих словах меня аж передернуло. Руслан Жданов собственной персоной. Из-под ног ушла былая сила, что я чуть не расплаталась прямо в раздевалку. — А твой Макеев давненько уполз в тренерскую.       — Благодарю, — лишь бросила я, прокашляв в кулак. Ведь на данный момент это наитупейшая ситуация. Я направилась в сторону тренерской, но мой забег на короткую дистанцию был резко остановлен горячей рукой нападающего. Внезапный разворот и уже меня ожидал пламенный поцелуй, переходящий в ощутимый укус. Щелчок и меня прижимает к стене хоккеист, блокируя любые пути отступления и сопротивления. Каждую секунду сквозь меня проходил ток. Пульсация во всем теле кружила голову. Сознание не воспринимало реальность всего происходящего. Ведь мы стом в коридоре, где достаточно высокая вероятность появления Василия и, не дай бог, Макеева. Но чем ниже опускал руки Руслан, тем больше мне становилось плевать. Я его хочу.       Почувствовав мою поддатливость, Жданов отстранился. И снова этот пьянящий заполняет лёгкие, а в глазах фокусируется образ человека, стоящего передо мной. Эта ухмылка. Это… Это всего лишь манипуляция. Примнкнув ко мне, он прошептал:       — С победой меня.