Спеши любить

Хартфелия мыла руки в женском туалете и в упор смотрела на льющуюся воду из крана. За спиной стояло две девочки из её параллели, которым было неугодно, что девочка зашла в их туалет. И они не собирались так просто ей это прощать. — Мы запрещаем тебе сюда заходить. Это место не для таких, как… — девочка посмотрела на Люси сверху вниз, — Как ты. — Но вы не можете запретить мне посещать туалет. Это общественное место! Ей хотелось кричать. Она не могла вновь позволить кому-то ограничивать её жизнь. Ей итак хватало того, что творят старшеклассники. — Можем, ещё как можем! И более того, мы это уже сделали. Эти девочки уже чувствовали превосходство над Хартфелией. Их никто не подсылал, они, просто повинуясь всеобщему настрою в школе, решили сделать жизнь юной девочки ещё хуже. Но Люси не хотела вот так просто сдаваться. Не перед ними, что не были лучше неё самой ни в чём. — Нет. Одно твёрдое «нет» и глаза тех девочек стал застилать недобрый огонь. Но хотя бы раз блондинка должна была что-то сделать. Хотя бы один раз Люси должна была показать остальным, что она не просто плывёт по течению, а борется с ним. У входа в женский туалет начали толпиться девочки, а чуть поодаль от него стояли мальчики, оперевшись спиной на стенку. Нацу там тоже был и внимал каждому слову, что мог слышать. А слышал он очень хорошо. Драгнил знал, что он всему виной, но не мог остановиться. В нём отчётливо играли эмоции. Он считал блондинку виной всех его проблем. Раньше эта девочка вызывала в нём только теплые чувства. Особенно в тот день, год назад, когда на соревнованиях по лёгкой атлетике он упал на своей дорожке и в кровь разодрал колени. Люси была помощницей медсестры и на всех парах прибежала на его дорожку, чтобы обработать раны. Хартфелия пошла наперекор всем правилам соревнований, потому что выбежала на свободную дорожку, её чуть не снёс с ног другой бегун. Но она прибежала к Нацу и стала обрабатывать его раны. Нежно, перекись щипала, но он смотрел в её большие карие глаза и не мог оторвать взгляда. Люси с такой решимостью пришла к нему на помощь, что его хулиганское сердце растаяло. А теперь именно он стал корнем всех её проблем. Он хотел возмездия и не мог ничего с собой поделать, ведь он не мог навредить Лейле, а значит оставалось сделать больно только её дочери. А потом Драгнил поднял глаза и увидел Локи. Лев пробирался сквозь толпу девочек в дверном проёме, сильно толкаясь плечами. Лишь бы успеть. Рыжий паренёк зашёл в дамскую комнату и взял Люси за руку. Девочка подняла свои шоколадные глаза на парня и в них будто бы что-то зажглось. — Только посмейте её тронуть ещё раз. Люси может ходить в этой школе где угодно и когда ей угодно, — Нацу никогда не слышал, чтобы Локи говорил так твёрдо. А потом он вывел её из этой злополучной комнаты, всё ещё с силой сжимая её маленькую ладонь. Лев был выше девочки почти на целую голову, он смотрел вперёд и шёл, гордо подняв подбородок. А маленькая Люси, за которую впервые заступились, шла чуть сзади, держа его за руку, и завороженно смотрела на него. В этот момент в Нацу что-то сломалось.

***

Люси за этот школьный год привыкла искать во всём подвох. Ей не было стыдно, когда она оглядывала прохожих с опаской, ведь Люси боялась всего. Каждого шороха, ведь совершенно из ни откуда мог появится её враг. Так уж вышло, что малышка перестала верить людям. Но как-то само собой получилось так, что она всё-таки доверилась Локи. Локи появился как ураган в её жизни. Она не видела его в школе все эти восемь лет. А потом он рассказал, что перевёлся сюда в девятом классе, до этого он долго не задерживался в разных школах из-за постоянных переездов. И вот теперь так вышло, что родители остановились в Харгеоне на целый год. Барлоу не был любителем шумных компаний, благодаря своему воспитанию сторонился всех. Но и в обиду себя не давал. Парнишка всегда и везде держал нейтралитет. До недавнего времени. А то есть в тот момент, когда подставил плечо Люси. Хартфелия боялась, что уж сильно быстро она впустила его в свое сердце, но с этим поделать уже ничего не могла. Теперь он стал её другом. Подростки проводили очень много свободного времени вместе. Даже их родители знали об их дружбе, хотя раньше Люси никогда не знакомила отца с друзьями, которых и без того было немного до восьмого класса. Локи Барлоу провожал Люси домой почти каждый день. Пытался постоянно быть рядом на переменах, чтобы малышку не трогали. Он всем своим существом мечтал её защитить. Парень и сам не знал откуда в нём было желание защищать неизвестную ему девочку, откуда в нём проснулось чувство, что он хотел бы с ней подружиться. А потом он понял, стал себя даже винить за это. Потому что отчасти это было очень эгоистично. Он часто менял место жительства, переезжая с места на место с родителями и не знал, надолго ли он вновь задержится там, куда приехал. Каждый раз, уезжая, он чувствовал, что не оставил после себя ничего. Никто не скучал по нему, не писал, потому что Локи сам не заводил дружбу. Барлоу сам боялся боли, оттого и не решался заводить друзей так долго. И в один день, вновь в одиночестве прожигая жизнь, Лев заметил Люси. Её блондинистая голова пробивалась сквозь толпу к расписанию. Школьники упорно пытались не пропустить её, но она шла вперёд. В тот момент его сердце сжалось, будто кто-то запустил туда свои когти. В голове само собой появилась картинка лица малышки, которая всегда была одна. Парень видел это множество раз, но не отдавал этому должного значения. Локи увидел в ней то, что видел в себе. Отчаянное желание жить на полную. Желание — что-то изменить. И страх — что-то менять. В голове будто сложилось два плюс два и парень стал потихоньку наблюдать за девочкой. И однажды наконец понял, что пора бы двум одиночествам встретиться лицом и к лицу и будь, что будет. Лев и не понял, в какой момент Люси стала ему настолько дорога. Он не мог не радоваться при их встречах, Хартфелия вечно что-то щебетала себе под нос и рассказывала обо всём, что только могла ему рассказать. Лев всегда слушал и запоминал каждое слово. По другому он не мог. Однажды Люси выходила из школы. Локи был с родителями и оформлял какие-то документы, его не было в школе вообще. У выхода стоял Нацу. Люси сильно нахмурилась и напряглась всем телом. Глаза, что горели минуту назад, в миг потухли. Это заметил и Нацу, что стоял и смотрел ей в лицо. Отчего-то его лицо сразу изменилось. Секунду назад было ощущение, будто он хотел что-то сказать, а потом на лбу появились складки и он невидящим взором развернулся и ушёл из школы. Люси так и не поняла, что же случилось с этим чудаком. Но страх сковал её тело и она обездвижено стояла у больших дверей, пытаясь привести в порядок мысли. Раньше Нацу был предметом её воздыхания, но теперь она даже не знала, что чувствовала к нему. Любовь быстро сменилась ненавистью… Но как мы знаем, любовь и ненависть граничат друг с другом. А между тем дружба Люси и Локи крепла с каждым днём. Каждый день становился особенным. Люси даже не волновало, что будет дальше, если рядом с ней будет её Локи. А он обязательно будет, так думала Люси. Неожиданно для всех любые издевательства над Люси закончились также стремительно, как и начались. Люси не совсем поняла почему и как это произошло, стараясь не придавать этому значения, ведь это должно быть нормой, когда к тебе относятся хорошо. Но жизнь ужасная штука, которая стремительно идёт вперёд, заставляя всё вокруг также быстро меняться. Локи шёл, опуская глаза вниз. Было так больно и страшно. В эту секунду он понял, почему же он не заводил друзей. Прощаться было невыносимо тяжело. Родители Барлоу вновь собирали чемоданы.

***

Это был последний школьный день в этом учебном году. Июнь уже начался и вокруг всё будто бы трепетало в ожидании знойного лета. — Люси, — мальчик прервал её рассказ, чтобы произнести кое что важное, — У меня есть одна… новость. Малышка сразу почувствовала что-то неладное. Она ещё не видела его в таком состоянии. Конечно, они не всегда ходил весёлым, у него тоже были проблемы и он делился ими с Люси, но в этот раз словно что-то изменилось. По закалённому стеклу пошла трещина. — Я, в общем… понимаешь, — парень набрал полную грудь воздуха и на одном дыхании произнёс злополучные слова, — Я переезжаю. Словно град из камней упал на золотую макушку Люси. Дыхание куда-то исчезло и только незаметно хлынувшие слёзы из глаз заставили её понять, что это не сон. Локи, её любимый Локи, уезжал от неё. — Это не моё решение, я и сам никуда не хочу, мне нравится здесь, с тобой, но родители… Они дали мне доучиться здесь год, а теперь мы уезжаем в Магнолию. Люси знала, что парень ни в чём не виноват. Он дал ей всё самое лучшее. Он научил её тому, что такое настоящее дружба. А теперь пришло время прощаться, хоть этого и не хотелось. Дыра в груди росла с бешеной скоростью. Мальчик и девочка стояли в парке. В цветущем парке. Она уткнулась ему носом в грудь, а Локи, одной рукой придерживающий её за спину, гладил по волосам, что-то тихонечко шепча почти над самым ухом. — Когда? — больше ничего из себя Хартфелия выдавить не могла. — Через неделю. Люси, не переживай так сильно, сейчас век технологий, мы будем переписываться и созваниваться, а в будущем даже видеться! Мы никуда друг от друга не денемся. Девочке очень хотелось верить в эти слова, но она была реалисткой. По началу так и будет. Они будут общаться по телефону, а потом общение сойдёт на нет. Наверно таких историй целое море, но ведь так хотелось верить в лучшее. Этим она и займётся. Она точно будет верить в лучшее.

***

Но чёртово время неумолимо идёт вперёд, меняя вокруг себя всё. Друзья становятся врагами, враги — друзьями, а любовь меняется на ненависть.