Просто неправильно набранный номер

— Ну и как, простите, это называется? – возмущённо спросила Лиз у Маки, когда их проводили в их комнату и оставили одних. – Видно же, что она ему безразлична и даже противна! Почему они встречаются? Ещё и умудрилась появиться в самый неподходящий момент! Он ведь почти тебя поцеловал… — Успокойся ты, наконец! – раздражённо прикрикнула на подругу Албарн. Её, если честно, поведение последней ужасно раздражало. – Хватит маячить у меня перед глазами и… — её прервала дверь, с силой врезавшаяся в стену. — Ты, – это была Николь. Она яростно смотрела на медиума. – Думаешь, если ты такая миленькая, то можешь липнуть к чужим парням? — без всякой прелюдии начала девушка. — Ты вообще о чём? – вскрикнула девушка, безумно посмотрев на белобрысую красавицу. Мака просто-напросто не ожидала подобного вторжения. — Не строй из себя невинную овечку! – ещё больше разозлилась Николь. Глаза пылали ледяным огнём ненависти и отвращения. – Я-то вижу, что ты ещё та стерва. Может тебе и удалось обмануть Соула, но меня тебе не провести. Я объясню всего один раз: Соул только мой. Я никого не подпущу к нему, и такая, как ты его точно не получит. Я не допущу, чтобы он бросил меня, тем более ради какой-то фальшивки! — Осталось выяснить, кто из нас фальшивка и стерва, – усмехнулась Албарн, скрещивая руки на груди. – Ты чуть не сломала нам дверь и смеешь ставить какие-то условия? Так вот запомни: я отнюдь не миленькая, и Соул не вещь, чтобы его делить. К тому же, если ты думаешь, что он испытывает к тебе хоть какие-то чувства, кроме отвращения, ты сильно ошибаешься. — Это вызов? — Вызов – это соперничество, а соперничать с тобой скучно и совершенно не интересно. Ты мне не соперница! — как говорится: лучшая защита - это нападение. — Что ты… — Николь явно не привыкла, чтобы к ней обращались в подобном тоне. — Рот будешь открывать у стоматолога, — совершенно спокойно, словно объясняет маленькому ребёнку какую-то элементарную вещь. И это ещё больше злило беловолосую. — Послушай меня. Если ты ещё хоть раз попробуешь на меня наехать, тебе не поздоровиться, – сказала медиум и с ненавистью посмотрела на Николь. — Чего стоишь? Бегаешь быстро или у тебя запасная челюсть в кармане? — Мака взяла за цель окончательно вывести девушку из себя, в добавок ко всему, ещё и запутав её касательно себя и своего характера. — Мы ещё посмотрим, кто круче! И поверь, ни одному парню не понравится такая гопница, – ответила девушка, еле сдерживая гнев. — Ещё один гудок с твоей платформы и твой зубной состав тронется! – крикнула Мака, замахнувшись на белобрысую, и Николь, взвизгнув, выбежала из комнаты. Что-что, а запутать её медуму удалось. После позорного побега Николь, девушки молчали ещё минуты две. — Стерва, – наконец вынесла вердикт Элизабет. – А ты просто супер. Не знала, что ты такая хорошая актриса. Так правдоподобно изобразить гопницу, может далеко не каждый... — Я думала, что после того, как я изображала стерву перед Майей, уже нечему удивляться, — довольно-таки мило улыбнулась Мака. — К тому же, я в детстве ходила в театральную студию. Там меня этому и научили, — немного потупила она взгляд. — В театральной студии учат таким ролям? – ещё больше удивилась Лиз. – Надо будет походить. — Нет, — рассмеялась медиум. — В самой студии такому, конечно, не учат, а вот более взрослые ребята, и не такому научат! – Албарн злорадно ухмыльнулась. – Ладно, значит, будем играть по её правилам. Не одному парню не понравится гопница, да? Значит, будем не гопницей. — Снова включаешь стерву? – поинтересовалась Томпсон. — И не выключала, — фыркнула Мака. — Просто сделала потише. Теперь поняла, что зря. Такие, как Николь, всегда набрасываются на тихонь. Просто потому, что считают себя сильнее. Значит, надо дать ей отпор. Именно поэтому, мне придётся играть роль стервы с вкраплением гоп стопа. Это же элементарно, Ватсон. — Ну, всё. Можно считать, что Николь в нокауте! *** Мака гуляла по осеннему парку и размышляла о Николь и Эвансе. С одной стороны, он её не любит, и это видно даже невооружённым глазом, но с другой, они же встречаются, значит, на то есть какая-то веская причина. А если есть причина, смысл тогда бороться за него? С чего бы ему отказываться от красавицы подружки, променяв её на какую-то мало знакомую девчонку в рваных джинсах? Албарн никогда не считала себя красивой, что бы ей ни говорили, она всегда считала себя хуже других и именно из-за этого носила мешковатую, порой снятую с мужских манекенов одежду. Психология, что б её. Медиум бы и дальше продолжала размышлять об этом, но её мысленный поток прервал огромный тибетский мастифф. Он прыгнул на неё, повалив при этом на сырую землю и… начал вылизывать её лицо. Собака была ужасно тяжёлая и грязная, но это не помешало Маке весело смеяться, тщетно пытаясь от подобной проявления ласки увернуться. — Привет, Мака, – к медиуму подошёл высокий брюнет с глазами стального оттенка. – Прости, его невозможно удержать. Да и прощаться с рукой мне пока как-то не хочется, — а в голосе ни капли сожаления. да и в тех самых стальных глазах плясали чертята. — Он скучал по тебе! — Стеф, прекрати! – сквозь смех произнесла Албарн, пытаясь встать из-под многокилограммовой тушки, которая, по всей видимости, совсем и не желала этого делать. Обычно свирепый и неприступный пёс, вёл себя, как самый настоящий щенок. Сразу было понятно, что он обожал свою хозяйку. — Стефан, слезь с Маки, – смеясь, приказал брюнет, но мастифф только рыкнул на него, мол, не мешай, и продолжил играть с медиумом. Не то, чтобы последнюю это не устраивало, но всё же, валяться на холодной земле под грязным псом было не самым приятным делом. Спустя минут пять Стеф всё-таки разрешил девушке принять вертикальное положение, но всё ещё вертелся под ногами и весело вилял хвостом, всем своим видом показывая, что действительно скучал. — Привет, Майк, – выдохнула Албарн и обняла отчима за пояс. Они с Кэтрин поженились через несколько месяцев после развода последней со Спиритом. Ведь женщина не сразу после его измены развелась со Спиритом. Сначала, она хотела просто жить вместе, ради Маки, но потом поняла, что не сможет находиться с ним в одной квартире. Поговорив с дочерью, женщина решила развестись со Спиритом. А к чему всё это привело, вы уже и так знаете. — Я так по тебе скучала, – пёс обиженно заскулил, протянув медиуму лапу. – И по тебе, конечно, тоже, – добавила она, пожав грязную лапу четвероногого друга. — Я тоже, Мака, я тоже, – Майк был самым лучшим. Это Албарн поняла ещё при первой их встрече. Она ведь с самого начала знала, что Спирит изменил маме, и они оба живут своей собственной жизнью. Она ведь всё прекрасно видела, да и Кэтрин не смогла долго скрывать такое от дочери. И, раз уж на то пошло, Мака до сих пор не понимала, как у такого замечательного человека, как Майк, могла родиться такая стерва, как Николь. Как оказалось, она была его родной дочерью. Нет, девушка и так это знала, но всё равно пришла в «восторг» от этой воистину «шикарной» новости. Мирроу развёлся со своей женой Джерси, и девочка, которой на тот момент было всего три года, осталась на попечение матери. Полу-француженка, полу- американка росла красивой и милой девочкой. А потом превратилась в типичного капитана школьной группы поддержки. Она была самой красивой стервой в школе. В неё была влюблена почти вся мужская половина школы. Впрочем, разве стервы бывают другими? Трудно быть стервой, если ты не красивый и не уверен в себе. Трудно унижать при этом других. Отец и дочь мало общались. Майк честно платил алименты бывшей жене, и иногда, девочку оставляли с ним, если Джерси надо было куда-нибудь срочно уехать. Как только Николь узнала, что её парень и ещё две какие-то девчонки будут жить у Майка, сразу решила, что пора навестить папочку. С ним она общалась, не выбирая выражения, и только при Соуле становилась приторно-сладкой, что, признаться, больше всего бесило парня. Мака, опять же, не понимала откуда взялась эта стервозность, если мать у неё, как сказал Майк, весьма приличная женщина? Они с Джерси до сих пор были хорошими друзьями, а развелись только из-за разных взглядов на мир. Эту историю и рассказал Майк своей падчерице, когда они вместе гуляли по парку. — Значит, она будет жить здесь? – поникла девушка и потрепала Стефана по мохнатой голове. — Вполне возможно. Она ещё не сообщила о своём решении мне. И вряд ли сообщит, – грустно улыбнулся мужчина. Он уже давно привык, что родная дочь его ни во что не ставит. – Я не имею права выгонять её. Прости… — Ничего. Спущу на неё Стефа, и душа моя будет спокойна, – усмехнулась Албарн. Пёс согласно гавкнул. – Слушай, я понимаю, что это неприлично, но… расскажи об отношениях Эванса и Николь, – медиум была ужасно смущена. Она считала, что это неправильно, но не самого Соула же спрашивать! К тому же, Майку можно было доверять. Да и если он и посмеётся, то это будет не так уж и обидно. — Да не парься ты, – мужчина растрепал всю «причёску» Маки. – Он её не любит. Просто в местной школе так принято. Если ты – капитан школьной команды, то ты должен встречаться с капитаном школьной группы поддержки. Вообще, Соул рассчитывал на то, что он окончит школу, и он бросит Николь. А потом вдруг позвонила ты. Я, как тренер школьной команды по футболу, много вижу и слышу. Они часто стали ругаться, после того, как вы с ним начали общаться. Ещё больше обычного. Николь сначала орёт на него, он естественно отвечает тем же, а потом, моя милая дочурка приходит к нему приторная, больше некуда. Я думаю, что он бросит её гораздо раньше конца школы. — Интересно, – протянула Мака. — Кстати, — Майк взглянул на часы. – Что-то мы с тобой загулялись. Мне пора на одну очень важную встречу, – мужчина помахал падчерице рукой, и загадочно улыбнувшись, исчез из поля зрения медиума, оставив её наедине со Стефаном посреди тёмного парка. — Ну, что Стеф? Помнишь дорогу домой? – улыбнулась Албарн. Как оказалось, они зашли в самую глубь парка. Пёс весело завилял хвостом и повёл хозяйку к выходу.