Эспрессо со сливками

      Сегодня был тот самый день, ради которого Лиза проделала весь этот долгий путь к переезду. Первое сентября — день, с которого начинается новая жизнь. Ты вправе стать совсем другим человеком и кардинально изменить свой круг общения. С этого момента каждый сам выбирает свой дальнейший путь.       Можно проводить каждый вечер в клубе, накачивая свое тело крепким алкоголем и наркотиками, а можно проводить его в общежитии, сидя на стареньком диване со своими соседями. Ты в состоянии посещать каждую пару и усеять свою зачетную книжку словом «отлично», либо каждый зачет передавать преподавателю белый пухленький конверт.       Когда вокруг тебя такое разнообразие потенциальных друзей, то очень легко напороться на плохую компанию, которая в итоге покинет тебя, когда ты будешь скрываться от полиции или лежать в темном переулке без сознания. Важно найти тех, кто будет проверять твои знания перед важным экзаменом, укрывать пледом, когда ты уснешь на диване и приезжать с другого конца города, если тебе вдруг станет плохо.       Лиза была уверена, что ей удастся найти таких людей. У нее уже есть Даша, дружба с которой проверена годами. И вот, сегодня тот самый день, когда девушки впервые увидятся вживую. Им больше не придется быть привязанными к монитору компьютера, проводя там все свое свободное время. Теперь им достаточно встретиться в ресторане и вместе поужинать, либо прогуляться по набережной Санкт-Петербурга, пряча нос в шарф и отмораживая пальцы до красноты. Поэтому в этом году Лиза ждала первого сентября как никогда в своей жизни.       Девушка бодро шагала черными кроссовками по бульвару, лавируя между зеваками и туристами. Сегодня утром Петербург был как никогда бодрым. Невероятно большое количество школьников всех возрастов бежали с цветами в руках, а за ними поспевали счастливые родители. Из всей лучезарно улыбающейся массы выделялись студенты и старшеклассники, намного более угрюмо направляясь в сторону ненавистного учебного заведения.       Стоя на светофоре, Лиза заметила рядом маленькую забегаловку, которую обычно обслуживают люди, приехавшие из других стран на заработки и не знающие почти никаких слов кроме тех, которые присутствуют в меню этого заведения. Девушка быстро подбегает к ларьку и берет себе простой растворимый кофе. Греет руки о пластиковый стакан и пьет темную байду, стоя у того же перехода и следя за мелькающими машинами. Все сливается в одно серое пятно и девушка на секунду прикрывает глаза. Перед глазами все так же мелькает вереница автомобилей. Открыв глаза, Лиза осознает, что уже загорелся зеленый свет и, смяв пустой стакан, выкидывает его в мусорку. А ноги продолжают нестись, обходя особо медлительных.       Перед Лизой уже виднелся красный фасад «Санкт-Петербургского Государственного Университета». У входа толпились студенты, либо болтающие в маленьких группах, либо одиноко уставившиеся в свои телефоны. Вторым типом, скорее всего, являлись первокурсники, не представляющие куда идти и с кем начать разговор. В кармане загудел телефон, и девушка тут же ответила, увидев на экране «Любимая женщина». Лиза окинула взглядом всех людей вокруг, но так и не смогла выцепить из толпы темную кудрявую голову. — Лиз, ну ты где? Я минут десять тебя уже жду, нас в актовый зал запускать скоро будут, — спрашивает Зарыковская, рыская глазами в куче студентов. Родная красная куртка и светлые волосы никак не находились в толпе разношерстной молодежи. — Я пришла уже. Ты где? — говорит Лиза и начинает крутиться вокруг своей оси, ища в каждом лице что-то знакомое и такое родное, но так и не находит.       Продвинувшись ближе к входу, девушка замечает знакомое серое пальто, то и дело мелькавшее на фотографиях Даши. Лиза сбрасывает Дашу и тут же наблюдает за недоуменным лицом подруги, смотрящей в экран телефона. Девушка приближается к Зарыковской и с каждым шагом по всему телу разливается волна тепла. Спустя столько лет они наконец-таки увиделись.       Лиза хотела было подойти к Даше со спины, но девушка резко оборачивается, и лицо ее за пару секунд успевает передать миллион эмоций. Сначала она хмурится, после брови медленно ползут вверх, а затем лицо озаряется самой счастливейшей улыбкой на свете. Лиза тоже улыбается во все зубы и крепко обнимает подругу. Она встает на носочки, чтобы быть наравне с Дашей, которая была в черных лодочках с высоким каблуком. Девушки раскачиваются из стороны в сторону, смеясь и говоря друг другу о том, насколько они счастливы встретиться.       Сколько же часов они провели в «скайпе», сколько тысяч сообщений отправили друг другу. И в этот момент им уже не нужен ни интернет, ни сотовая связь, чтобы слышать голоса и видеть счастливые лица друг друга.       Когда подруги разрывают объятия, Лиза смотрит в глаза Даши и понимает, что у той идут слезы. Девушка быстро их вытирает, не желая смазать макияж, и у Лизы тоже начинают слезиться глаза, но она быстро прогоняет этот порыв слабости, с широкой улыбкой смотря на Дарью. — Зарыковская, ты была бы не ты, если б не разревелась при нашей первой встрече! — со смехом говорит она, совершенно забывая о том, что вокруг них сейчас десятки людей, и выглядят подруги как минимум странно. Она забывает о том, что им уже давно нужно быть в актовом зале. Она забывает обо всем. Перед Лизой лишь ее лучшая подруга, которая столько лет была для нее всем. — Ну и что тут такого? Это совершенно нормально, если ты впервые видишь свою лучшую подругу, не упрекай меня! Тебе стоит стыдиться, что ты такая черствая, а не мне! — с улыбкой говорит она, все также аккуратно вытирая слезы со щек.       Девушки какое-то время стоят у входа, совершенно забыв о том, зачем они вообще пришли сюда. Все, чего хотелось, так это болтать, заливисто смеясь и с неимоверным трепетом глядеть в счастливые глаза. Оглянувшись, Даша замечает, что во дворе при университете почти никого не осталось, и все спешат зайти в массивные двери учебного заведения. — Пойдем быстрее, а иначе пропустим самую важную линейку в нашей жизни, — с притворно-мерзким воодушевлением говорит Дарья, и направляется вовнутрь здания.       Лиза хвостиком идет за подругой, совершенно не представляя, куда они направляются. Даша же точно знала курс, поэтому быстрым шагом шла по длинным коридорам университета и поднималась по широким лестницам, будто проделывала этот путь сотню раз. Лиза же понимала, что еще полгода она будет путаться в корпусах и опаздывать на все занятия просто потому, что она час бегала по университету в поисках нужной аудитории.       Девушки подбегают к толпе студентов, столпившихся у входа в актовый зал, и медленно начинают продвигаться внутрь. Оказавшись в самом помещении, где проходит линейка, Лиза окидывает взглядом высокие белые колонны, тянущиеся через балконы наверху к высочайшему потолку. Девушка разглядывает старинную люстру золотого цвета, красиво свисающую сверху. Даша подталкивает Лизу вперед, а после девушки занимают последние свободные места. На сцене стоят профессоры, директор и депутаты, имен которых не знал почти никто из студентов.       Лиза пропускает начавшуюся речь мимо ушей и лишь хлопает в тот момент, когда это делают все. Все мысли забиты только тем, что она действительно оказалась здесь. А ведь попасть в этот университет, да еще и на бюджет действительно сложно. Своими силами Лиза добилась того, что у нее есть своя съемная квартира рядом с центром города, она учится в невероятно хорошем университете, а рядом с ней сидит тот человек, о встрече с которым Лиза мечтала долгие годы.       Это произошло настолько быстро, что девушка даже не успела притормозить и осознать все. Просто в один момент Лиза твердо решает учиться в Санкт-Петербурге, подает документы, находит себе квартиру и спустя какое-то время натыкается в почте на письмо о поступлении.       Теперь же она оказывается в одном помещении с сотней таких же молодых ребят, которые не столько смотрят в будущее, сколько оглядываются назад. Речь ректора заставляет задуматься не о том, какой веселой будет студенческая жизнь, а о том, какими были школьные годы. Кто-то с облегчением отпускает школу, вместе с тем сжигая все ярлыки, которые она успела повесить на него. Другие с тоской прощаются с лучшими друзьями в аэропорту, где каждый садится на свой самолет с билетом в один конец.       Линейка заканчивается словно по щелчку пальца, и Лиза с Дашей оказываются в коридоре, где толпятся совершенно все студенты, не знающие, куда идти. Сейчас все распределяются по факультетам и идут в определенные аудитории, да только вот Лиза понятия не имела, куда ей идти. Первые двадцать секунд она старательно держала в памяти номер аудитории, но спустя еще десять секунд число вылетает из головы девушки, как бы она не напрягала свои мозги. — Ладно, Лиз, давай, мне в двадцатую аудиторию, позвони, как закончишь, — громко говорит Даша сквозь гул людей, и удаляется в сторону своей аудитории. — Стой, Даша! — девушка слишком поздно спохватывается и подруга уже ничего не слышит. Она быстрой и грациозной походкой скрывается в куче других людей, оставляя подругу наедине со своим страхом.       Лизу охватывает волнение, и она начинает мотать головой во все стороны в надежде увидеть какого-нибудь преподавателя, который скажет ей куда идти. Не может же быть такого, чтобы всех отправили самостоятельно добираться до аудиторий. — Первокурсники, факультет международных отношений! — кричит женский голос, и Лиза еще усердней мотает головой в поисках источника звука. С сердца словно скинут груз, потому что хотя бы в первый раз она найдет аудиторию без приключений.       Девушка еще раз слышит эту же фразу и замечает вдалеке группу людей, рядом с которой стоит женщина, кричащая в третий раз. Лиза галопом направляется туда, обходя таких же потерянных, как и она, студентов. Девушка догоняет уже начавшую движение группу и пристраивается в хвосте. Все же волнение не покидает Лизу, и она решается спросить у кого-нибудь о том, туда ли она вообще идет. Взгляд тут же останавливается на девушке рядом, с волосами ярко-голубого, отдающего бирюзой, цвета. — Это ж первый курс? — тихо спрашивает Лиза, чуть поравнявшись с ней. — Да, международные отношения, — качает головой девушка и окидывает взглядом собеседницу. Секунду погодя она достает руку из кармана кожанки и протягивает ее Лизе. — Я Света. — Лиза, — с легкой улыбкой говорит девушка и голове ставит галочку над пунктом «познакомиться хоть с одним человеком». — Ты здесь еще кого-нибудь знаешь? — задает вопрос Лиза, надеясь, что эта девушка станет ее проводником в этом мире незнакомых лиц и коридоров. — Да, давай познакомлю вас. Сейчас… Лер! Лера! — девушка начала звать подругу, которая шла впереди и говорила с каким-то парнем. Пепельноволосая девушка оборачивается и ищет глазами Свету, а после подходит к ней. — Знакомься, Лиза, это Лера, мы с ней еще со школы дружим, — представляет Света подругу, и новоиспеченная знакомая тянет ладонь. Елизавета жмет ей руку, счастливо сверкая брекетами. — Вы вместе приехали или всегда тут жили? — спрашивает Лиза не просто ради того, чтобы поддержать разговор, а из чистого интереса. Много ли здесь людей, которые так же бросили родной город и, сорвавшись, мотнули в Петербург, оставляя за собой весь лишний груз, тянущий ко дну? — Нет, мы из Питера. Ну, я сюда в десятом классе переехала, а Лера коренная санкт-петербурженка. Интеллигентность так и прет, — говорит Света, а после получает от Леры пальцем под ребра, в ответ на что синеволосая девушка наигранно извивается и корчится от боли. Лиза тихонько прыскает и наблюдает за короткой потасовкой. — А ты, Лиз? — спрашивает Лера. — Я из Чайковского переехала, — отвечает девушка и видит многозначительные взгляды девушек, как бы говорящие о том, что, конечно же, они знают это место. У девушек плохо это получается и Лиза продолжает, — Не парьтесь, я сама об этом городе не узнала, если б мне не довелось там жить. Переводчиком там не стать, люди не то, что английского не знают, у них и с русским проблемы, — говорит девушка, и подруги тихо смеются. — Здесь с этим проблем не будет, — отмахивается Света, — А ты какой язык дополнительно выбрала? — Ну, я еще до этого французский и испанский учила, так что французский, у меня с ним получше, — отвечает Лиза, и Лера довольно улыбается, поднимая брови. — Ахуенно, я тоже на французский ходить буду, — девушка впервые слышит от светловолосой мат, и с облегчением выдыхает, радуясь, что она не одна матерится и, возможно, ее жаргон сапожника не будет восприниматься так негативно. — Ебать, я на немецкий одна ходить буду, что ли?! — недовольно восклицает Света, вскинув брови вверх. Две девушки смеются, вызывая еще большее негодование от синеволосой.       Девушки замолкают в тот момент, когда на них шикает та самая взрослая женщина, и они все заходят в нужную аудиторию. Все рассаживаются на первых рядах и достают блокноты с ручками, готовые записывать все новые правила и заметки профессора. Света пытается сказать что-то девушкам, но Лера шикает на нее и дает ей ручкой по лбу, даже не посмотрев на подругу, ее взгляд направлен только на преподавателя.       Женщина представляется Любовь Николаевной и оказывается очень доброй. Она с легкой улыбкой рассказывает о факультете, расписывает все аспекты учебы здесь и дает советы по тому, как лучше найти язык с некоторыми профессорами. Советует записать их имена и все быстро начинают строчить по бумаге, отмечая условными значками характер некоторых. Лиза не была сильно изобретательной, поэтому использовала обычные улыбочки, как на компьютере. Любовь Николаевну она старательно отметила смайликом «:3».       После началось вручение студенческих билетов и зачетных книжек. Женщина громко зачитывала имя этого человека, и он под пристальным взглядом всего факультета забирал свои корочки. Лиза старалась в это время проанализировать всех и мысленно отметить тех, с кем она хотела бы познакомиться.       Понять хоть что-то по лицу или жестам, словно Шерлок Холмс было слишком тяжело, поэтому Лиза полагалась лишь на внешний вид. Она надеялась отметить особо стильных людей, и попробовать завязать разговор с ними, но, на удивление, «хипстеров» и других в целом интересно одетых личностей было как-то слишком много. Девушка успела отметить лишь одну девушку с почти такими же пепельными волосами, как у Леры, и какой-то слишком искренней улыбкой, привлекшей Лизу.       После выбрали старосту, которой оказалась гиперактивная девчушка с высоким хвостом на голове, в накрахмаленной белой рубашке с черной юбкой длины миди. Староста любого клишированного фильма, готовая ради своей группы на все что угодно. Она тут же проходится по всем рядам и берет номера и почты одногруппников, а после обещает создать чат в телеграме.       Лиза фотографирует свое расписание и видит на телефоне выскочившее сообщение от Даши. Любимая женщина: У нас какой-то старый пердун с маразмом, я тут буду еще минут двадцать, приходи в 20 ауд       В голове Лизы проносится самый изысканный матюк, и она тихо выдыхает. Она свою аудиторию найти не смогла, что уж там про Дашину. Можно было бы, конечно, спросить у Любовь Николаевны, но Лиза уверена, что даже по ее объяснениям она ничего не поймет хотя бы потому, что сейчас Лиза находилась в пятой аудитории, а значит, до двадцатой идти через весь университет и запомнить дорогу она не сможет даже до первого поворота.       Преподавательница отпускает студентов, и они мигом выбегают из аудитории. Девушки прощаются с Лизой, оставляя ее одну в полном недоумении. Лиза решает идти просто по прямой, в надежде встретить хоть кого-то и спросить дорогу у того, кто в этом университете больше одного дня. Либо случайным образом набрести на тайную комнату. Скорее она найдет ее, чем заветную двадцатую аудиторию.       В университете пусто, и по коридорам сквозит тихий гул голосов, просочившихся сквозь двери аудиторий. Лиза тихо бродит вдоль больших окон, понадеявшись встретить хоть кого-то. Все старшие сейчас на парах, а ее одногодки сами как потерявшиеся птенцы в этом огромнейшем здании.       Непонятно каким образом Лиза оказывается в совершенно другой на вид части корпуса. Девушка быстро оглядывается и видит за статуей парня, прислонившегося к ней и листающего ленту в телефоне. Ни секунды не думая, Лиза быстрым шагом подходит к парню. Услышав шаги, он лениво поднимает голову. — Привет, ты не знаешь, где здесь двадцатая аудитория? Я уже тут целую вечность хожу, — говорит девушка, а парень в ответ расплывается в улыбке чеширского кота. — Ух, люблю я начало нового учебного года, когда потерянным первокурсницам всегда можно подать руку помощи, — эта фраза заставляет Лизу напрячься. На похотливого старшекурсника она никак не хотела напороться. — Да я шучу, — успокаивает девушку студент и машет рукой, приглашая ее за собой, — Пошли. Далеко же ты забрела, она вообще в другой стороне. — Я даже не надеялась найти ее, если честно. У меня плохо с ориентацией в больших помещениях. — Привыкнешь скоро. Я вообще первый месяц хвостиком за всеми подряд ходил в надежде, что им в ту же аудиторию. И все время опаздывал, пока с второкурсником не познакомился, который мне все показал. Кстати, я Юлик, четвертый курс, — сказал парень, быстрым шагом ныряя из одного коридора в другой. Как бы Лиза не старалась запомнить дорогу, из головы тут же все вылетало. Нелегко же ей придется. — Лиза, первый курс, как ты уже мог догадаться, — с усмешкой говорит девушка. Парень ухмыляется и качает головой, поправляя челку. Лиза невольно отмечает какую-то даже слишком идеальную укладку. — Идешь на «посвят» сегодня? — спрашивает парень, когда они поднимаются по широкой белой лестнице, окунающей тебя в прошлое.       В этом университете были красивы не только лестницы: в каждом коридоре можно встретить статую, освещаемую дневным светом из больших окон, тянущихся по периметру всего заведения. Старые книжные шкафы из темного дерева стоят вдоль коридоров, будучи переполненными книгами. Когда Лиза впервые это увидела, то первым делом ей стало интересно, возможно ли взять эти книги, а после мысленно ударила себя по лбу за такие идиотские вопросы. — Это что еще такое? — спрашивает девушка, нахмурившись. Ни с чем хорошим это слово не ассоциировалось. — Выпускники устраивают вечеринку для первокуров. Типо посвящения в студенты, — объясняет Юлик. — Попахивает хуйней в стиле летних лагерей. А я ненавижу летние лагеря, — подытоживает Лиза, — Так что не, тем более меня никто не приглашал. — Приглашаю тебя, Лиза, на «посвят» в девять часов. Адрес могу сообщением скинуть, — слишком деловито начинает Юлик, показывая всю официальность приглашения. Девушка все также сомневалась, поэтому не спешила дать ответ. — Ну-у-у… А бухло там хоть будет? — последним предложением Лиза вызывает на лице Юлика улыбку, и он довольно качает головой. — Обижаешь. И не ломайся, ты идешь. Скажи свой ник в телеграме, я тебе адрес кину, — говорит парень и достает из кармана телефон. Он останавливается, и Лиза видит перед собой двадцатую аудиторию. За массивной дверью слышится гул голосов и девушка понимает, что Даша вот-вот выйдет. — l1zzka. С двумя «зэд», — отвечает Лиза и спустя пару секунд слышит несколько уведомлений в кармане своих брюк.       Парень поднимает голову, оторвавшись от телефона и говорит: — Ладно, до места я тебя довел, пиши, если вдруг опять потеряешься. Еще увидимся, — говорит парень последнюю фразу сквозь трезвон телефона, а после берет трубку и быстрым шагом удаляется. — Да, Русь? Иду я, подожди! По делам ходил, блять, — недовольно говорит Юлик и скрывается за поворотом, оставляя за собой шлейф, на удивление, вкусно пахнущих духов.       Лиза очень не любила мужские парфюмы, так как все они на запах как один вонючий дезодорант. Особенно в школьное время, когда у парней появляется нужда в женском внимании, они обливаются единственными духами с ног до головы, чувствуя себя при этом королями мира, в то время как все, мимо кого он проходит, жмурят носы.       Не успевает с головой Лиза окунуться в мысли о мужских благоуханиях, как из аудитории вылетают несколько человек. Девушка не узнает никого из них, поэтому тихо ждет Дашу. Та выскакивает буквально через секунду, готовая, кажется, взорваться. Еще чуть-чуть и у нее повалит пар изо всех щелей, а стекла очков запотеют. — Блять, блять, блять! — недовольно шепчет Даша, когда они идут за всеми в сторону выхода из универа, — Тупой, сука, старый пердун! Еб твою мать, как он меня бесит! — У меня есть отличнейшее предложение, как можно забыть этого пердуна, — с энтузиазмом говорит Лиза, вызывая у Даши заинтересованный взгляд. — Пойдем бухать вечером, — подытоживает она, не желая мучать и без того нервную подругу. — Йес, йес, йес! — довольно говорит Даша, начиная какой-то очень странный танец. Она широким шагом идет вперед, то ли изображая руками движущийся поезд, то ли катание на лыжах, — Я буду бухать, я буду бухать! Наконец-то мы с тобой бухнем! Господи, как тебе могла прийти в голову такая чудесная идея? — Ну, идея, вообще, не моя, — признается Лиза, — Я только что с четверокурсником познакомилась, и он позвал меня на какую-то хуйню, где для первашей закатывают вечеринку выпускники. — Ахуенно! Лиза, ты просто спасение в этом тленном мире! — Зарыковская вмиг веселеет и забывает обо всех проблемах, которыми ее нагрузили в аудитории.       Лиза наблюдает за такой счастливой Дашей, и ее саму окатывает волна счастья и тепла. Хочется прижать к себе подругу и еще раз сказать о том, насколько сильно она ей дорожит. Девушки быстрым шагом выходят из университета и направляются на набережную, шагая по серому Петербургскому бульвару, полные уверенности и свободы. Удивительно, но поднять настроение может всего лишь подруга с новостью о попойке. И мир на секунду становится идеальным.