Эспрессо со сливками

      Опавшие на землю листья постепенно сгнивали, в то время как на душе у Лизы все расцветало. Со временем к ней потянулось множество людей, учащихся с ней на одном курсе. Лиза сбросила с себя все оковы "Интернет общения". Больше ее не напрягали короткие беседы с незнакомым человеком в коридоре университета.       По утрам становилось слишком холодно, но Лиза купила себе теплые кроссовки, и в груди все горело жарким пламенем. Шли недели, а девушка каждый день пробовала в кофейне новые напитки, порой приходя туда на двадцать минут раньше, желая подольше поговорить с парнем. Иногда Даня встречал девушку возле университета, протягивал ей стакан уже немного остывшего кофе, и они вместе шли к дому Лизы по самому длинному пути.       День становился все короче, но с наступлением темноты Лиза освещала все вокруг собой. Девушка частенько проводила вечера в барах с Юликом, Русланом, Дашей, Даней, Кузьмой и другими ребятами. Состав их постоянно менялся и никогда не был полным, но это не мешало друзьям сидеть за длинным столом, и громко ударяя стаканами с пивом об стол, доказывать свою правоту в очередном споре. Порой девушка ходила в клуб или ресторан со своими одногруппниками, где они не менее весело проводили время.       Времени на прогулки уходило все больше, а выкроить несколько часов на то, чтобы разобрать заваленную заказами почту, девушке не хватало сил. Поэтому постепенно денег стало недоставать, и Лиза вновь урезала количество прогулок. Ей было просто отказаться от постоянных вечеров с одногруппниками или друзьями Юлика и Руслана, но сократить время, проведенное с Даней, она не могла.       Данила, бывало, и сам пропадал на несколько дней, игнорируя любые попытки до него достучаться. Лиза думала, что в это время он уходит в запой или, наоборот, проходит какой-то курс лечения, но все это было неверными догадками. Правда, истину она так и не узнала. От Дани она получала простые отшучивания, а от друзей бессмысленные пожимания плечами и молчание. Лиза даже закрыла глаза на то, что Даня еще пару раз появлялся с синяками, но не такими сильными, как в первый раз. Несмотря на то, что внутри ломило кости при таком измученном виде парня, она лишь мило улыбалась и делала вид, что ничего не заметила.       Карусель всех совместных дней быстро проносилась перед глазами девушки, и все в душе начинало проникаться трепетом и любовью. Любовью к каждому, кто встречает ее появление улыбкой и широко раскрытой душой. За три полных месяца с этими людьми, Лиза почувствовала себя новым человеком. И дело было не в ее поведении, а в поведении людей вокруг нее. Школьные годы не были самыми счастливыми в ее жизни. В детстве Лиза вообще ненавидела школу, из-за чего могла неделями не появляться на занятиях. Сейчас же девушка видела вокруг себя только интересных личностей, и их заинтересованность ей. Именно это было чудом для Лизы.       На календаре, тем временем, появилось слово «декабрь». Дома и улицы Петербурга были украшены уже в первый день зимы, заставляя людей проникнуться неопределенным чувством. Погода всем своим видом показывала, что осенняя промозглость ей намного больше по душе, поэтому светящиеся прилавки вызывали у жителей Северной столицы некий диссонанс.       Лиза в очередной раз шла по выученной наизусть дороге в кофейню. Девушка переступает порог и видит у кассы Катю, напарницу Дани, и самого парня, который старательно натирает стаканы. — Лиза! Привет! — лучезарно улыбается девушка, и несколько посетителей поворачиваются, осматривая Лизу с головы до пят.       Даня резко поднимает голову и тут же откладывает стакан, легко улыбаясь девушке. Лиза здоровается с друзьями и подходит к барной стойке. — Что-то вы отстаете, ребята. Весь Питер уже украсили, а у вас до сих пор хэллоуинские тыквы стоят. — Да, — протягивает Катя, — ты права, надо обустроить как-то кафе. Дань, останешься после работы, поможешь мне? — Даня кривится уже при произношении своего имени, злобно смотря на Лизу и показывая, что сегодня — ее последний день на этом свете. — Ага, у меня же дел никаких нет после работы, — ворчит Кашин, яростно натирая чашки, — И личной жизни у меня нет, только работа и все… — Ой, Даня, завали уже. Сделай мне кофе лучше, — прерывает тихую тираду парня Лиза. — Ну, давай, что в этот раз? Мокачино-фраппучино на кокосово-соево-коровьем молоке с зеленой пенкой и красной шоколадной стружкой? — устало спрашивает Даня.       Все эти месяцы Лиза лишь изредка повторялась в своих заказах. Она постоянно выдумывала новые вариации кофе, добавляя то рисунки на пенке, то необычные сиропы или что-либо еще, сильно усложняющее беззаботную жизнь баристы. Хоть Даня очень любил бубнить, но кофе стал готовить намного лучше, что прибавило заведению пару-тройку постоянных клиентов. Также Даня научился рисовать на пенке член, чем всегда хвастался, стоило Лизе заказать напиток с пенкой на кофе. — Орехово-ирисный на соевом молоке с двойными взбитыми сливками и посыпкой. А, и без сиропа! — говорит Лиза и в ответ получает закатанные глаза Дани.       Лиза не удерживается и смеется, заставляя парня тоже широко улыбнуться. Каждый раз, выбивая из этого, на первый взгляд, угрюмого лица, искреннюю улыбку и громкий смех, на душе у Лизы становится так тепло, что сердце начинает биться чаще.       Даня перекатывается от одного аппарата к другому, то скрываясь за барной стойкой и вытаскивая из холодильника ингредиенты, то разворачиваясь спиной и старательно снимая с кофе пенку. — Ты в курсе, что мы сегодня в клуб идем? — спрашивает Лиза, заставляя Даню кинуть на нее взгляд через плечо. — «Мы» — это кто? — Я, ты, Даша, Юлик, Руслан, Данила, Юра, Кузьма, может еще кто-то подтянется. — Ну, не знаю, не знаю, мне же надо после работы задержаться… Не получится наверное, — громко говорит Даня, привлекая внимание Кати. — Ладно! Иди, я Славу попрошу помочь, — громко вздохнув, соглашается Катя, и от Дани слышится тихое «йес». — А по какому поводу вообще? — интересуется парень, хотя, ему, по большему счету, все равно. — Ну как? Зима! Надо отметить! — отвечает Лиза, заставляя Даню беззвучно засмеяться. — Если ходить в клуб по таким поводам, то очень скоро вся наша компания сопьется, ты в курсе? — Конечно! Поэтому мы и идем в клуб, — радостно говорит Лиза, сверкая своими разноцветными брекетами.       Даня ставит кофе на стол и облокачивается локтями на барную стойку. Лиза благодарит парня и смакует получившийся напиток. — Ну… Неплохо. Далеко от идеала, но неплохо, — критично говорит Лиза, стараясь сдержать смех. — Блять! Я когда-нибудь получу похвалу от этого маленького и вредного ресторанного критика?!       Лиза громко смеется и заставляет несколько человек повернуться, но ее мало волнуют косые взгляды, стоит ей загоготать на всю улицу или помещение. Да и Даня давным-давно привык, что с Лизой тяжело остаться невидимкой.       Девушка еще около получаса сидит в кофейне, а после прощается с Даней и Катей. Каждый раз, покидая это заведение в одиночку, она чувствует, будто что-то там оставила. Забыла что-то невероятно важное и обязана вернуться. Но все вещи лежат на своих местах, болтаясь в полупустом рюкзаке. Тогда что же так сильно тянет обратно?

***

      В полумраке двигаются разгоряченные тела, наполненные алкоголем различной крепости. Даша давно умчалась на танцпол и прихватила с собой Юлика, а все остальные, тем временем, лениво сидели на диванах, попивая пиво или что покрепче.       Тут на второй этаж, где расположилась большая компания, забегает Зарыковская, выхватывая из рук Лизы алкоголь и жадно начинает пить пиво. Юра начал стучать по столу и кричать «Пей!», но никто его идею не поддержал, поэтому совсем скоро прекратил это занятие, и сам приложился к бутылке. — Ребят, ну пойдемте, потанцуем! Нахуй приперлись тогда? Бухнуть на диване можно и у меня дома. — Я запомнил, — отвечает Хованский и все так же сидит на диване. Даша хватает Даню, сидевшего с краю, под руку, вытаскивая из-за стола. Парень не сильно сопротивляется, но вместе с собой берет Лизу, которая, в свою очередь, прихватывает Руслана.       Они вчетвером спускаются в самую гущу событий. Играет попсовая музыка, заставляющая пьяных девчушек максимально сексуально извиваться, а парней оценивать эти самые танцы. Оказавшись в этом месте, где любое случайное прикосновение и оттоптанные ноги не будут считаться невежеством, Лиза почувствовала себя другой. Когда в клубе темно, и ты кое-как можешь различить очертания твоего друга, а разговоры исключаются сами собой, ты будто забываешь о реалиях этого мира. Забываешь о том, что попсу, ты по сути, не очень то и любишь, а тесный контакт с людьми тебе неприятен. В этот момент хочется только закинуть руки повыше и начать прыгать на месте, во всю глотку крича припев неизвестной песни, засевшей в памяти с первого раза.       Лиза танцует, то хватая под руку Дашу, то подбегая к Дане и заставляя его танцевать быстрее. Спустя сорок минут, у девушки не остается сил, и она замечает Руслана, который тоже собирается выйти на улицу подышать. Лиза идет за ним, раздвигая уже ничего не соображающих людей.       Декабрьский воздух ударяет под дых девушке. Легкий ветерок колет щеки и оголенную шею. Руслан не замечает ее и накидывает на голову капюшон худи, доставая из заднего кармана джинс прозрачный пакет. Лиза подходит парню и прикасается к его плечу. — Русь? Это что? — спрашивает она, увидев в пакете несколько таблеток. — Блять, Лиза, нельзя так пугать! — развернувшись, вскрикивает Руслан. — Это че, наркота? — спрашивает девушка, тупо смотря на парня. Голова уже толком не соображает, но догадаться, что таблетки носят вовсе не лечебные свойства, не так уж сложно. — Да так, они легкие совсем. Будешь? — парень предлагает Лизе таблетки, положив одну на ладонь и протягивая ее девушке. — Ебанулся? Нет конечно. — Ну че ты, давай. От них нихуя не будет, просто чуть веселее станет и чувства обострятся, — уговаривает Руслан, и спустя какое-то время таблетка оказывается у Лизы на языке, в первые минуты не вызывая никаких ощущений.       Девушка думает, что отсутствие эффекта — и есть эффект. Они еще пару минут стоят на улице, Руслан выкуривает сигарету, и друзья заходят в душное помещение. Народу словно стало больше в несколько раз. Лиза находит только Даню, который ошивается около барной стойки. Девушка вытягивает его на танцпол и начинает энергично танцевать, выкидывая руки в воздух и крича слова песен. Даня смеется, наблюдая за странными телодвижениями Лизы, а после сам начинает несуразно двигаться.       Музыка в ушах Лизы гремит в два раза сильнее, сильно давя на перепонки. Не выдержав, Лиза резко разворачивается и бежит в сторону туалета. Даня ничего не понимает и бросается за девушкой, расталкивая всех, вставших на пути.       Лиза забегает в пустую уборную и подходит к раковине. В зеркало на нее смотрит чужая девчушка с растрепанными волосами, расширенными зрачками и раскрасневшимся лицом. Лиза действительно не узнает в этом отражении себя. Она открывает кран и ополаскивает лицо холодной водой. Тут она слышит громкий стук в дверь и приглушенный голос Дани.       Лиза еще пару минут стоит на месте, облокотившись на раковину, смотрит сквозь себя. Девушка игнорирует доносившиеся за дверью крики, пусть они и лезвием режут по ушам. Во рту появляется неприятный привкус желчи, а в ногах сильно пульсирует усталость. Лиза хочет открыть дверь Дане, но стоит ей отпустить раковину, как ноги перестают слушаться, и она падет на мокрый кафельный пол. Ярко-желтая плитка стен режет глаза, и девушка обессиленно щурится. Крики Дани постепенно превращаются в пустой звон, а его большие руки, хватающие ее за талию, обжигают тело. Лиза тупо смотрит на Даню, совершенно не понимая смысла его слов. Парень поднимает девушку на руки и выходит из туалета.       Очень быстро Лиза понимает, что больше не может держать глаза открытыми. Она медленно шевелит губами и пытается что-то сказать, но изо рта выходят нечленораздельные звуки. — Пиздец, как можно было в такую ебанину набухаться, Лиза? — доносится до Лизы в тот момент, когда она откидывает голову назад.

***

      Открыв глаза, Лиза видит белую полосу света, бьющую по глазам. В голове какой-то туман, а руки и ноги словно онемели после долгого сна. Девушка испускает сначала громкий стон, а после и мат. — Оба, нихуя, кто проснулся, — доносится до Лизы. Даня сидит за компьютером и выжидающе смотрит на девушку. — Ну, что? Воды, рассола, таблетку? — спрашивает парень, который готов оказать первую помощь от похмелья. — Таблетка, блять! — хрипло кричит Лиза. — Окей, ща принесу, — говорит Даня, вставая с кресла. — Нет! Таблетка! С-с-сука Руслан… Он мне таблетку дал! — сбивчиво говорит девушка, попутно оглядывая местность.       Должно быть, она дома у Дани. За все время общения она ни разу не бывала в гостях у Кашина, хотя тот заглядывал к ней частенько. Она лежала на кровати в своей вчерашней одежде, укрытая теплым пледом. Рядом стоял стакан с водой, который парень поставил специально для Лизы. Девушка поднялась на подушках и приняла полу лежачее положение. — Чего? — только и спрашивает Даня. — Блять, короче, мне вчера Тушенцов какую-то хуйню втюхал. Сказал, типа она легкая очень и только настроение поднимет. Ну, наркота и в Африке наркота, меня с нее и унесло, кажется. Я от пива сознание не теряю, знаешь ли! — быстрым потоком выплескивает на парня всю информацию Лиза, следя за тем, как быстро на его лице меняются эмоции.       Лицо становится агрессивным, а кулаки невольно сжимаются. Парень хватает телефон и уходит из комнаты. Лиза подрывается на кровати, но по голове словно бьют молотком, поэтому она остается в плену подушек. Девушка не солжет, если скажет, что такого Даню она не видела никогда. Голубые и такие лучезарные глаза, казалось, почернели, а на щеке выступили желваки. — Ебаный Руслан! Я ему, блять, башку снесу! Он чем, вообще, блять, думал?! Сука! — не сдержавшись, кричит он.       Он быстро скрывается в темном коридоре, захватив с полки сигареты. Лиза ненавидела эту привычку Дани и показательно не приближалась к нему, если от того пахло табаком. Сейчас же ей было совершенно все равно на то, что он собрался курить. Все, что волновало Лизу — агрессивный настрой Дани. Пусть она сама не против настучать Руслану по голове, но Кашин может сделать так, что Тушенцов еще несколько недель будет ходить перебинтованным. — Руслан, ты ахуел?!.. Да в том смысле, что ты, блять, Лизу таблетками накачал! Ебанулся совсем?! Ее с них так унесло, что она сознание потеряла! — доносится до Лизы через закрытую дверь в туалете. — Наверное, потому что ты наркоман ебаный, и тебе уже поебать каким количеством закидываться! Она не курит даже, какие наркотики?! Думаешь, раз у тебя на клиента меньше стало, так можно всех его близких завербовать?! — девушка перестает понимать, что вообще происходит. Голова и без того плохо работает, а сложившаяся ситуация бьет с каждой секундой все сильней. — Чувак, когда мы в следующий раз встретимся… Сука, ты знаешь, на что я способен! Пиздец, лучше посиди дома пока что, — говорит он и после этого следует только тишина.       В туалете парень выкуривает несколько сигарет, выкидывает бычки в унитаз и выходит из уборной. Лиза в это время уже поднялась с кровати и медленно выхаживала по комнате из одного угла в другой. — Я его ебну, — говорит он, громко выдыхая. — Дань, успокойся, пожалуйста! — говорит Лиза и подходит к парню. Тот избегает ее взгляда и смотрит в окно. — Я не могу, Лиз. Он совсем перестал понимать, кому дает таблетки. Ты знаешь, как с них тяжело слезть? — Даня сдерживает агрессию в своем тоне, но Лиза все равно чувствует, как у парня напряжена каждая мышца. — Нет…а ты, видимо, знаешь? — спрашивает она, когда Даня поворачивается к ней спиной и смотрит в окно.       Девушка уже так привыкла говорить с ним в такой позе, пока парень готовит кофе, что, кажется, обоим намного более комфортно вести разговор так. — Знаю. Блять, давай не будем, — тяжело говорит он.       Лиза чувствует необходимость что-то сделать. Поддержать, утешить, успокоить. Лиза не умела делать ничего из этого. Она никогда не сталкивалась с разговорами даже отдаленно похожими на этот. И поэтому желание помочь горело ярким пламенем перед глазами девушки.       Лиза не находит ничего лучше, чем подойти и обнять парня со спины. Она неуклюже подходит сзади и обвивает его торс своими руками, щекой прижимаясь к спине. Даня опускает глаза на маленькие ладошки, обнявшие его тело, и поглаживает руки девушки. В этот момент Кашин правда чувствует облегчение. Лиза здесь, рядом, живая, пусть и не совсем здоровая. Осознание этого замедляет сердцебиение и рассеивает туман перед глазами. — Я совсем ничего о тебе не знаю, — тихо и очень спокойно начинает она, — Не знаю, куда ты пропадаешь на несколько дней, не знаю, откуда у тебя появляются синяки, не знаю, чем ты живешь, не знаю, каким ты был раньше. Но я знаю, что ты очень добрый, веселый, что ты очень хорошо умеешь пить, но совершенно не умеешь готовить кофе... И мне этого достаточно... Если когда-нибудь ты захочешь, то сам расскажешь мне о том, чего я не знаю.       Парень выслушивает эту тираду и разворачивается к Лизе лицом, очень внимательно рассматривая до боли знакомые глаза так, как он делал это в первый день их знакомства, через неделю, месяц. Девушка никогда не скрывалась от него за масками. Не жонглировала ими так, как это делают все вокруг него. Так, как это делал он сам.       Лиза, казалось, была настолько не испорчена гадостями и жестокостями жизни, что малейшая рана могла бы стать для нее смертельной. Девушка не понимала этого. Она просто жила так, как ей этого хотелось. Громко смеялась, задавала неудобные вопросы, много работала, училась и любила. Любила друзей, любила прохожих и неизвестных ей. Лиза боялась близости с людьми и никогда не думала об отношениях. Это все, в свою очередь, любил и берег в девушке Даня.       И сейчас, когда Лиза оказалась в опасности, у него снесло крышу. Стоило на секунду представить, как Лиза превратится в него самого, как по коже начинали бежать мурашки. Ведь у каждого начинается все именно так. Плохая компания и неизвестный препарат могут поломать всю жизнь.       Столкнувшись с этим, Даня понял, что допустить этого он не может. Поэтому парень медленно касается руками волос Лизы, небрежно заправленных за ухо, и целует девушку, давая себе полный отчет в том, что этим поступком он способен все погубить.       Но Лиза отвечает на поцелуй. Она неумело прикасается своими губами к его, гладит спину парня и ощущает тонну незнакомых чувств и эмоций. Они волной накатывают на девушку, заставляя в секунду почувствовать на коже пламя, а потом словно окунуться в холодную прорубь. — Я все расскажу тебе, клянусь. Не сейчас, но обязательно расскажу, — тихо говорит парень, словно боясь спугнуть Лизу. — Я верю, — отвечает она, крепко сжимая руку парня и кивая. В этот момент и сам Даня начинает верить.