Жизнь в Риме

Время тянулось очень медленно и, казалось, кто-то нарочно приклеил стрелки часов и теперь те не в состоянии двигаться. Но Раф ждала, что получалось с огромным трудом, а желание плюнуть на всё и ворваться в палату к любимому возрастало с геометрической прогрессией. Нельзя, Виктор сказал, Сульфус ещё спит и разбудить его было бы...плохой идеей. Ничего не оставалось, кроме как сидеть у палаты, благо Виктор оказался хорошим собеседником. Раф не переставала удивляться его манерам и особенно начитанности, как будто он всю жизнь только тем и занимался, что книги читал. А если вспомнить рассказы Сульфуса о его занятости, то вообще...В общем, Виктор Риччи моментально поселился в сердце девушки как образец хорошего мужчины. А идеалом парня, конечно же, оставались Ник и Сульфус. С последним предстоял серьезный разговор, к которому блондинка мысленно готовилась. Готовилась, это да, но приготовиться никак не получалось. Наконец, Джемма, мама Сульфуса, известила, что дескать, сынок проснулся и даже готов к визиту врача, которого ещё надо бы найти. На поиски доктора отправился Виктор, единственный человек в этой больнице, с которым у блондинки клеился хоть какой-то разговор, а с его уходом в коридоре повисла такая убийственная тишина и неловкость буквально витала в воздухе, заставляя дышать собой. Раф наедине с матерью своего парня (бывшего, правда, но ведь это же мелочи?) и понятия не имеет с чего начать разговор. Хотя, судя по виду Джеммы, на разговор она не настроена от слова очень. И что теперь делать? -Знаешь, я удивлена, что мой сын выбрал такую девушку. Обычно он выбирает выделяющихся из толпы стерв, писающихся по нему кипятком и тут ты. Что в тебе такого, что Сульфус снова начал верить в людей? Что ты такое?- напрямую спросила женщина, глядя в глаза блондинке. Прямолинейная, с неимоверно упрямым характером, гордая женщина неописуемой красоты с манерами аристократа восемнадцатого века- такой была мать Сульфуса. С момента их знакомства с Виктором и до последнего момента она не перестает восхищать его. Восхищать своим гордым нравом, силой духа, красотой. Учитывая, через что прошла эта женщина, можно было бы с уверенностью сказать, что любой другой человек на её месте уже давно сошел бы с ума или покончил собой, но только не она. Прежде всего она привлекла Виктора красотой, но потом, когда они начали свое общение, постепенно сближаясь, он понял, что именно привлекло его в ней: сила. Такая хрупкая на вид, но, как оказалось, обладательница внутреннего стержня, Виктор не раз признавался себе, что многим обязан этой женщине, потому что не будь её, кто знает, как бы сложилась его жизнь. Да, он жизни не мог представить без этой роковой красотки. Многие говорят, что Сульфус пошёл в отца, но ведь это не совсем так: отец дал ему лишь оболочку, а вот внутреннее у него от матери. Он ведь в неё такой упрямый и гордый. Это от Джеммы у него такой взгляд и мимика. Всё-таки, Сульфус похож не только на отца. Единственное, чего Виктор никак не мог понять, почему Джемма прикидывается куском айсберга. Он же видит заинтересованность в её взгляде каждый раз когда она разговаривает с девушкой сына. Возможно, таким образом она приглушает с себе некий страх, возможно пытается запугать девчонку, а, возможно, в ней говорят манеры и воспитание? Не понятно. Еще одно непонятное дело: девчонка. Раф (или как там её?) ни чем не примечательная девушка, среднего роста и телосложения, да, с голубыми глазами и блондинистой шевелюрой, какие нравятся парням в большинстве случаев, но ведь его сын не из большинства. Так почему же именно эта блондинка, если вокруг ещё уйма красоток, которые буквально вешаются ему на шею при любой возможности, а он выбирает адекватную (на вид) девушку? Мозг подкидывал различные "теории заговора", а отцовское сердце, плюнув на мозг, пожелало им счастья- почему бы и нет? Они хорошая пара и если у них всё получится, Виктор будет только рад.

***

Входя в палату, пропахшую медикаментами, Раф невольно щурится из-за едкого запаха спирта вперемешку с каким-то лекарством. А при виде перебинтованного Сульфуса сердце ёкнуло и упало куда-то в пятки. Смотреть на него в таком состоянии было невыносимо больно, но больнее было осознание того, что её могут попросту прогнать. Знаете, те, кто безответно влюблен обычно думают: "Уж лучше он будет ненавидеть меня или плохо думать, чем вообще не думать и не знать о моем существовании"? Так вот, блондинка сейчас думала точно так же. То есть, для неё сейчас проще увидеть в его глазах ненависть и отвращение, нежели пустоту. Волнение, поселившееся в её душе последние несколько суток, снова напомнило о себе дрожью в коленках, руках и в теле вообще. В течении всего дня она повторяла себе, что надо бы успокоиться, но при виде парня все барьеры рухнули, пропуская волны отчаяния вперед, а те, в свою очередь, разрушали маленькие лодочки надежды и хорошего настроения. И снова всё пошло по кругу... Он смотрит в её сторону и натянуто улыбается- пытается казаться сильным. Она улыбается в ответ, но улыбка не касается глаз, и девушка продолжает усердно кусать нижнюю губу, из которой уже выступали капельки крови. Надо бы начать разговор, что ли. -Привет,- неловко начинает парень после затяжного молчания. Всё тело ныло и горле пересохло, сказывалось действие наркоза. Сульфус примерно знал, что чувствует человек после операции, но даже представить не мог, что ощущения будут именно такими, ведь давайте смотреть правде в глаза: он еще не отошел полностью от наркоза, потому что голова раскалывалась, а тело отказывалось подчиняться. Дерьмо. -Здравствуй. Как твое самочувствие? Ему хотелось сказать правду. Хуевое у него самочувствие. Особенно когда он смотрит на неё и вспоминает сказанные слова. Жестокие, ранящие слова, боли от них было больше чем от хирургического вмешательства, благо у него теперь есть с чем сравнивать. Какая ирония. -Блестяще, по мне не видно?- он старается держать эмоции под контролем, но знаете, это немного трудновато, особенно когда у тебя всё тело болит.-Зачем ты пришла? Да, этот вопрос застал её врасплох, ибо разговор, который она мысленно распланировала, пошёл не по плану, спасибо Сульфусу. Если честно, последние сутки у неё в голове вертелась она безумная мысль, которую она сейчас воплотит в реальность. -Я пришла рассказать тебе всю правду касательно моей свадьбы. Если это тебе интересно, конечно,- старается говорить ровным голосом безо всяких эмоций, вторя интонации Сульфуса. Тем временем обстановка начинала накаляться. Медленно, но уверенно нервозность заполняла собой не только всю палату, но и каждый сантиметр тела парня и девушки, что сидели сейчас напротив друг друга и в голове у каждого сейчас творится чёрт пойми что: Раф раздумывает над правильностью своего поступка, а Сульфус уже ничего не знает, да и голова отказывается трезво мыслить. -Ну, раз уж ты сюда пришла, было очень грубо не выслушать тебя,- выдержав долгую паузу сказал брюнет, непрерывно смотря на блондинку, которая, казалось, перестала дышать и просто застыла каменной статуей. Прочистив горло, она начала: - Всё началось незадолго до того, как мы с тобой начали встречаться. Помнишь Хеллоуин? В тот день ко мне в академию приезжал отец и попросил кое о чём...- и, да, она рассказала ему обо всём, утаив лишь имя "женишка" и наличие в контракте ребенка. Сама не знает зачем, но ей просто не захотелось говорить ему об этом. Сульфус периодически вставлял матерные комментарии и обоснованно злился, и конечно, голубоглазая прекрасно понимала причину его злости. Будь у её парня невеста на стороне, она бы не раздумывая кастрировала обоих. Даже тот факт, что он её ни разу не видел не спас бы их обоих от жестокой смерти, так что реакция Сульфуса- это ещё полное спокойствие,-...и в конце концов контракт аннулирован и он больше не является моим женихом. Теперь она ждала его слов. Думала, он будет крушить всё на своём пути, убивать, зарождаясь адским пламенем, ну или хотя бы разозлится, но он молчал. Да, во время рассказа он перебивал её, но сейчас была полная тишина и это пугало. Пугало до усрачки, потому что это никак не ожидала. Да лучше бы он послал её куда подальше, начал презирать, да хоть заплакал, но вот он сидит напротив неё и в его глазах...ничего. Абсолютно. Что делать? -Честно говоря, я даже не знаю, верить тебе или нет. Я думал, что наши отношения основывались на правде и доверии, но после этого не знаю что и думать...Поздравляю, Рафаэлла Суон, вы завели меня в тупик! И снова эта давящая тишина. Но ненадолго. -Ты мне не веришь...Всё, что было нами, Сульфус, было искренним и настоящим, и то, что ты ставишь мои чувства под сомнения, немного обидно, не находишь?- прошептала блондинка, заглатывая застрявший в горле ком. Действительно, ведь их отношения были настоящими и чувства в них были настоящие и недоверие Сульфуса заставляло сердце болезненно сжиматься, а слезы уже собирались в уголках глаз, но она начала часто моргать в попытке смахнуть их куда подальше, что плохо получалось, поэтому, дабы возлюбленный не видел её слёз, она встала и отошла к окну, тем самым становясь спиной к парню. Хоть что-то. -О каких чувствах ты говоришь, Раф? Это же я у нас всегда признаюсь в любви, в отличие от тебя. "Сульфус, это ошибка", "Сульфус, такого не может быть". Как после твоих же слов я могу быть уверен в наших отношениях? Знаешь, мне раньше казалось, что у нас всё отлично, но я только теперь понял, что это было далеко не так. Откуда я могу знать, что это не очередная ложь? Может быть, ты его на самом деле любишь, а со мной была, ну не знаю, просто так?..-договорить ему не дала блондинка, неожиданно подлетевшая в его сторону разъяренной фурией и прожигая взглядом. Взглядом, от которого не просто шли, бежали мурашки и появлялось острое желание перекреститься. -Я тебя люблю! Доволен? Ты сказал всё, что думаешь и теперь моя очередь говорить: я этого ублюдка ни разу в жизни не видела, более того, я испытываю отвращение по отношению к нему и собственному отцу. Если тебе ещё не достаточно моих слов, то послушай меня, я впервые испытываю такой спектр эмоций как с тобой, у меня впервые такая реакция на обычные, мать их, прикосновения! Я думаю о тебе, придурке таком, сутки напролет, я, когда глаза, сука, закрываю, появляется твоя рожа вот эта прекрасная. Я постоянно хочу видеть и трогать тебя тебя и того времени, что мы проводим вместе мне не достаточно, понял? И если тебе всё ещё не совсем ясно, то я повторюсь: Сульфус, мать твою, Риччи, я люблю тебя! Люблю до чёртиков и звёздочек перед глазами. Настолько, что готова отдать все свои кисточки и краски, лишь бы ты смог простить меня. И если ты не намерен прощать меня, то я пойду. И краснющая, злющая девушка пулей покинула палату такого же красного парня, который просто пребывал в состоянии шока. Она, оказывается, любит его. Действительно любит, а не прикидывается влюбленной идиоткой. Она. Любит. Его. Безусловно, это было достойно улыбки.

***

POV. Раф С момента моего сумасшедшего признания Сульфусу прошло два дня и все эти два дня Ник не давал мне покоя. Мол, это конечно, хорошо, что ты призналась, НО НЕ ТАКИМ ЖЕ ОБРАЗОМ, ИДИОТКА! Да, чтоб вы поняли, друга раздирало на две части: первая, безусловно радовалась признанию Сульфусу со стороны Рафули, ну а вторая...вторая хотела её убить во-первых, за ссору, а во-вторых, за то, что "призналась таким идиотским образом, тупица". Вопросы из категории "И что ты будешь делать дальше" были заданы раз двести, наверное и если честно, я понятия не имею, что делать дальше и куда засунуться в поисках душевного спокойствия, ибо голова уже кругом идет от этих бесконечных мыслей. Кто-нибудь, успокойте мою дурную, забитую всякой хренью, голову. Да, ещё сегодня мы с Малаки идем на благотворительный вечер, посвященный борьбе против рака, организованный им же и отказаться я просто не могла. Онкологические болезни всегда будят во мне воспоминания о матери и, честно говоря, поехать на этот вечер было бы несколько болезненно для меня, но раз уж я уже согласилась, деваться некуда. Все-таки, болезни такого рода- ужасная вещь, ведь болеть самому не так страшно, как наблюдать за больными со стороны. По сути, на твоих глазах медленно увядает человек и ты не можешь ничего с этим поделать, всё, что тебе остается это поддерживать его, надеясь на скорейшее выздоровление. И, признаться честно, не все выздоравливают. Каждый год почти девять миллионов человек умирает от этой болезни. Одной из них была моя мама...Наверное, это одна из причин, по которым Малаки начал жертвовать деньги. Один лишь чёрт поймет, что творится в голове у моего отца. Никогда не понимала, зачем люди наряжаются на подобные мероприятия. Ну зачем людям, занимающимся благотворительностью, такая дорогая одежда? Да за те деньги, что стоит платье вон той девули, можно вылечить целую ораву больных детишек. Не то, чтобы я сильно любила детей, но во-первых, это больные дети, во-вторых, у этих детей есть родители, которым бесконечно больно смотреть на их мучения, ну а в-третьих, нафига им такие дорогие платья-то? Тем более, что они полностью усыпаны камнями и стразами, бе. Тем не менее, все мы собрались здесь в назначенном месте в назначенное время и да, я тоже надела платье дабы не выделяться из общей массы, нанесла макияж, все дела. Почему-то именно сейчас мне жутко захотелось поехать обратно домой, но не было повода. Не смотря на пафосные лица и обилие натянутых улыбок, атмосфера была не очень, чувствовался странный запах...Запах смерти. Лица неизлечимо больных, лица их близких, эта безысходность, не даёт покоя. Воздух загустел настолько, что его можно есть прямо ложкой. Ох уж это напряжение... Зазвеневший телефон отвлек наконец-таки от всех этих печальных мыслей. Звонил Луи, просил приехать и помочь с Сульфусом, ибо всю прислугу отпустили на новогодние каникулы ещё до Нового года, родители и Каби успели уехать по своим делам и бедному повару срочно требовалась помощь и-и-и-и почему бы и нет? Правда, есть вероятность, что Сульфус не захочет видеть и говорить со мной, но, как говорится, попытка не пытка, поэтому попрощавшись с Малаки и поймав такси, лечу на крыльях любви к любимому, ага. Ну, я конечно, молодец, хорошо психанула в тот день, ничего не скажешь. Напугала бедного мальчика до усрачки и сама усралась на месте. Честно говоря, не ожидала, что всё так получится, просто слова Сульфуса касательно наших отношений вывели меня из себя. Чувства мои по отношению к нему самые что ни на есть настоящие и недоверие с его стороны- не понятно мне. Доехала. Боже мой. Куда деваться? Ладно, Рафуль, сделай лицо скалой, жопу камнем и вперёд. Твою же мать, надо расслабиться наконец. Двери открыл запыхавшийся Луиджи. Бедняга уже весь покраснел и дыхание сбилось к чёрту. Знаете, чем мне нравится Луи? Тем, что он не старается скрывать правду, рассказывая реальные истории из детства Сульфуса, не приукрашая реальность и не делая из него принца на белом единорожике. А ещё тем, что сокращенный вариант его имени созвучно с Луи Томлинсоном, да. Обожаю этих парней, а Гарри так вообще- отец моих детей (не говорите Сульфусу). Да, быть дириком- тяжело, учитывая, что парни сейчас на перерыве и у каждого сольная карьера, это больно наблюдать за каждым по отдельности, потому что ты привык, что их пятеро, они вместе, уход Зейна вообще стал ударом для меня, не говоря об их решении взять небольшой перерыв. Тем не менее они обещали и они вернутся, я точно знаю! Интересно, сможем ли мы с Сульфусом вести себя так, будто ничего не было? Уверена, будет супер неловко...