Глава 14
12 ноября 2017 г., 21:59
Утром просыпаюсь от кошмара. Не знаю, что именно мне снилось, но оно заставило меня поволноваться. Медленно поднимаюсь с кровати. Нидзан уже не спит: по звукам, доносящимся из зала, можно сделать вывод, что он готовит. Прохожу сразу в ванну, принимаю душ, наскоро одеваюсь и иду к парню. Он готовит что-то вкусное.
— Доброе утро, — он не поворачивается ко мне, пилит взглядом непонятную смесь в сковородке.
Подхожу и обнимаю его сзади. Парень поворачивает ко мне голову, касаясь моих губ на долю секунды. Получив утренний поцелуй, отстаю от него, присаживаясь за стойку и насыпая себе кофе.
— Поставь чайник, — морщусь, поворачиваясь к телевизору.
Если бы несколько месяцев назад мне сказали, что я буду жить с этим парнем, я бы счел того психом, да еще и врезал бы наверное. Ощущать, что дома кроме тебя есть еще кто-то, смотреть вместе телевизор, проснуться и есть горячий завтрак…. Все это было чуждо для меня, а сейчас я не представляю без него жизни. Нидзан не спеша наливает мне кофе.
— Сегодня я не вернусь. У меня дела допоздна, и я не хочу тебя будить, — поднимаю глаза на парня, вслушиваясь в его слова и всматриваясь в серьезное лицо. Он даже на меня не смотрит.
— Что за дела?
— Не могу сказать, — виноватый тон.
Вздыхаю, делая глоток горячего напитка.
— Мне без разницы, но лучше приди. Я не умру, если проснусь на пять минут от твоего прихода.
— Хорошо, — кивает, продолжая готовить.
— Это на обед. Будет запеканка.
Молча пью кофе. Закончив готовку, он быстро собрался и ушёл, одарив меня быстрым поцелуем а-ля «куда попало». Собираюсь идти к Хатори, делать-то все равно нечего, а он, скорее всего, сейчас свободен. Собираюсь и прихватываю бумажник на всякий случай. По дороге звоню ему.
— Алло?
— Я сейчас к тебе иду.
— Я сейчас не дома.
Останавливаюсь на полпути к лифту и собираюсь поворачивать обратно.
— А где?
— В торговом центре. Иди сюда, если хочешь, — тон вроде дружелюбный. Все же решаюсь вызвать лифт.
— Что ты там делаешь?
— Одежду себе покупаю. Тебе тоже не мешало бы.
— Зачем?
— Иногда стоит менять свой гардероб хотя бы для настроения. Да и Нидзану понравилось бы на тебе что-то новенькое.
Ладно, аргумент про Нидзана был убедительным. Не то, чтобы я был бесхребетным, но я действительно хотел бы порадовать своего парня.
— Какой торговый центр?
— Инагея.
— Скоро буду.
Быстро прихожу куда надо, но теряюсь в самом торговом центре. Этот ублюдок был замечен в отделе мужской одежды, хотя пару минут назад по телефону говорил, что примеряет обувь. Легонько касаюсь кулаком до его макушки.
— Я тебя еле нашел, идиот, — разглядываю вещи, которые он уже понабрал. — Что это?
— Решил купить себе кофты разные. Смотри, какая крутая, — показывает черную толстовку с непонятным рисунком. Кажется, он застрял где-то в 14-летнем возрасте. Хотя толстовка неплохая. Что-то промычал себе под нос непонятное и отворачиваюсь от парня, оглядывая вешалки с одеждой. Чуть дальше отдел с ветровками на прохладную погоду. Хожу туда-сюда, щупая каждую куртку. На глаза попалась приятная на вид ветровка бордового цвета с коричневым воротником. Нидзан говорил, что этот цвет мне идет. Прямо там и примерил её, стою и кручусь рядом с зеркалом. Идеально.
— Тебе идет куртка, — послышался откуда-то знакомый голос. Поворачиваю голову на источник звука. Какого она тут забыла?
— Что ты тут делаешь?
— Я одежду покупаю для Дзимы, — Кира подняла большие мешки с одеждой. Вообще она сама выглядит как парень-пидарас: узкие черные джинсы, кеды и свободная большая толстовка белого цвета.
— Ты покупаешь для него одежду? Как ты узнаешь, какой размер ему нужен? — недоверчиво смотрю.
— Он же мой возлюбленный. Я знаю о нём все, что нужно.
Вздыхаю. Лично я не знаю размер Нидзана, да и вкус тоже, а если бы он сказал, то я бы не запомнил. Видимо, это такая женская фишка.
— Тебе идёт бордовый цвет, но не закрывайся совсем под горло, — тонкие пальцы Киры медленно расстегнули молнию куртки, оставляя её на уровне ключиц. Сглатываю, чувствуя неприятные ощущения. Она так смотрит, будто заигрывает. Эмоции на миловидном лице меняются так быстро, что я не успеваю их оценить. Секунду назад она улыбалась, потом немного погрустнела, после чего снова улыбается, а я чувствую себя тупым петушком.
— Знаешь, я очень люблю вводить людей в заблуждение, а потом шокировать их, — проговорила девушка с любопытным и удивленным выражением лица.
— Что ты имеешь в виду? — недоверчиво хмурюсь.
Кира вздыхает, опуская голову и поправляя мой воротник. Подняв невинное личико вверх, она посмотрела сначала на потолок, а потом на меня.
— Я парень, — с этими словами она на радостях убегает из отдела, оставляя меня в немом шоке.
— Это же Кира была, да? — поворачиваюсь в сторону только что подошедшего Юкины и молча киваю.
В отличие от довольного парня, я купил мало вещей, но надеюсь, что Нисан оценит хотя бы куртку. Надел её сразу на себя, чтобы оценить степень комфортности. Сижу в раздумьях, подпирая голову руками. Как девушка могла оказаться парнем? Хотя если подумать, то я ни разу не видел, чтобы её верхняя одежда не прикрывала низ. Тогда понятно, почему я не понял раньше. Надо будет обсудить это с Нисаном. Протягиваю руку, пододвигая к себе коктейль, который утратил вкус несколько минут назад, по крайней мере, для меня, ведь когда я думаю, мои вкусовые рецепторы буквально отключаются. В последнее время я ощущал сердцем те неприятности, которые должны будут произойти, хотя после той ночи в лесу тревожности немного поубавилось. Обхватываю губами соломинку, тяну её на себя, не втягивая при этом коктейль.
— Ты такой милый, когда задумываешься, — Юкина присаживается напротив меня, придвигая принесенный поднос с гамбургерами. Даже как-то есть не хочется.
— Кира оказывается парень, — снова подпираю голову рукой, размешивая коктейль соломинкой.
-Я сразу понял, что они с Дзимой — геи, — лицо парня никоим образом не изменилось, пока я жаловался ему на пол Киры. Зазвонил телефон — я сначала подумал, что мой и потянулся к нему, но он оказался выключенным. Разрядился? Когда я последний раз его ставил на зарядку? Поднимаю глаза на Юкину. Он очень побледнел, а его лицо напоминало кирпич. Приоткрываю рот, чтобы спросить, в чем дело, но парень выставляет руку вперед, мигом затыкая меня.
— Куда его увезли? — он встает, задвигая стул, а я уже приготовился сидеть один. Кладу голову рядом со стаканом.
— Спасибо, что сообщил, Кито.
Резко поднимаю голову. Так они с ним обменялись номерами телефонов? Мне-то показалось, что он не так хорошо сдружился с ним….
— Артём! — Юкина тормошит меня за плечо, тянет вверх, чтобы я встал. — Нидзан сейчас в больнице с переломами!
— Прошу прощения! — вбегаю в больницу как ошпаренный, сбиваю мужчину с ног, теряя координацию, еле добираюсь по кривой к стойке и повторяюсь: — Прошу прощения, в какой палате сейчас находится Тадзаки Нидзан?
Девушка смотрит на меня с недоверием, переводит взгляд на компьютер, будто игнорируя меня. Я уже хотел переспросить с раздражением в голосе, как она раскрыла свой рот и назвала номер палаты. Я отбежал в сторону, после чего вспомнил, что не знаю где это. Пришлось возвращаться. После этого бегу к палате, временами останавливаясь, чтобы не упасть в очередной раз. Да, я уже несколько раз целовал эту чистую, белую плитку. Встаю перед палатой, чтобы отдышаться и медленно открываю дверь. А палата-то одноместная, платная. В кровати лежит это нечто с переломанной ногой и рукой. Все по правой стороне. Неописуемое волнение сменяется на радость, после чего на космическую злобу. Если бы не переломы….
— А сейчас ты мне все выкладываешь, — кладу руки на бока, все еще тяжело дыша.
Нидзан медленно поворачивается ко мне, глубоко вздыхая.
— И я тебя рад видеть.
— Я сейчас тресну тебе по загипсованной конечности!
— Ладно, остынь, — измучено улыбается. Присаживаюсь на стул, который стоит рядом с кроватью. Геройски выдерживаю длительную тишину. — Я фрираннер. Мне нельзя было об этом кому-то говорить из-за родителей, они не должны были знать. А тебе я не говорил, потому что тебе не обязательно было знать. Сегодня я не рассчитал свои действия.
Парень улыбнулся шире, смотря в потолок.
— Спасибо, что хоть сейчас рассказал.
— Каюсь. Больше никаких секретов. Прости.
Задумываюсь. Я слышал про фрираннеров, но не особо помню, кто они такие. Вроде люди, которые бегают через препятствия или что-то вроде этого. Так он… просто грохнулся, пока бежал? Как я его понимаю.
— Классная куртка, — кажется, он пытается завести безобидный диалог.
— Да, — слово прерывается резким выдохом и непонятными эмоциями. Я вроде рад, что с ним все нормально, и в то же время сейчас расплачусь. Стараюсь улыбаться и поддержать тему. — Да, я… подумал: может ты оценишь её. Купил только что.
Шмыгаю носом, поглядывая на Нидзана. Кажется, сейчас слезы покатятся. Этого мне еще не хватало.
— Я же не умер, чтобы ты начинал плакать, — горько усмехается. Его, похоже, тоже что-то напрягает. — Тебе сейчас лучше уйти.
Верно, его родители не должны меня видеть. Нужно уходить. Встаю со стула. Наклоняюсь и целую пересохшие губы своего возлюбленного, после шепчу ему на ухо:
— Поправляйся поскорее.
Выхожу из палаты, все еще поглядывая на его огорчённое лицо. Он будто бы хотел что-то рассказать мне, но не нашёл в себе силы. Я не стал его мучить, тихо закрывая дверь. Медленно иду по коридору, как из-за угла показывается группа из трех человек. Очень красивая, но не молодая женщина, относительно высокая и элегантная. Я сразу понял, что это мать Нидзана. Он просто её копия. Но и на отца он тоже похож: мужчина высокий, накаченный и выглядит опасно в этом дорогом черном костюме. За ними плетется маленькая какашка в виде Рёты. Все из семейки Тадзаки выглядят как члены мафии? Смотрю прямо в глаза Рёте, не останавливаясь и не сбавляя шаг. Парень делает взгляд, будто первый раз меня видит. Покрывает меня? Я думал он выложит все родителям, а потом они настучат мне по наглой морде и заберут своё чадо подальше от Японии. Вы только представьте себе Нидзана на необитаемом острове взаперти. Из этого отличная пародия на сказки получится. Например, «Спящая Нидзаночка», «Нидзан и семь крабов», «Тадзолушка», да что уж там — «Тадззюцель»!
Прохожу мимо, пытаясь сдержать улыбку от собственных мыслей. Чувствую себя чокнутым. Покупаю себе колу в местном автомате и сажусь на диван, не зная, куда себя деть. Вещи я отдал Юкине, чтобы тот закинул их ко мне домой. Не часто я даю ключи кому-то, но сегодня была особенная ситуация, а парень был в восторге. Через несколько минут замечаю Рёту, идущего ко мне. Морщусь.
— Спасибо, что пришел к нему.
— Ты благодаришь меня? — делаю акцент на первое слово.
— Удивлен?
— Есть немного.
Тадзаки младший медленно садится рядом со мной.
— Прости, что я плохо думал о тебе. На самом деле ты оказался хорошим.
— Что послужило таким выводам? Ты как будто прощаешься.
Усмехается, мотая головой.
— Просто я наконец-то увидел, насколько ты волнуешься за него. Я был в приёмной, когда ты залетел в больницу. Когда Нидзан рассказал мне о тебе я подумал, что хуже и быть не может: парень, которому все равно на этот мир. А ты так сильно любишь Нидзана.
— Конечно, я его люблю, идиот, — возмущенно проговариваю каждую букву, а потом добавляю немного мягче. — Стал бы я встречаться с тем, кого не люблю.
— Мысли на этот счет бывают разные. Он тебе не говорил? Сколько людей на свете — столько и мнений.
— Это не так. Ведь бывают люди, зависимые от чужого мнения.
— Но не полностью, а вообще соглашаться с чужим мнением тоже выбор каждого, поэтому это можно считать личным мнением.
— Кажется, ты меня уел, — улыбаюсь, поглядывая на почти допитую банку колы. — Спасибо, что поговорил со мной.
— Спасибо за то, что ты рядом с моим братом.
Рёта встает и уходит, поглядывая на меня время от времени. Допиваю колу и измученный возвращаюсь домой, где меня ожидает Юкина и Басё.
— Он просто дурак, — говорю, будто сам себе. Прохожу в зал и бухаюсь на диван. — Кстати, что ты тут делаешь? Мы же договорились, что ты уйдешь.
— Прости, — Юкина мнется передо мной, сжимая кофту в руках. — У меня опять дома не ладится, родители совсем поссорились, начали руки распускать. Я сказал, что ухожу из дома, понадеялся, что они поймут, но это еще сильнее их разозлило.
— И они сами тебя из дома выгнали? — немного в шоке от этого насыщенного дня. — Ладно, что же я тебя брошу что ли? Оставайся у меня.
Парень бросился меня обнимать, иногда шмыгая носом.
Я пообещал Нидзану не приходить к нему, дабы не палиться перед его родителями, Юкина совсем переехал ко мне, — в общем, много чего произошло. Сижу на паре, совсем отвлекаясь от болтовни профессора. Мы с Юкиной играем в игру: один что-то рисует, а второй — отгадывает. В последнее время мне даже весело, я чувствую, что действительно оживаю. Моя страница со звездами все пополняется, и мне хочется скорее похвастаться перед Нидзаном. Только вот он все не выходит. Собираюсь идти домой, прохожу мимо орущего декана, невольно подслушав разговор.
— Что за год нелегкий! Что ж вы все уходите из института-то а? Сначала Тадзаки, теперь ты!
Услышав последнее предложение, встрепенулся. Подхожу к декану.
— Простите, какой Тадзаки?
Тот смотрит на меня так, будто видит меня впервые.
— Тадзаки Нидзан неделю назад покинул наш институт.
— Что? — у меня ушла земля из-под ног. — Он не сказал почему?
— Уехал куда-то, — тот морщится. — Не знаю.
Оставляет меня наедине с собой и гнетущими мыслями. Он определенно что-то напутал. По дороге домой захожу к Нидзану, долго звоню и стучу в дверь, но никто не появляется.
— Если ты не уйдешь — я полицию вызову, — не совсем молодая женщина выглядывает на меня из соседней квартиры.
— Вы не знаете, где хозяин этой квартиры?
— Уехал он, а квартира на продаже. Уходи и не стучи по нервам.
Медленно поворачиваюсь, уходя домой. По дороге набираю номер Нидзана — он недоступен. Кое-как дохожу до подъезда, где меня буквально сразило горькой правдой: меня кинули. Да еще и одним из самых отвратительных способов. Молча, холодно, внезапно. Сажусь на лестничную клетку, пытаясь не рыдать.
— Прошу, не покидай мой мир, — говорил я себе под нос дрожащим от рыдания голосом. Для меня наш роман закончился на лестничной клетке, со слезами и отчаянием. Он так много мне подарил, а теперь его нет, и я понимаю, что никогда не верну его.
Я еще не раз пытался связаться с ним, но так ничего и не узнал. Все семейство Тадзаки пропало из города.