Вам здесь не рады.

      В себя я приходил очень долго. Вместо четкой картинки перед глазами стояла белая пелена, по которой перемещались более тёмные силуэты. Тело отказывалось повиноваться. Первые несколько дней в голову закрадывались мысли, будто что-то пошло не так. Но после десятка коротких периодов бодрствования зрение восстановилось настолько, что я смог различать лица. Белый шум и стук сердца в ушах сменились привычными звуками. Но пока общаться я мог только моргая. Как только поняли, что я понимаю их, врачи сообщили мне, терапия прошла успешно и теперь меня ждёт продолжительная реабилитация.       Через неделю я уже сносно чувствовал руки и ноги. А ещё через четыре дня я попытался встать, меня даже попросили подождать прихода Лазарева. Вот тут-то я и понял, что серьезно изменился. Иван Сергеевич и так был мне по плечо, теперь же вообще в пупок дышал. Стоя в палате в окружении медиков и ученых, создавалось ощущение, будто вокруг школьники. Правда стоять долго не смог и пришлось быстренько приземляться на койку. Удалось, наконец, себя осмотреть и ощупать. Узник концлагеря иначе не скажешь. Но меня уверили, зверский аппетит вот-вот проснётся. Скучать не давали, массажи, капельницы, упражнения, приёмы пищи, - понемногу, но чуть ли не каждый час.       Через полтора месяца решили нас всех собрать. Оказывается, первые две недели мы валялись в реанимации. Сейчас же глядя на собравшихся в столовой людей, в голову приходили мысли только о доме престарелых. Шуточки на эту тему не замедлили посыпаться. На своих двоих пришли только пятеро, и я в это число не входил. Остальные были на костылях или в инвалидных креслах. Родриго и ещё нескольких вообще привезли на кушетке.       В глаза бросались различия между бойцами. Только половина существенно прибавили в росте. С нами поговорил Лазарев и Оберт. Суть сводилась к тому, что эксперимент прошёл успешно, результаты были получены лучше ожидаемых. Даже пошутил, что кое-кому придётся придумывать новый позывной. Проследив за взглядом директора исследовательского отдела, я понял шутку. Полторашка, именно так звали одного канадца, за маленький рост. Но будучи почти квадратным, он выступал в роли второго номера пулемётного расчета. Теперь в гиганте ростом два с четвертью тяжело признать низкорослого Габриеля. Правда, подобные изменения обещают нам просто огромное число тренировок для восстановления былой формы.       Вот только фактически все навыки нам придётся нарабатывать заново. Я вырос до двух метров сорока сантиметров, при этом, по заверениям ученых, буду весить два центнера. Поменялось все. Так же до этого мне пришлось учиться ходить, теперь мне придётся отрабатывать боевые навыки. Я даже самостоятельно побрился без эксцессов только на третий раз.       Лазарев так же рассказал нам, что именно в нас изменилось. Для начала мы были изначально разделены на три группы, и у каждой программа несколько различалась. Но у всех были усилены мышцы, связки и кости. Теперь мы можем выступать на олимпийских играх. Все медали будут наши в тяжелой атлетике точно, а вот с легкой кое где ещё могут возникнуть проблемы. Что сказать, по планам мы должны будем поднимать два своих веса, это в пределе конечно. Четыреста килограммов, - выгонят из армии, пойду в грузчики. Гигантами стали только треть, будущие штурмовики и тяжёлая пехота. Большая часть прибавила в росте не так много, и всего пятеро остались при своих.       Мы стали выносливее, быстрее, сильнее, крепче. Были изменены даже наши нервы, скорость прохождения сигналов увеличилась. Понятно, почему первое время я дверную ручку не мог ухватить или одеться самостоятельно. За час нам рассказали, что из нас сделали, что ещё сделают и как именно будут это делать. А пока всем велели разойтись, подходит время приёма пищи.       Я рассматривал себя в зеркало. Все вроде в порядке. Сегодня приезжает командующий. Нужно показать, что отряд почти готов, что бы нас не задвинули ещё на пару лет в какой-нибудь исследовательский бункер. Месяц назад врачи прервали все процедуры и мы с упоением наблюдали за светопреставлением в космосе, пока не сгорела последняя камера видеонаблюдения на поверхности. К каналам центральной базы нас разумеется никто не подключал. С того момента мы стали тренироваться ещё ожесточеннее. Как показывал опыт, противник вот-вот должен был обрушиться на Землю. Вот только наш отряд пока не боеспособен, и ещё полгода мы едва ли будем полезнее вооруженных гражданских на поле боя. Ладно, время, пора идти есть.       Пьер прибыл на объект в плохом настроении. Сообщение от Леона несколько выбило его из колеи. Какого черта, снова эти интриганы что-то задумали. А если им удастся договориться с советами? Наверняка попытаются растащить Х-COM на куски. Слишком мало информации. Нашли минералы, а где и много ли? Старый товарищ обещал нарыть хоть что-то до завтра. Это один из тех случаев, ради которых создаются шпионские сети и оказываются услуги высокопоставленным чиновникам и военным. Пусть засветит хоть всех агентов, плевать. Шэнь и Леви уже сейчас готовы построить корабль сопоставимый по размерам с корветом. Уже на месте. Ох!?       Именно такой была мысль командующего, когда он вошёл в столовую. На фото это выглядело несколько иначе. Да и не вглядывался он до этого в фотографии, важнее были цифры. Теперь же… Санше на фоне стоящих первыми в строе бойцов казался подростком. Бойцы уже немного восстановили форму, и не походили на больных анорексией, как описывал их Герхард месяц назад.       Но сейчас важна не четкость строя, а моральный настрой. Уже почти три года парни оторваны от внешнего мира, от товарищей, от боёв. И ещё полгода им придётся потерпеть. Конечно, сейчас они все как один готовы вступить в бой. Вот только если сейчас чужие атакуют главную базу и окружающие её объекты, он отправится на командный пункт, а бойцы с учеными будут эвакуированы.       Пора заканчивать встречу. Парни готовы ждать и тренироваться. Все слова сказаны, это не встреча с журналистами, для этих людей подбирать верные и аккуратные формулировки нет нужды.       Командующий уезжал с улучшившимся настроением. Несмотря на то, что из-за перерасхода реагентов Лазарев и Оберт не рекомендовали проводить терапию для следующей партии,, оперативников прошедших курс хватит для создания особого отряда высокой мобильности. И транспорт для них, похоже, будет так же особой мобильности. Леви что-то говорил о стратосферном транспортном сверхзвуковом самолёте, организации подобная машина пригодиться однозначно.       По прибытии на базу к Санше подошёл Леон и попросил о коротком приватном разговоре. При этом его лучше провести на нижних, научных уровнях. Командующий согласился, и через двадцать минут они оказались в одной из многочисленных лабораторий, где их уже ждал Оберт. Буше проверил, действительно ли лаборатория пуста, после чего отключили средства наблюдения. Тут же Герхард огорошил Пьера новостью, что тот является пси активным. Сбитый с толку Санше, некоторое время молчал, а потом потребовал доказательств. И их ему предоставили, мало того начальник СБ подтвердил, что командующий является именно Пьером Санше и никак иначе. На какое-то время в помещении установилось молчание. - И что теперь? – задал вопрос Санше. - А что теперь? Пьер, готов выслушать твои приказы, - позволил себе фамильярность Леон. - Господин Санше, мне потребуется провести некоторые анализы и исследования. Нужно установить на что вы способны. В остальном, не вижу препятствий для вашей работы, - добавил Обер. - Верно господин директор, - продолжил Буше. – Это никоим образом не должно сказаться на вашей работе и командовании Х-COM в целом. Придется только выделить несколько часов на общение с Герхардом. - Да, позже согласуем график, - несколько заторможено произнёс Санше. - Тогда я вас покину, - сказал Оберт. – Сейчас я не могу сказать что-то сверх этого. - Да идите, мы найдём выход, - попрощался с Герхардом Леон. - Кто ещё знает об этом? – задал вопрос Пьер. - Ещё один ученый, - ответил ему безопасник. – Пьер, ты же понимаешь, что пока никто не должен знать об этом. Неважно, что найдёт или не найдёт Оберт, если информация всплывёт, ты недолго пробудешь командующим. Сейчас пси у информированных людей ассоциируется с бесконтрольной паникой и теоретической возможностью полного контроля над человеком. Даже слух о тебе вполне может привести к катастрофе. - Я понимаю всё это. - Да нет, снимать тебя, не имея доказательств, никто не решится. Пока ученые находят среди людей только пси-пассивных. Диагностическое оборудование есть только здесь. И в случае гипотетической проверки оно покажет полное отсутствие сил, здесь нет причин для беспокойства. Но я допускаю, что тебя могут попытаться убрать физически. Х-COM набирает всё больший вес. А это многим не нравится. Временная, компромиссная фигура становиться всё более самостоятельной. - Ну, у меня есть прекрасная служба безопасности. - Не до шуток. Сам знаешь, одного поймаем, второго перехватим, а третьего пропустим или четвёртого. Бить в ответ тоже бесполезно, а главное, - по кому? Зачищать политические верхушки стран, так это тоже не очень смешно. - Хорошо, допустим, я проникся. Ты не зря нагоняешь мрачности. Но сейчас информацией владеют только четверо. И сразу скажу, убирать того ученого я не разрешу. Не для того их всех сюда собирали. - Ты конечно проницателен, но упрям как осёл! Сейчас не время для морализма. Даже Оберт, скажем так, не ответил категорическим отказом на моё предложение. Хотя это и далось ему тяжело. - И всё равно нет. Переведи его к себе, собери небольшую группу, пусть ищут похожих на меня. - Да как ты не понимаешь?! Не время сейчас! У нас впереди очередной акт противостояния. Кое-кто снова попытается растащить организацию на кусочки. И плевать им на последствия. Сейчас нужен только повод. Вот я смотрю на тебя и понимаю: не отступишь. Хорошо я переведу этого Блейма или как его... а не важно. Но проблему это не решит! - Славно, а теперь нам пора расходиться. - Да пора. Удачи в работе. - Хех, удачи. Удачи стоит пожелать твоим агентам. - Она им тоже пригодится, но завтра вечером по находке американцев информация будет. - Хорошо, хорошо.

***

      Примерно через неделю произошло собрание ЦК, руководству СССР предстояло решить, как ответить на предложение американцев.       К этому моменту ученые подтвердили, что в обломках мантийных пород, вынесенных на поверхность, есть так нужные вещества. Вот только их содержание измеряется не в процентах, а в промилле. И их добыча будет подобна добыче золота, с её граммами на тонну. Все это довели до членов совета.       Мнения разнились, некоторые высказывались за то чтобы поддержать предложение США. В противном случае добыча этого дюраниума и прочего наверняка перейдет под международный контроль. При этом попытка отказаться от подобной перспективы наверняка вызовет непонимание даже у союзников по ОВД. А там помимо всего добываются алмазы, стратегическое сырьё. Главком ВВС давно лелеял идею о создании космических сил. Давление на Х-COM и распространение технологий чужих, при том, что у Cоюза будут необходимы материалы, позволит создать их самостоятельно.       Пыл желающих поддержать США охладил председатель КГБ. Простая мысль, что раз американцы расстались со столь ценной информацией, значит, они планируют получить что-то гораздо ценнее.       Что именно, пока не понятно. Но есть несколько направлений. Так есть шанс, что США всё же обнаружили кимберлитовую трубку с нужными минералами, вот только открытие удалось сохранить в секрете. Или же нашли гораздо более богатый источник. И согласие приведёт к краху. Имея больше ресурсов, американцы смогут построить больший космический флот.       Ещё одним предположением было, что руководству США стало известно о неких исследованиях в Х-COM. Исследовательский отдел организации тщательно охранял полученные результаты. Точнее, доступ к информации был открыт, но вот публиковались явно не все материалы.       Завязавшаяся дискуссия перескочила на обсуждение арестов проведённых КГБ. Но тут председатель был непоколебим. Всем арестованным вменялся шпионаж. В той или иной степени, часть задержали в качестве профилактики, и через какое-то время отпустят. Правда, пришлось пояснять, откуда взялось столько шпионов.       Уже сейчас было ясно, что ниточки ведут в Х-COM. Этот факт был ещё одним плюсом в копилку идее отказать американцам. Подобная внезапная активность в направлении геологии намекала, что командованию Х-COM уже известно о находке США.       Андропов, не готов был раскрывать все карты, не все члены политбюро могут держать язык за зубами. И предложения серьёзнее взяться за организацию и показать, что подобное недопустимо, пропускал мимо ушей. В разведке тоже существовали свои неписанные правила, разумеется их нарушали, но последствия обычно тяжело просчитать. А войны спецслужб допускать нельзя. Сейчас Х-COM был неприкасаем. Разведки стран не лезли в командный состав, а СБ организации не мешает их деятельности по добыче технологий. При этом попытки давления на сотрудников резко пресекались, и порой конкурирующей разведкой, а не СБ. Тут действовали в соответствии с фразой «да, не доставайся же ты ни кому». Вот только о разрушениях или каком либо ущербе и речи быть не могло, поэтому пока просто одёргивали самых ретивых.       И тут такая активность со стороны СБ организации, поднявшей всех агентов. Все же этот Буше умудрился за десятилетие сколотить хорошую службу. При этом ему удалось переманить агентов из других разведок. А последнее время он уверенно вербует высокопоставленных личностей возможностью восстановить здоровье. Благо пока удалось предотвратить появление должников среди высшего партийного и армейского руководства. Но МИД, академия наук и ещё пара организаций, были в зоне риска и находились на усиленном контроле, как оказалось не зря. Вот только часть информации уже ушла. Что же, глава комитета госбезопасности понимал своего коллегу, если бы сговор удался, то Х-COM потерял бы все набранное за последние года влияние.       Среди членов политбюро оказались достаточно благоразумные люди. Решено было отказать США. По возможности приписать открытие себе, но не настаивая. Американцы могут предоставить свои материалы, попытавшись выставить СССР на посмешище. Основная забота ложилась на КГБ: обеспечить работу стратегических предприятий в Якутии, и понять, что именно затевают американцы. Две простые и ясные задачи. Придётся поднимать совсем уж старые долги и связи.

***

В городе Ипр, западной Фландрии тоже шло заседание. Заседания Клуба, именно так с большой буквы. Реликта былых веков, когда судьбы стран и народов решались горсткой богатейших и влиятельнейших аристократов. Ложи, тайные кружки, элитарные клубы, членство в чем-то подобном было показателем статуса. Но время подобных организаций давно прошло. Сейчас на первый план выходили финансовые возможности и связи в высших эшелонах власти. И членство в какой-нибудь масонской ложе лишь повод для заведения знакомств с влиятельными людьми. Но часть подобных обществ ещё сохранила толику своего влияния и власти. Вот и сейчас в неприметном особняке собрались несколько десятков человек. Уже прошёл период взаимных расшаркиваний, и темы бесед склонялись от разговоров о погоде к сугубо деловым. - Поприветствую всех ещё раз, - произнёс высокий старик. – Я действительно рад всех вас здесь видеть. Наконец нам удалось собраться всем вместе, впервые, за десять лет. На этом небольшое вступительное слово закончилось, и большинство вернулось к прерванным разговорам.       Поговорить было о чем. Десять лет назад, на подобном собрании, джентльмены решили всецело поддержать создание единой структуры по борьбе с пришельцами и не прогадали. Вложенные средства окупились, кто-то набрал политический вес и прочее и прочее. В небольшой нише за бокалом вина шёл непринужденный разговор. - Я, признаться, в прошлый раз думал, что не увижу вас живым барон, - обратился сорокалетний мужчина к старику, давшему начало вечеру. - При вашем темпе жизни я ещё вас переживу. Вы лучше скажите Лорд, что за копошения начались в странах содружества? Британия решила вновь стать великой? – усмехнувшись, задал вопрос Барон третьему участнику беседы. - Признаться честно, я не допущен до подобного. Но в целом да, идеи объединения уже не раз высказывались. Многие считают, что сейчас самое время, когда кузены заняты у себя за океаном. Две трети баз выведены. Европа консолидируется, мы так же постараемся не упустить свой шанс. Имперские настроения уже культивируются среди населения. - Похвально, вот только жемчужину вам уже не вернуть в свою корону, - в чуть шутливом тоне произнёс четвертый. - Да, - нарочито сокрушенно произнёс лорд. – Но вполне вероятно выпадение Канады из сферы США. - Вы шутите? - Нисколько, - отмел сомнения. - Поразительно. Будет интересно позже узнать подробности, - пробормотал барон. – Посмотреть на реакцию Уинстона и Рональда тоже будет интересно. - Кстати, барон, вы не планировали немного подлечиться в Х-COM? Думаю, вашего влияния и средств хватит. - Хватит. Но я проживу именно столько сколько мне отмерено. - Откуда такой фатализм? - Я многое обдумал. И пришёл к кое-каким выводам. Если мы не найдем способа получить преимущество над инопланетянами, под "мы" я имею ввиду всех людей, то рано или поздно человечество падет. - Откуда такой пессимизм? Х-COM набирает силу. - Дело не в Х-COM. Дело в чужих. Первый раз нас атаковал какой-то сброд. Второй раз уже что-то похожее на армию. Что прибудет в третий раз? Человечество может противостоять вторжению. Многомиллионные армии, при желании закидают врага трупами. А что если вторжения не будет, что если чужие решат что игра не стоит свеч и просто атакуют нас с орбиты? - Этот сценарий так же рассматривается командованием Х-COM, - подал голос молодой мужчина. - Астор, ты ближе всего находишься к командованию организации. И вероятно даже имеешь доступ к их аналитике. - Верно, - ответил Астор, - Пока оружием против чужих в космосе выступают ядерные боеголовки и с десяток построенных специальных машин. Но всё, на что они будут способны. Это умереть, забрав с собой как можно больше противников. Сразу после этих слов из-за портьеры появился ещё один участник собрания. - Господа, только что прибыл Дуглас. - Пока прервёмся, нужно выслушать провинившегося, - проговорил барон и поднялся из кресла.       Накануне в течении полугода в западном полушарии внезапно случился небольшой мор среди финансовой элиты, так же умерли несколько влиятельных членов других подобных обществ. Причины смерти несчастные случаи и плохое здоровье. Расследования ни к чему не приводили. Вот только информация утекла сверху. Кто очень хотел, мог узнать, что к смертям приложили руку бывшие сотрудники АНБ. А если постараться и копать далее, можно было бы выйти на некоего Джорджа Дугласа.       Теперь многие хотели задать ему вопросы, и главный был, - зачем? - Все просто, господа финансисты продали то, чем не владели и прав на это не имели, - начал Дуглас. – Эти идиоты умудрились провести переговоры с чужими. Эта новость вызвала тихий ропот. Считалось, что чужие не будут договариваться, так как все попытки связаться оканчивались безрезультатно. А тут они сами, по словам Джорджа, вышли с предложением переговоров. - Нет, вы меня не услышали, не переговоры - договор. Чужие поняли, что легкой прогулки не получается, и решили подточить нас изнутри. - Но почему именно представители отмеченного богом народа. - Хах, богом отмеченного. Думаю, евреев выбрали не из-за их национальности, а из-за сплоченности данной конкретной группы. Проще договориться… - Есть доказательства? - Да. Но все концы обрублены, не хватало ещё, что бы какое-нибудь правительство в обход попыталось заключить мир. - Но чужие показали, что могут договариваться. Возможно, человечеству удалось доказать что с нами можно и нужно считаться? - Чушь. Не знаю, что им пообещали, но именно это семейство несёт ответственность за авантюру правительства США с добычей особых руд. Именно они снова возродили и финансировали фракцию, ратовавшую за создание собственного аналога Х-COM в США. - Джордж, это все крайне занимательно, но больше похоже на сказки. Как там пишет желтая пресса про подобные нашему собрания? Совещание мирового правительства? Кукловоды, руководящие миром из-за кулис. - Франко, не передёргивай. У меня есть кое-какие записи.       Дискуссия затянулась. Порой степенные до этого мужчины переходили на крик. Люди постепенно вновь разделялись на группы. Кое-где сдержано порадовались началу реформ в ООН и преобразованию этой аморфной организации в нечто обладающее реальной силой и полномочиями. Доносился очередной разговор об объединении Европы и возможное участие в этом процессе, стран ОВД. Подобное раньше казалось невозможным, но Советы показали, что готовы договариваться. Не обходили стороной и технический вопрос. Информация, собираемая по крупицам, не могла создать полной картины происходящего в исследовательском отделе. Но создавалось ощущение, что так свободно отдаваемые данные явно являются частью чего-то большего. Группа относительно молодых людей спорила о возможностях истребителей Х-COM. Но подобные споры быстро заходили в тупик. Составить полную картину на основе фото и неточных данных не было никакой возможности. - Льюис, у тебя насколько я знаю, племянник служит пилотом? – начал один из беседующих. - Служит. Если мне не изменяет память Марк Сандерс. Из родичей матери, но он практически не расстаётся со своей страстью, с самолётами. Последний раз я про него слышал от тетушки лет пять назад. - То есть контактов с семьёй не поддерживает? - К сожалению нет.       Тема разговора вновь скакнула. Упомянутый Сандерс примерно пару дней спустя, когда большинство собравшихся уже покинуло Ипр, стоял перед строем пилотов.

***

      Двадцать человек стояли строем посреди огромного ангара. Чуть в стороне стояла ещё группа из десятка человек.       Полковник Сандерс вновь окинул строй взглядом. Вот она смена. Второе… Нет, уже третье поколение. Модификанты, именно им доверят пилотировать космические истребители. Мог ли я в молодости на полном серьёзе называть машину весом в полторы сотни тонн истребителем. А теперь ничего. Жаль ему, уже не удастся повести в бой столь грозную машину. Возраст и препараты расширяющие возможности организма делают своё дело. Сейчас его предел AF, атмосферные истребители. Хотя может он ещё доживет до больших космических кораблей построенных людьми, не в экипаж - так может пассажиром. Стоящие чуть позади пилоты атмосферных перехватчиков заметили, как полковник чуть вздрогнул и зашагал к строю.       Сегодня проходил экзамен у восьмёрки будущих капитанов космических кораблей. В экипаже из четырёх человек двое должны в совершенстве владеть машиной, а это капитан и пилот. Инженер и оператор-наводчик были знакомы с пилотированием на минимальном уровне, у них своих задач до чёрта.       После короткой речи Сандерса строй рассыпался. Шестнадцать человек направились к автобусу, остальные же отправились на КП.       Сегодня Марк, в очередной раз поднимется в небо, на этот раз не просто так, - планируется совершить первый суборбитальный полёт. Файтеры готовы, вместо стандартных энергоячеек установлены аккумуляторы с эллерием. Оружие снято, а под крылья установлены дополнительные ускорители.       Машины обеспечения освобождают путь. Под тихий свист турбин диспетчер даёт разрешение на рулёжку. Сегодня студент, - капитан Уильям Редли. Он легко выполняет знакомые по предыдущим сотням вылетов процедуры. У нас подшучивают, будто как построим что-то посерьёзнее для полётов в космос перейдем на флотские звания. Не дело это когда кораблём командует генерал. Но вот впереди полоса. Разрешение на взлёт и машина начинает разбег. Ромбик, как ласково зовут техники машину, быстро карабкается выше. Сзади висит ведомый. Сегодня работа парами. Высота достигнута, курс верный. - Начинаем упражнение. Суборбитальный прыжок, - скомандовал Сандерс.       Турбины взревели и самолёт начал набирать скорость. Мощнейшие двигатели могли разогнать истребитель до двух махов. Что они и сделали. - Скорость два, температура корпуса в норме, - раздался голос Редли. – Разрешите продолжать? - Продолжаем.       Щелчок тумблерами и свист турбин меняет тональность, а показания скорости вновь начали расти. Самолёт забирался всё выше. Едва прошёл сигнал о падении тяги, Уильям активировал подвешенные ускорители. Всё верно, слишком высоко кислорода уже слишком мало. Турбины ещё какое-то время работаю, но бортовая аппаратура глушит их в соответствии с программой. Вокруг уже не синева неба, вокруг чернота космоса. Есть отсечка, ускорители отделились. К горлу скакнул комок, сглотнуть. Мы в невесомости. - Второй этап завершён, - отрапортовал Редли, пришёл доклад и от ведомого. - Работаем по программе.       Когда-то ученые пытались объяснить все возможности машины, при этом явно переоценив знания физики среди пилотов. Спас ситуацию один лаборант, доходчиво нам, объяснив, что и как. - Запомните это отличный истребитель, высокая скорость, хорошая маневренность, бронирование. Да именно, бронирование. Плоскость вполне может пережить несколько попаданий. Но у машины есть секрет. Здесь установлено кое-какое оборудование чужих. И если его включить, то машина может творить чудеса. Спец оборудование в обычном режиме выключено. Допустим в бою вам надо резко развернуться. На скорости в два маха радиус поворота будет огромным. Попытаетесь уменьшить, будете сами собирать свой позвоночник. Машина-то выдержит. Вот тут в дело и вступает новинка. Бортовой компьютер или вы сами запускаете аппаратуру и вуаля: вы можете развернуться прямо на месте. Перегрузки так же гасятся, но не полностью, примерно в три раза. Эта машина позволит вам творить чудеса. Тяги двигателей достаточно для вертикального взлёта, кто бы только задрал нос самолёта в небо. - И да, на этом самолёте вы можете вылететь в космос. Теоретически. Находясь на высоте сто километров и выше можно активировать полный режим работы аппаратуры. Но тут всё сложнее. Суть такова, что при запущенном трансньютоновском двигателе самолёт будет вести себя будто подлодка в толще воды. И для начала вы быстро остановитесь, но останетесь висеть на месте. Как это работает, я вам не скажу. Но хочу предупредить, что если относительно Солнца самолет, скорее всего, не будет смещаться, то Земля летит через космос со скоростью 30 км\с. Залюбуетесь космосом и останетесь на год. Шутка, при полной активации системы, перехватчик в теории способен развить до ста километров в секунду. Колоссальная цифра. Так же для движения используется старый добрый реактивный принцип, бросаешь что-то назад - летишь вперёд. Но суть в том, что нужен совсем небольшой импульс. Этому истребителю не нужны огромные ракетные двигатели и громадные баки с топливом. Жаль, что все это работает только на больших высотах. Полностью раскрыть себя подобные системы должны на расстоянии 1000 км и более. Что ещё… Ах да, так как в обычном бою вам вряд ли придётся выходить в космос, то часть оборудования снята. Много ещё тогда нам пытались в толковать, и про перспективный космический перехватчик и про модификацию, для расширения возможностей пилотирования. - Активирую режим два, - произнёс Уильям. Режим погружение, как иногда мы его называли. На приборной панели быстро начали меняться показатели. Вот Редли чуть двинул ручку РУД и файтер очень быстро начал набирать скорость. Времени у нас не так много, полноценный режим работы потребляет огромное количество энергии. А запасы топлива, точнее окислителя так же малы. Ещё добавить газ, попробовать закрутить машину. Рысканье, тангаж. Все происходит будто в воде.       Всё. Время. Программа выполнена, успели даже погоняться друг за другом. Сейчас, отключив тягу, мы быстро замедлимся, после чего отключим трансньютоновский двигатель. Хух, вы никогда не падали на Землю с высоты ста тридцати километров? Чуть позже следует вновь запустить аппаратуру и погасить набранную скорость. И уже спокойно падать в атмосферу.       Все прошло как по маслу. Отвесно падающие истребители погасили излишки скорости в стратосфере, после запустили турбины. Набегающий поток раскручивал лопатки быстрее встроенной системы запуска и вот самолёты летят в привычной для них среде. Чудесно, остаток топлива позволяет долететь до базы, отметил Сандерс. И про себя вздохнул, жаль, что даже забраться внутрь космического истребителя не удалось. Видел только издалека. Ничего, пилотов для них готовят на главной базе. Туда же отправляются вновь построенные машины. Может позже снизят уровень секретности. Вот и знакомая полоса. Посадка, рулёжка, хух. Правда ещё надо заняться писаниной. Бумаги…в эти моменты проскальзывают мысли о внезапном нападении чужих, тогда он сможет бросить все и отправить в бой. Но нет, лучше бумаги, чем бои и неминуемая гибель парней. Повезло все-таки Фабио, первый ведомый, может быть до сих пор бы в паре летали. Но бой, попадание, катапульта и сломанные ноги. К боевым вылетам более не допущен. Второй ведомый был сбит над Берлином, тогда сам Марк попал в передрягу, но вышел без потерь. Черт бы их побрал, ведь когда-то он мечтал о полётах, просто полётах.