Остаться собой

Неопределенное время. Поместье Намикадзе.

Предложенная отцом идея не нравилась Наруто от и до. Подобное поведение казалось ему скорее паническим бегством – трусостью, чуждой естеству Намикадзе-младшего – нежели «тактическим ходом», как назвал это Минато. Старший Намикадзе вот уже битый час всячески распинался перед сыном, пытаясь сгладить неприятные углы ситуации, доподлинно зная, насколько Наруто не любит отступать и уступать в чем-либо кому-либо. Он говорил и говорил, не зная, что старается зря. Подросток уже смирился с необходимостью подчиниться воле обстоятельств, но не собирался прерывать отцовский спич. Пусть говорит. В конце концов, не одному же Наруто страдать, верно? - Минато-сан, думаю, парень уже достаточно проникся. Ни к чему в пустую сотрясать воздух, - тихий насмешливый голос, раздавшийся из дальнего темного угла кабинета, мгновенно раздул пламя раздражения Наруто. Говоривший человек в равной степени как бесил, так и восхищал блондинистого отпрыска семейства Намикадзе. Хатаке Какаши – друг семьи, темная лошадка, появляющаяся в их жизнях и исчезающая незаметно и с завидным постоянством. Наруто не имел понятия, кем он приходится Минато и почему сейчас здесь подписывается на эту авантюру. Все, что он о нем знал, умещалось в несколько предложений. Хатаке – гений. Хатаке опасен как никто. Хатаке будет убивать ради блага его семьи. Большего ему не рассказывали. Кинув хмурый взгляд в сторону раздражающего мужчины, Наруто кивнул отцу со словами: - Я понял, пап. Я согласен. Только разберись со всем поскорее. Минато просиял и кинулся обнимать и тискать свое горячо любимое чадо. - Пап! – только и успел пискнуть подросток, прежде чем оказался в удушающих объятиях родителя. Погибая от недостатка кислорода, Наруто краем едва не гаснувшего сознания услышал предвкушающий приглушенный смех своего новоиспеченного охранника. Толпа мурашек невольно прошествовала по спине страдальца.

Несколько дней спустя. Плод любви безымянного строителя и Сатаны.

Дом не впечатлял. Небольшое одноэтажное бунгало, сокрытое в тени деревьев, имело стены бежевого цвета с облупившейся местами краской. Пологая крыша выглядела старой и ветхой. Окна зияли осколками выбитых стекол и напоминали жуткие порталы в иные, несомненно, безжизненные измерения. - Ну и местечко! Здесь вообще можно жить, нэ? Эта крыша выглядит так, будто все демоны преисподней послали ее по наши души! – негодованию Наруто не было предела. Мало того, что теперь он вынужден притворятся кем-то, кем он на самом деле не является, так еще и жить ему предстоит в развалюхе, которая одним фактом своего существования сводила на нет все старания его родителей по сохранению жизни и здоровья своего любимого отпрыска. Да какая разница от чего он умрет: от рук бандитов или от крушения потолка на его бедную головушку?! Рывшийся в багажнике Какаши на секунду оторвал свой взор от сумок, чтобы смерить чересчур расшумевшегося нервно подпрыгивающего и переминающегося с ноги на ногу стоящего на пожухлой лужайке перед домом подопечного насмешливым взглядом. - Похоже, твои родные ошиблись в выборе маскировки для тебя, конфетка. А я значительно переоценил твой потенциал. Тебе впору примерить платье! – с этими словами Какаши достал свою сумку из багажника и пошел к дому. Проходя мимо новоиспеченного Хатаке-младшего, Хатаке-старший смачно шлепнул того по заднице ладонью свободной от ноши руки. - Эта попка так и просится в кружевное белье и мини-юбку! - Извращенец! – возмущенно заголосил парень, отпрыгивая от возмутительно ведущего себя больного на всю седую черепушку взрослого мужчины как можно дальше. Насмешливо хмыкнув в ответ на этот вопль, Какаши, как ни в чем не бывало, прошествовал до двери и принялся рыться в карманах в поисках ключей. - Бери свой багаж, принцесса, и дуй сюда. У нас еще много дел впереди, не стоит терять время впустую, если ты, конечно, не хочешь спать на полу и питаться подножным кормом. Раздраженно вздохнув, Наруто резко повернулся к мужчине спиной и стремительным шагом направился к машине. «Это будет очень…очень…ну очень долгий год»! – пронеслась удручающая мысль в голове несчастного блондина.

Вечер того же дня. Поместье Учиха.

Не так давно Саске стукнуло 17 лет, но прожитые годы в окружении представителей благородного семейства Учиха никак не могли помочь ему уловить сакральный смысл сего на его взгляд совершенно бесполезного ритуала. Вечер воскресенья, несомненно, мог пройти куда более увлекательно в компании бутылки виски и сигареты. Под настроение их общество можно было разбавить слабыми на передок девушками и басами клубной музыки, а так же комплектом приставучих «друзей», которые были не прочь погулять за счет обеспеченного «товарища». Однако вместо того, чтобы вести себя как любой нормальный подросток его возраста, он сидит тут, на ужине в «милом» семейном кругу, каждый представитель которого держится так, будто родился с вбитой в позвоночник несгибаемой адамантиевой палкой, и чинно ведет беседы «ни о чем». Невероятно «увлекательно». - Отото, передай, пожалуйста, соль, - мягкий доброжелательный голос брата вывел Саске из состояния тупого созерцания содержимого тарелки. Ни в какой соли Итачи, конечно же, не нуждался. Все блюда на обеденном столе были приготовлены именитым поваром и доставлены из лучшего ресторана Конохи. Их вкус был безукоризненным и изысканным, как и всё в поместье богатейшего клана. Данная реплика была по сути своей напоминанием-предупреждением старшего брата младшему: «Манеры, Саске. Никогда не забывай о манерах. Особенно здесь». Едва заметно кивнув, показывая тем самым, что сообщение достигло адресата, и было понято правильно, младший Учиха потянулся за солью и передал ее брату. - Спасибо, Саске. - Не стоит благодарности. На другом конце от них во главе стола восседал дед Саске и Итачи, а так же глава клана и его рулевой – Учиха Мадара. Пока братья обменивались дежурными фразами, а другие члены семьи вели вежливые беседы, этот мастодонт величественно оглядывал свой «прайд», зорко следя за соблюдением традиций. Отстраненность Саске не ускользнула от цепких глаз, но старик решил, что данную оплошность внуку можно и простить. Молодые всегда столь нетерпеливы, вечно куда-то спешат. В свои 17 лет он и сам был тем еще сорванцом, а внук, пожалуй, поспокойнее будет. Положа руку на свое на удивление здоровое для его лет сердце, Мадара признавал, что второго себя в семействе попросту не потерпел бы. Однако признавал он это только наедине с собой. Сидя за закрытыми дверями своего рабочего кабинета. Где-то в глубине запутанных подвалов под поместьем клана. - Готов к учебе, Саске? Этот, невинный на первый взгляд, вопрос был задан парню его кузеном Шисуи, который не так давно закончил с отличием полицейскую академию вместе с Итачи, чем он и его родители безмерно гордились. Полицейская академия и служба в полиции были еще одной «милой» традицией его семьи. Все представители клана мужеского пола были обязаны угробить н-ное количество лет на «службу обществу». «Лицемерные ублюдки», - хотелось бы сказать Саске вслух, но он еще дорожил своим душевным спокойствием. Пока он не был готов к такому шагу. Но только пока. Сжав столовые приборы в руках чуть сильнее необходимого, парень постарался ответить как можно дружелюбнее (насколько кто-то вроде него вообще может быть дружелюбен): - Как и всегда. - Выпускной год! Это всегда так волнительно! – Шисуи не был идиотом, и прекрасно понимал, что к данной теме его «маленький» кузен предельно равнодушен, но, как и любой Учиха, он, чуя подраненную жертву, шел по ее крови, мечтая добить. – Столько всего предстоит сделать! В академии нешуточная конкуренция среди поступающих. Тебе придется постараться, чтобы не ударить в грязь лицом! Милая улыбка кузена едва не заставила Саске совершить глупость, но голос в глубине сознания хрипло зашипел: «Стой! Не смей! Мы должны выбраться! Терпи! Время еще не пришло…». Тело одеревенело. Рука, сжимающая нож опустилась на стол и медленно разжалась. - Я – Учиха, - эти слова были для Саске своеобразным приговором. «Я – Учиха. И в этом ВАША проблема».

Утро следующего дня. Логово того самого Сатаны и плененной принцессы.

День не заладился с самого утра. Мало того, что в доме действительно не оказалось кроватей, и ему пришлось спать на полу своей новой комнаты в ворохе курток и кофт, так как съездить в магазин они вчера все же не успели из-за того, что угробили весь день и вечер на уборку донельзя захламленных помещений и заклейку окон газетами. Так еще и этот невменяемый садист счел своим долгом разбудить Наруто ведром холодной воды, вылитой на его затекшее ото сна на неудобной поверхности тело, за три часа до начала занятий! - Какого…?! Поставив ведро на пол с противный дребезжащим звуком, Какаши, сложив руки на груди, одарил своего подопечного хитрой ухмылкой. - Проснись и пой, спящая красавица! Пора делать из тебя чудовище! – сказав это, Хатаке мечтательно прищурил глаза. Эта фраза резко пробудила в голове Наруто воспоминания о текущем положении дел. - О, нет! - О, да! Жду тебя на кухне сухого и в образе! Торопись, конфетка, тебе еще предстоит выслушать инструктаж. Закончив говорить, седовласый тиран покинул «юдоль скорбящих» и отправился по своим «злодейским» делам. Удрученно вздохнув, Наруто смиренно выпутался из вороха сырого тряпья и поплелся одеваться в купленную для него явно в секонд-хенде «новую» одежду.

Все то же утро. Школа.

День начался как обычно и обещал быть таким же скучным. Начало учебного года не могло сделать его хоть сколько-нибудь более интересным. Саске давно смирился с тем, что жизнь по сути своей есть дерьмо, и даже научился это игнорировать. Ранний подъем, короткая разминка, душ, завтрак под чутким руководством матери, поездка на наконец-то собственной машине, которую он купил на исключительно свои деньги, до школы, шумный класс и последняя парта в ряду у окна. Учиха-младший ненавидел все это до зубовного скрежета. Глядя на своих взбудораженных встречей после трех месяцев расставания одноклассников, парень подавлял желание достать из-за голенища сапога припрятанный там нож-бабочку. «О, красный цвет их крови, несомненно, разнообразил бы местный интерьер, - шипящий голос в голове насмешливо прокомментировал ситуацию - но после этого ты попадешь в полицию явно не так, как хотят твои родственники». «Заткнись» - ответствовал ему Саске. Диалоги с самим собой никогда не поднимали его и без того низкую планку настроения. - Саске-кун! – тонкий девичий голосок раздался совсем рядом, и Учиха подавил взбешенный рык. Если он здесь и сейчас свернет цыплячью шейку Сакуры, всем его планам придет конец. - Саске-кун, я так рада видеть тебя! Твое лето прошло хорошо? Ты выглядишь отдохнувшим! Раздражающая больше прочих особа смело вторглась в зону комфорта парня, встав совсем близко к парте своего кумира. Она ничуть не изменилась за летние месяцы: все те же жуткие розовые волосы, все такая же плоская грудь и все тот же мерзкий прилипчивый характер. Впрочем, в отношении Саске все женщины становятся мерзко-прилипчивыми. Иногда он задается вопросом: « А почему он вообще ебёт этих сук и хоть как-то соприкасается с этими бесполезными существами»? «Потому что, милый мой, от тебя этого ждут. Ты – Учиха. И ты не хочешь, чтобы они что-то заподозрили» - голос в голове все так же отвратно шипел. «Я же сказал тебе – захлопнись»! -Хн, - говорить что-то более вразумительное кому-либо из этого сброда Учиха не собирался. От продолжения бессмысленной пытки бестолковым монологом Харуно его спасли звонок и вошедший учитель. - Так, ребята, по местам! Пора начинать! У меня есть для вас несколько новостей! Ирука-сенсей как обычно был раздражающе дружелюбен. Саске не выносил этого человека. И дело было не в том, что дружелюбие и тому подобное дерьмо бесило Учиху. Просто парень чувствовал в этом существе фальшь всем своим тщательно скрываемым звериным нутром. За этими мягкими свитерами с нелепыми узорами и аляповатыми цветами, за этой бестолковой улыбкой и показным радушием скрывалась та еще блядь. Парень был более чем уверен, что сенсею нет никакого дела до благополучия своих учеников, однако имидж хорошего учителя обязывал вести себя соответствующе. «Ничего не напоминает»? «Я все еще тебя не слушаю». - Во-первых: я рад вас всех поприветствовать вновь! – начал их классный руководитель, когда все ученики разбрелись по местам. – Мне отрадно видеть ваши посвежевшие лица! - Мы тоже по вам скучали, Ирука-сенсей! – льстивый голос Сакуры – их старосты – раздался с первой парты центрального ряда. - Ага, лично я был бы не против поскучать еще! – Инудзука Киба – остряк-самоучка и главный шут их небольшого коллектива – конечно же, не мог промолчать. По классу прокатилась небольшая волна смешков, ничуть, впрочем, не смутившая Ируку. -Да-да-да. Мы все рады быть здесь, я нисколько в этом не сомневаюсь. Однако это не все новости! Новость под номером два: в наш дружный коллектив сегодня вольется новый ученик! Эти слова заставили всех, кроме Учихи, взволновано притихнуть. Их компания не пополнялась новыми лицами с пятого класса, и новый ученик в выпускной год был, мягко говоря, не рядовым событием. - Его имя Хатаке Нару, и он присоединится к нам немного позднее. Мальчик недавно переехал в наш город со своим отцом, у него еще нет тут друзей. Я надеюсь, вы как следует позаботитесь о нем и не заставите меня краснеть за ваше воспитание! Сакура, как старосте, я поручаю тебе проследить за новичком. - Я поняла, сенсей! Мы обязательно с ним подружимся! Презрительно хмыкнув на это заявление, Саске отвернулся к окну, переставая слушать. Какое ему дело до этого новенького? Люди и их проблемы давно не интересовали Учиху, если когда-либо интересовали вообще. «Никогда» - подтвердил голос и замолчал, не став развивать тему. Ирука продолжал что-то говорить, одноклассники то и дело отвечали ему или задавали вопросы, но для угрюмого парня их слова слились в один сплошной гул. Вид хмурого неба за окном и плывущие по небу грозовые облака были куда интереснее. От бессмысленного созерцания его смогли отвлечь лишь внезапно образовавшаяся тишина и неожиданно прозвучавший в ней одинокий звонкий голос: - Здравствуйте, я – Хатаке Нару! Пожалуйста, позаботьтесь обо мне! Оторвав взгляд от окна, Саске лениво посмотрел на новенького. Первое впечатление было… удручающим. Учиха в который раз разочаровался в человечестве. Парень был блеклым. И золотистые волосы, как и синие, словно морская гладь, глаза, нисколько не спасали. Волосы были аккуратно прилизаны, и ни одной прядки не выбивалось из прически. Глаза скрывали прямоугольные очки в тонкой металлической оправе. Отутюженный до идеального состояния явно не новый школьный костюм-тройка с белой накрахмаленной рубашкой скрывал худощавую невысокую фигуру от и до. Тяжелый даже на вид портфель оттягивал руки новичка. «Убожество». Поставив этот диагноз, брюнет почти вернулся к прерванному созерцанию, но какое-то раздражающее несоответствие, замеченное краем глаза, заставило его присмотреться к недоразумению внимательней. И первым, что невольно заставило насторожиться, были руки. Маленькие аккуратные ладони с красивыми аристократичными пальцами удивительно крепко держали портфель навесу, а ведь Учиха был готов поспорить, что этот добе притащил с собой абсолютно все учебники. «Недоразумение сильнее, чем хочет казаться». Это небольшое замечание привело в действие все шестеренки в голове Саске. Пока Хатаке Нару заканчивал представляться классу и занимал свободное место за первой партой рядом с Харуно, брюнет не спускал с него внимательного взгляда. «Походка ровная, уверенная. Спина прямая. Движения легкие, хоть и кажутся стесненными. Не привык к костюму? Но одежда не новая. Ботинки тоже, каблуки стоптаны внутрь, но сам парень не косолапит. Обувь не его? А может быть вся одежда? Почему? Портфель тяжелый, но вес нисколько не мешает. Достаточно силен, но силу не демонстрирует. Выражение лица дружелюбно-нейтральное, будто приклеенное, но уголки губ невольно то и дело поджимает. Чем-то недоволен? Волнуется? Нет, что-то другое». Зверь в Учихе беспокойно заворочался. Что-то не так. Саске привык доверять своим инстинктам, они никогда не подводили парня. Новичок странен. А все странное потенциально опасно. «Любопытно, не правда ли»? – зашипел голос. «Весьма». Классный час подходил к концу, а новенький одним фактом своего присутствия в поле зрения брюнета продолжал порождать новые вопросы. Так как Учиха сидел на последней парте, ничто не мешало ему неотрывно наблюдать за Хатаке. Добе же, ни о чем не подозревая, весьма уверенным темпом вливался в сообщество, не замечая назойливого взгляда в спину. Хотя судя по то и дело напрягающейся линии плеч и нервным движениям рук, что-то он все же чувствовал. Тем временем ученики так же изучали новенького с жадным интересом. Несмотря на свой более чем затрапезный имидж этакого зубрилки, на внешность парень был вполне миловидным. Не столь искушенному как у Саске взгляду он наверняка казался своеобразной мужской версией Сакуры – целеустремленный псевдо умник, в целом спокойный и довольно предсказуемый. Данное мнение подтверждало и то, как легко он сошелся с розоволосой, дотошно выспрашивая у нее все подробности учебной жизни. «Тварь» - новая оценка возникла в голове сама собой. «Он такая же тварь, как и Ирука. Скрывается, прячется за очками и костюмом, говорит вещи, о которых на самом деле не имеет ни малейшего понятия. Какая мерзость скрывается в этой блондинистой голове? Интересно… Мне… Интересно? Да, интересно…» «Вскроем его?» - оживился внутренний голос. «Возьмем свой нож, зажмем в тихом уголке, снимем скальп с его лживого личика, посмотрим что там внутри… Давай… Ты знаешь как сделать так, чтобы тело не нашли и нас не заподозрили. Это не Ирука-сенсей, трогать которого было бы опрометчиво. Простой ученик. Мы можем сделать с ним все, что захотим…» «Нет». «Нет? Ты скучный, Саске-тян. Впрочем, всегда остаются другие не столь радикальные способы развлечения за чужой счет» - продолжал искушать голос. «Развлечемся, - не стал спорить брюнет. -Я развлекусь, а ты заткнешься и прекратишь мне досаждать»! Низкий шипящий смех в глубине сознания был ему ответом.

***

Представление только началось, а Наруто уже мечтал об антракте. Быть тихим, спокойным, во многом обычным и не примечательным – то, что он за половину дня возненавидел всей душой. Раньше он и не осознавал, сколько энергии в нем бурлит. Необходимость сдерживать ее показала, что он просто чертов вулкан! Огромный вулкан с пол планеты! Но извержение находилось под запретом для его же собственной безопасности и спокойствия родителей, так что волей неволей приходилось быть паинькой. - Следующим уроком у нас химия на втором этаже! Я покажу тебе, где это! Жизнерадостная симпатичная розоволосая девушка с каждым новым словом все больше погружала его в уныние. Будь он обычным собой, то уже заставил бы и ее и всех в этом классе забыть о скучных уроках и начать веселиться! Убивать скуку он умел виртуозно, за что часто потом бывал бит тяжелой рукой своей матери, однако здесь и сейчас это умение было не востребовано. Оставалось только смириться со своей нелегкой судьбой задрота-ботаника на ближайший год. - Здорово! Спасибо, Сакура! Ирука-сенсей давно покинул своих подопечных, взяв с них обещание не шуметь. И к огромной досаде блондина никто в действительности не шумел. «Как?! Ну, вот как так можно жить, ттебайо»? Сам Наруто опять же был вынужденно тише воды ниже травы. Сидел спокойно на первой (!) парте вместе со старостой (!) класса и обсуждал с той всевозможные учебные дела, до которых в обычных обстоятельствах ему не было бы никакого дела. Иногда к нему с различными глупыми и неинтересными вопросами обращались его новые одноклассники, и на этом разнообразие времяпрепровождения заканчивалось. И вроде бы все шло хорошо и по плану, но какое-то смутное беспокойство не давало ему расслабиться. «Да что не так»?! Ощущение угрозы никак не желало проходить, сколько бы Наруто не убеждал себя, что уж в школе ему боятся точно некого. До отупения скучное место, начисто убивающее любую индивидуальность. Вот только мысленные увещевания не помогали, а трескотня Сакуры никак не могла отвлечь и перевести внимание парня на что-нибудь другое в виду своего занудства. Оставалось терпеть и надеяться, что выдержки пережить этот день и не взорваться ему хватит. Вскоре прозвенел звонок, и рой его невольных коллег по несчастью стал покидать кабинет. Сакура, верная своему образу примерной старосты, смиренно стояла у парты, ожидая, когда Наруто к ней присоединится. Послав девушке вымученную благодарную улыбку, блондин начал вставать из-за стола, однако утвердиться на ногах ему было не суждено. Сильный толчок прилетел в плечо парня и заставил тяжело рухнуть на парту, опрокидывая ту вперед. Приземление вышло не из приятных: край упавшей парты с силой впился ему куда-то под ребра, выбивая дыхание и вышибая слезу. Мир перед глазами поплыл. Липовые ненавистные очки соскользнули и упали на пол. Все тело свела судорога боли, а горло против воли покинул приглушенный болезненный стон. - Нару! – обеспокоенный голос Сакуры раздался где-то совсем близко, и чьи-то руки взметнулись к нему, помогая встать. Собирая сознание по кусочкам, Наруто позволил поставить себя на ноги. Через минуту уже стоя на ногах он наконец-то смог начать снова дышать. Руки, что придерживали его, принадлежали розоволосой девушке, а сама она стояла прямо перед пострадавшим, внимательно осматривая того на предмет повреждений. - Все хорошо, я в порядке, - обретя наконец-то утраченную было ясность мысли, парень попытался успокоить девушку. - Ничего хорошего! Тебе надо в медпункт! Саске, ты должен извиниться! – последнюю фразу девушка адресовала явно не ему. Проследив за направлением напряженного взгляда Харуно, Наруто увидел причину своих бед. Чуть в стороне от них в пространстве между поваленной партой и учительским местом стоял наверно самый жуткий тип из тех, кого блондину только доводилось видеть. И дело было вовсе не во внешности, хотя и она была колоритной. Бледнолицый высокий брюнет с прямой как палка спиной, темными бездонными глазами, худым телом с широкими плечами и узкой талией, одетый во все черное, производил неизгладимое отрицательное впечатление. «Ну и взгляд, - эта мысль породила новую толпу мурашек у него на спине. - Кажется, я понял, что мешало мне расслабиться на уроке». - Если кто-то не может устоять на своих цыплячьих лапках, это вовсе не мои проблемы, - сказав это, жуткий парень высокомерно ухмыльнулся и, развернувшись на пятках, покинул кабинет. «Тяжелый год…Очень тяжелый год…» - в который раз за день мысленно посетовал блондин.