Saphaelweek2017

Никогда не думал, что ты заставишь меня покрыться испариной, Никогда не думал, что сделаю с тобой то же, Никогда не думал, что наполнюсь желанием, Никогда не думал, что мне будет так стыдно… Рафаэль давно понял, что его чувства, заставляющее желать кого-то, заснули в нём крепким сном. И никому вот уже несколько десятилетий не удаётся их пробудить. Сантьяго не считал это проблемой, ему это было удобно: вампир не совершал ошибок из-за вихря эмоций в голове, взгляд всегда был холоден и никогда в нем не пылал огонь страсти, потому что не было горючего. Магнус действительно беспокоился, глядя на давнего друга, он как никто понимал, как опасно удерживать все эмоции в себе, но пугало его не это, а то что удерживать было почти нечего. Весь мир Рафаэля крутился вокруг клана и сестры. Дюморту не нужны были эмоции Сантьяго, а сестре даже по меркам смертных оставалось недолго, а что потом? Рафаэль станет глыбой льда, которую уже ничто не отогреет? Как раз кстати появился Саймон. И так удачно стал вампиром, сразу же начиная влипать в неприятности. Смотря на то, как Рафаэль носиться с новичком, как кошка с котёнком, сердце Бейна успокаивалось. Между лидером и Льюисом определённо мелькнула искра страсти, которая, как маг надеялся, отогреет мёртвое сердце. Этот птенчик смог оставить трещину во льду. Никогда не думал, что мне придётся уйти, Никогда не думал, что мне придётся воздерживаться, Никогда не думал, чем это может в итоге обернуться… И тут вновь объявилась Клэри с новыми друзьями. Разумеется, Магнус понимал, что мать- это святое, но в ситуации, когда мир стоит на пороге войны, как никогда нужно холоднокровие, но она даже не удосужилась подумать, как это отразиться на судьбе её, на минуточку, лучшего друга. Она разрушила судьбу Саймона, а вместе с тем и Рафаэля, как карточный домик, который с таким трудом строили. Льюис, оказавшись в роли нового существа, был готов ухватиться за руку любого, кто сказал бы ему, что делать и рыжая, как самая близкая, успела первая. На Рафаэле предательство, казалось, вообще не отразилось, но Бейн видел за тяжёлым вздохом, который лидеру без надобности, всё ту боль, что так усердно скрывалось. Сантьяго, конечно, понимал мотивы поступка птенчика, но и простить не мог. И от этого в груди, казалось, образовалась бездна. Заделай дыру в моей вене… Льюис пришёл к Бейну на следующий день после случившегося, не зная, что дальше делать. Конечно же, маг мог обвинить во всём, что произошло и выгнать его, но он не мог так поступить. Магнус понимал, что мальчишка просто пошёл на поводу у Клэри. Он сам раньше всегда потыкал желаниям Камилы, не думая о том, как это отразиться на нем самом. Магнус видел, что птенчик влюбился в Рафаэля и теперь очень жалеет о своём поступке. Во время разговора Бейн, сказал, что как хорошо было бы, если эту вампиршу притащили бы обратно в отель, намекая на то, что война войной, а охотникам пора вспомнить свои прямые обязанности, то бишь ловлю нарушивших законы. А то что Камила нарушила их все- это факт. Никогда не думал, что это может закончиться, Никогда не думал, что ты разорвешь цепь… Кто же знал, что после этого диалога Саймон исчезнет почти на год. Даже рыжая охотница, к удивлению мага, не знала где он. В логово вампиров кто-то притащил искалеченную и связанную цепями Камилу. На одежде этой стервы была не только её кровь, но и кровь Саймона. На лице Рафаэля впервые отразилось столько эмоций: там было и удивление, и нестерпимая боль. Лидер понял, что готов простить Саймону все, лишь бы с ним было всё в порядке. Никогда не думал, что взлечу еще выше, Никогда не думал, что ты сотворишь такое с моим разумом, Рафаэль ждал, что птенец появиться через пару дней, подлатав раны, в более презентабельном виде, но птенчика не было. Сантьяго искренне не понимал, в чём дело, Льюис искупил своё предательство не только в его глазах, но и всего клана. Вампиры ждали его, по-другому теперь смотря на новичка, им было интересно, как ему удалось облапошить их бывшего лидера. Вот уже прошла неделя, за ней месяц, а Льюиса всё не было. Для вампиров время идёт по-другому, так все бы его и ждали, пока до Рафаэля не дошло, что связанная Камила- это извинение. Птенец, как бы говорил этим:"Извини за всё. Больше я твою жизнь отравлять не буду." Через два дня Саймона нашли и привели в Дюморт. Не без помощи Бейна, конечно. Льюис стоял в кабинете Рафаэля, закусив губу и опустив голову, словно ожидая наказания. Хотя почему словно? Мой милый принц, Ты – единственный, Сантьяго, сидя в кресле, разглядывал Саймона. Его взгляд, скользя по фигуре, ухватывался за шрамы от вампирских клыков и когтей, которые даже на теле самих вампиров долго не заживают. - Подойди ко мне. – буквально выдохнул Рафаэль, продолжая смотреть на Саймона, который не хотел устанавливать зрительный контакт. -Ближе…Ещё ближе. И так пока Льюис не оказался впритык к Сантьяго, но он всё так же смотрел вниз. -Что ты думаешь, я с тобой сделаю? – прошептал лидер, протягивая руку к Саймону и поглаживая шрам на щеке. Даже это действие не заставило птенчика посмотреть на Рафаэля. Брюнет ловко обвил одной рукой талию Саймона, потянув на себя и заставляя сесть к себе на колени, а другой рукой держал за подбородок, заставляя Льюиса наконец-то посмотреть в глаза. В них почти ничего не было, была, пожалуй, бездна, какая была у Рафаэля в груди. -Что же она с тобой сделала? – прижимая птенца, спросил Сантьяго, не ожидая ответа. Лидер понимал, что это цена за поимку Камилы. - Рафаэль, я хочу домой…Можно? – так же тихо спросил Саймон, прижимаясь в ответ. -Конечно. – произнёс Рафаэль, близко к губам Льюиса, зарываясь в его волосы и поглаживая скулы руками. Поцелуй был больше похож на простое касание, но он послужил началом чего-то вечного. И даже спустя много лет Я и ты, малыш, Всё так же унимаем боль...