Английский сюрприз

Малышка бродила по большим коридорам в поисках того, кто сможет ее защитить. Но сколько она не пыталась закричать — это было напрасным, ведь ей не удавалось воспроизвести ни звука. Глубоко в душе прокралась мысль, что эти места ей уже знакомы, но понять, где она, Диана не смогла. Лабиринты коридоров, казалось, были совершенно пустыми и вокруг не было людей. Но только эта мысль поселилась в ее голове, ей показалось, что рядом кто-то есть. Она не видела его, но чувствовала дыхание, тепло и некую энергетику. И как только она захотела сделать шаг, сзади послышался голос Тины, который стал для нее просветом в темном туннеле. Диана открыла глаза, осознавая, что это был лишь сон, а она стоит посреди коридора. Где-то спереди доносился голос ее мамы. Женщина, заметив дочь, подбежала к ней, подхватывая на руки. — Опять начала во сне ходить? Извини, зайчонок, я забыла тебе сделать будильник… — Мам, все хорошо. А где ты была? — Окинув уже одетую и собранную женщину взглядом, спросила малышка. — Вення… Просыпайся. — Диана запрыгнула на кровать брата, начиная стягивать с него одеяло. — Все на свете проспишь же… — Пора вставать, — Ти подошла к кровати сына, садясь рядом. — А то я уже успела купить продукты и корм для Вейри. — Я иду его покормлю. — Диана выбежала с комнаты и через несколько мгновений снизу послышалось шуршание пакетов. — Мааам, я ему рыбу дам. — Мы… — Веня сел на кровати, — к папе сегодня заедем? — Обязательно. — Женщина взъерошила волосы парня, и покидая комнату подмигнула, кинула вдогонку. — Подъем, соня. Спустя час машина остановилась у больших ворот. — Мам, Ди уже уснула… Будить ее? — Нет, Вень. — Тина кинула беглый взгляд на букет желтый тюльпанов в ее руках. Они так и остались их символом вечной любви. — Она будет спать еще около часа. Мы успеем вернуться. Ноги несли ее по уже такой знакомой дороге, а в груди щемило знакомое чувство, создавая иллюзию чего-то непонятного. Тина остановилась на таком, до боли, нелюбимом месте. Не сдвинулась она, когда Веня положил цветы и зажег свечи. Певица лишь стояла, всматриваясь в фотографию самого родного ей человека. — Мам… Я тебе оставлю. Хорошо? — Голос сына вывел ее из зависшего состояния. Она кивнула, еще немного подождав, пока подросток отойдет, села рядом на лавку. — Привет, Любимый. Ты извини, что я так долго не приезжала. До сих пор корю себя за те событий шестилетней давности. — Она ухмыльнулась на свои слова. — Надеюсь, что ты не держишь на меня зла. Выдел каким Веня уже стал?! Хотя признаюсь честно — мне трудно его воспитывать, ведь ему не хватает отца. Он вырос, вытянулся, возмужал, и теперь он действительно твоя копия. Честно говоря, порой смотрю на него, а вижу тебя. Я, Жень, умудрилась много накосячить уже. Упустила его первую любовь, тем самый подорвав доверия между нами… Но, он все равно вырос хорошим мальчиком. Очень похожим на тебя. А Диана, она, по-моему, моя копия. Совершенно не похожа на своего отца. По крайней мере, внешне. Но вот характер реально его… — Женщина закатила глаза, улыбаясь. Жень… Ты и не представляешь, как мне тебя не хватает… Я часто задумывалась, существует ли жизнь после смерти… Слышишь ли ты меня сейчас, или это все лишь шизофрения?! Но как бы там не было, я знаю лишь одно: ты жив и по сей день, а твоим домом есть наши с Веней сердцах. Не буду с тобой прощаться, ведь хочу, дабы ты пришел ко мне. Во сне или в моих мыслях. Но приди, прошу. И помни: я тебя люблю. *** Подъехав к киевской высотке, певица заметила, что их уже ждут. Диана, не дождавшись, пока мотор машины заглохнет, выпрыгнула, кидаясь на шею Григорию Самойловичу: — Дедаа... — Ну привет, моя маленькая певица. Ты так выросла за этот год. Так, ну мы у тебя дома были, наконец-то пришло время тебе погостить у нас. Пожалуй, начнем из квартиры дяди Стаса. Окей? — Девчонка кивнула, обнимая всех. — А я напекла чьих-то любимых блинчиков. — Светлана Андреевна глянула на внука, мимолетно улыбнувшись. — С клубничным вареньем… — Парень повел бровью, глянув на сестру и кивнул в сторону дверей взгляд, призывая: «Ну что, кто первый?!». Веня рванул в ванную мыть руки, ловя вслед: «Я тебя догоню». — Мам. Пап. — Тина обняла родителей, всмотревшись в любимые лица. Каждая черта лица была слишком дорога ей, и девушка на секунду задумалась, как же она боится их потерять. — Мне ехать пора. И вечером либо я, либо Паша их заберем. Хорошо? Теплые летные дни радовали, как бы согревая изнутри. Концертный зал, где должна была состоятся презентация новых песен, купался в зеленых садах, создавая некий мираж нетронутой природы. Паша уже ждал девушку, сидя на рампе со стаканом кофе в руках. Ти понимала, что он удивительный человек, ведь не смотря на прошедшее время, он всегда был готов ей помочь. Вот у вас есть такой человек?! Закройте глаза, буквально на мгновение, и подумайте про родных и друзей. Кто первый пришел вам на ум? Давно вы ему говорили, как он вам дорог? Или боитесь ему в этом признаться? Поверьте мне. Не стоит скрывать этого. Кто знает, что будет потом. Правильно, никто. А вдруг это взаимно…? Так, что-то мои мысли не туда меня завели, давайте вернемся к Паше. Он не ушел от нее к другим, хотя ему предлагали гонорары куда выше. Какими способами его только не пытались переманить, все было бесполезно. И даже Тине не удалось уговорить переехать в UК, дабы стать ее заместителем вокальной школы. Но тем не менее, он очень изменился. Поменял стиль, прическу, привычки. Женщина обняла своего пиар-менеджера, входя в большой холл зала. Те три часа, потраченные на разминку, и макияж с прической, Ти просто выкинула со своей головы. Она никогда не любила всех этих процедур. Она жила лишь теми моментами, когда выходила на сцену, начиная петь. Обожала отдавать всю себя публике, получая полную отдачу взамен. Любила рассказывать свою историю, зашифрованную, словно древний манускрипт, в строках. Зная, что тот, кто пережил что-то подобное, поймет эту тайну без слов, одними лишь эмоциями. Вдруг, ее взгляд остановился на одном из столиков. Она так и не смогла сразу понять, что ее насторожило, и почему ее сердце защемило в груди, словно в тиски зажатое. Но, буквально через мгновение, до нее дошло… Он. Тот, с кем она провела вчерашнею ночь. Тот, о котором она думала все 6 лет. И тот, по кому до сих пор скучает. Но он сидел с другой. Мило общаясь, и улыбаясь, стреляя глазками. Ти отвела взгляд, стараясь собраться, дабы сейчас случайно не забыть текст песни, посвященной ее любви. Где-то, глубоко в душе, она корила себя за то, что не заметила его раньше. Хотя, может оно было и к лучшему. Она собрала последнее силы, выгоняя его из своих мыслей, дабы закончить концерт. И, как бы это странно не звучало, ей удалось это сделать. Она забылась, с головой ныряя в эмоции своей музыки, прорываясь сквозь пелену времени в те дни, когда писала это, сидя на столе лондонского дома. Благодаря хорошим воспоминаниям, она вернула себе ту сногсшибательную, искреннюю улыбку, одаривая ею каждого. Пускай она и устала физически, но давно забыла ту моральную наполненность и атмосферу любви, которые переполняли ее сейчас. Она стояла с той неизменной улыбкой, раздавая автографы и попутно отвечая на вопросы, умело съезжая, если разговоры заходили про Диану. И людей уже почти не осталось, когда она разулась, стоя возле сцены босиком. Люди лишь заулыбались с очередной выходки их кумира. Когда последняя девочка, подарившая ей ее же портрет, ушла, Ти облегченно вздохнула, разворачиваясь и замечая, что в зале все еще остались двое. — Леш, ты тоже хочешь автограф взять? — Девушка посмеялась, подходя к Потапу. — У тебя же есть, вроде? — Нет, хотел сказать, что тронут твоими песнями. — Тина. — Певица протянула руку девушке, сидящей с ним за столом. — Спасибо, коль не врешь. — А да, знакомься. Марианна. Моя невеста. — Ти зависла на месте, ощущая некий приплыв ревности и огорчения. — Поздравляю. — Она натянула на себя легкую улыбку. — Ладно, мне пора. Меня ребята ждут. — Я провожу с твоего разрешения. — Он вопросительно глянул на свою невесту, которая лишь улыбнувшись, кивнула головой. — Ты обвинял меня в том, что я изменяю кому-то, а сам умолчал о том, что помолвлен. Какая же ты скотина, Потапенко. — Дойдя до машины, сказала она. — А я и не собирался быть твоей собачкой. Мне просто было интересно поиграть, Кароль. Посмотреть, как ты будешь себя вести со мной после 6 лет. И знаешь: мне понравилось… — Леша дерзил с улыбкой, словно играя в кошки-мышки. Он всматривался в ее глаза бушующего океана, хитро подмигивая. Ти грустно покачала головой, садясь в машину, дабы он не выдел ее разочарования и боли, которая пробивала ее маску. А он лишь смотрел, как она уходит. Снова.