Глава 17. Поиски, надежды и ожидания.
15 января 2018 г., 20:42
Легко мазнув губами по моим волосам, он неохотно отстранился и бережно усадил меня в кресло. Потом, немного помолчав, в задумчивости водя пальцем по губам и изредка бросая на меня загадочные взгляды, он, видимо, решился.
— Белла, — сказал он, — тебе знаком род Грейсток, а именно Ральф Джонатан Грейсток?
— Нет, — ответила я, подумав, — не припомню, чтобы я была представлена этому человеку.
— Это неудивительно, — печально ухмыльнулся Северус. — Этот древний старик — гений в зельеварении с кучей регалий и наград, последние двадцать лет возглавляет Международный Конгресс Зельеваров. Он входит в Гильдию Мастеров, а перечень его открытий можно цитировать часами, но дело не в этом. Его род по чистокровности не уступает роду Блэк, хоть и не входит в список Священных двадцати восьми, потому что в тридцатых годах, когда составлялся этот список, Грейсток уже десять лет, как жил в Швейцарии, где находится Международная Лаборатория Зельеваров, — добавил он, азартно и возбужденно сверкая глазами.
— Мистер Снейп, — сказала я, когда он прервался, — ваш рассказ очень интересен, но я не пойму, какое отношение этот человек имеет к вам, и, тем более, ко мне?
— В том-то и дело, Белла, что самое прямое, — ответил мужчина, нервно вскочив с кресла. — Жена его давно умерла, а оба сына погибли в войне с Грин-де-Вальдом. У него не осталось наследников. Когда я сдавал экзамен на Мастера, он заинтересовался мной, а узнав, что я сирота, и что моя мать была из рода Принц, но они меня не признают, он предложил ввести меня в свой род и сделать наследником. И с тех пор, каждый раз, как мы встречаемся на конференциях, он не оставляет попыток уговорить меня согласиться на его предложение.
— Так это же здорово, Северус, — воскликнула я, — это же такие перспективы для тебя! Почему ты до сих пор не согласился?
— Белла, ты знаешь как проходят подобные ритуалы? — немного смутившись ответил он, пытливо вглядываясь в мое лицо.
— Нет, — покачала головой я, — а как?
— Старая кровь выжигается магией и заменяется кровью нового рода. Я не соглашался на это, безусловно выгодное предложение, ради памяти о ней, моей матери. На отца мне плевать, но от нее мне осталось только колечко, пара книг и кровь в моих венах, но раз я и так пообещал ее тебе, то приму предложение и стану Лордом Грейсток, с условием, что сам выберу себе жену. Хотя, думаю, против рода Блэк милорд возражать не будет. Ты сможешь выйти за меня замуж, и я сделаю тебя счастливой, как и обещал.
— Ты пойдешь на это, в самом деле? — не веря спросила я, поражаясь его самопожертвованию, — и ты не пожалеешь об этом поступке? А как же твоя мама? Она столько сделала для тебя, а ты вот так, просто ради какой-то девчонки хочешь от нее отказаться?
— Я — мужчина, и я так решил, — серьезно ответил он. — Мама… мама меня бы поняла. Она сама поступила так же, уйдя из семьи и выйдя замуж за моего отца, а я делаю это не для выгоды и положения в обществе, а ради нашего будущего. Она поймет…
Я смотрела на этого молодого мужчину с непередаваемым изумлением. Для магов, для которых кровь значит все, решиться на такой шаг, забыть свои корни, пренебречь родством с матерью… даже ради любви — я не чувствовала себя способной на такие свершения.
— Ну, что ты скажешь, Белла? — спросил он, тревожно и вопросительно глядя на меня, — ты согласна? Тебе понравилась моя идея?
— Северус, надеюсь ты еще не дал своего согласия, — взволновано спросила я, молясь, чтобы он не успел осуществить свой план.
— Я как раз планировал написать ответ лорду, но сначала хотел поговорить с тобой, — непонимающе ответил он.
— Не торопитесь с ответом, мистер Снейп, — сказала я, — может, вам и не придется идти на такие неоправданные жертвы. Для начала, наймите детектива и разузнайте все, что можно про своего отца, что-то мне говорит о том, что вас ждет сюрприз. Если ваш родитель окажется сквибом, то я выйду за вас, даже если моя родня будет против, ведь родовой кодекс я не нарушу, а кому не нравится, придется смириться. Дерзайте, мистер Снейп, даю вам месяц, чтобы уладить это дело.
— Ты пойдешь на такое, Белла, — удивленно спросил мужчина, восторженно глядя на меня, — откажешься от чистокровного ради потомка простого сквиба? Почему?
— Скажем, так, — капризно рисуясь и задумчиво выводя пальцем узоры на его сюртуке, ответила я, — Белла Снейп мне нравится больше, чем Белла Грейсток, и меня более чем устраивает кровь в ваших венах. Тем более, как мне помнится, что вы уже отдали ее мне.
Потом, притянув ошарашенного мужчину за шейный платок к себе, я нежно его поцеловала и пожелала ему доброй ночи, а когда он встрепенулся и отмер, увернувшись от его рук, выскользнула из комнаты, бросив на прощание многообещающий взгляд.
Следующее утро принесло мне море новых ощущений. Приняв в Северусе свою пару и сообразив, что при любом исходе мы будем вместе, я позволила себе, наконец, расслабиться и получать удовольствие. Все эти случайные, мимолетные прикосновения, многозначительные взгляды, невинный, но такой приятный флирт, — все это ужасно будоражило, как и жаркие скользящие по телу взгляды горящих желанием черных глаз. А маленький, скромный букетик незабудок на столе моего кабинета был просто нереально мил.
После обеда Северус, полный энтузиазма, ускакал по делам, а я отправилась к Лавгудам. От Доры за утро прибежал уже третий патронус. Кроме хозяев, в гостиной присутствовал заросший мужик сурового вида, живо напомнивший мне русского туриста, только рюкзака и гитары за спиной не хватало.
— Знакомься, Белла, — представила мужчину хозяйка, — это мистер Орли из Отдела Тайн.
— Можно просто Марк, — сочным басом добавил великан, осторожно пожимая мне руку.
— Марк хочет тебя попросить, чтобы ты рассказала нам про книги из твоего мира, — сказала Дора, — это очень важно.
— Хорошо, — легко согласилась я и начала рассказ…
— Скажи, Белла, — вышел из задумчивости Лис, — тебе ведь известно, кто сумел собрать Дары? Думаю, не ошибусь, если предположу, что это маленький наследник Поттер.
— Да, это так, — кивнула я, — кольцо было у Реддла, мантия у Поттера, а палочка у Дамблдора.
— Ты ошибаешься, Белла, — ответил он, — палочка принадлежала Грин-де-Вальду, а Дамблдор, похоже, был ключом.
— Что, два ключа? — удивился Марк, — но такого еще не было. Что же теперь будет? Разве один из них не должен был умереть?
— Простите, господа, — вмешалась я, — что это вообще такое, этот ключ? Я, конечно, наслышана о своей роли в этом деле, но функции ключа мне так и не понятны.
— Ключ, Белла, ценен тем, что именно вокруг него и собираются все Дары. Только так их можно отследить и обнаружить. Они переходят к Повелителю Смерти только через его руки. Именно его магия собирает их вместе, он является хранителем Даров до времени.
— У вас с Дамблдором была одна миссия, — добавил Марк, — просто вы пошли разными путями. Он предпочел войну, а ты мир, правда его путь был более желателен для магического мира.
— Вы хотите сказать, — не скрывая удивления спросила я, — что для магов война и потери были лучшим выбором? Как можно такое понять и принять, я не понимаю.
— Понимаешь, Белла, — ответил Марк, — войны и смерти вовсе не случайны в этом мире. Ты сама сказала, что в книге Дары, в конце концов, все же достались Поттеру, и, значит, все те многие души, что погибли в войне, сразу бы ушли к Источнику. Это называется Массовый Исход. Потом они бы вернулись уже очищенными и воплотились в детях тех, кто выжил после войны. Это бы привело к резкому скачку магической мощи и проявлению даров, что сейчас спят, а теперь этот процесс растянется во времени. Разрушение не всегда зло, Белла, хаос — обратная сторона порядка. Ты мыслишь как магглы, которые цепляются за бытие, забывая о душе и воспринимают смерть как наказание.
— Боюсь, я не могу согласиться с такой точкой зрения, господа, — резко ответила я, — думаю, что вы бы запели по-другому, если бы вам пришлось потерять своих близких. Ваши рассуждения очень напоминают бредни Дамблдора о всеобщем благе и о неизбежных, но необходимых жертвах ради этого. Может я и не достигла уровня вашего сознания, но вы напоминаете мне роботов, бездушных, фанатичных адептов странного культа.
— Не злись, Белла, ты нас не правильно поняла, — ласково вмешалась Дора, видя, что меня распирает от бешенства, — мы не призываем к уничтожению и разрушению. Просто мы так давно имеем дело с высшим и тайным, что смотрим на мир немного иначе, видим невидимое. Это не значит, что мы не скорбим о наших потерях, просто мы верим, что если кому предстоит погибнуть, то он погибнет, потому что ему Уготовано, даже если его уход принесет нам боль.Ты сама говорила, что считаешь себя не совсем Беллой, но и Ольгой тоже ты не являешься, а если твою душу сейчас переселить в Марка, станешь ли ты от этого Марком? Ведь нет. Тогда можешь сказать, как тебя зовут, кто ты? Тесно общаясь с Наследием Высших, мы относимся к людям, как к душам, но это только наше восприятие, мы не вмешиваемся в историю, мы просто наблюдатели и не более. Наоборот, мы верим в судьбу, если ты изменила реальность, значит, твой путь был правильный, а Дамблдор ошибался. Кстати, почему он не умер? У Даров не может быть два ключа?
— Он бы умер от проклятья, но я спасла его, отрезав ему руку, — ответила, немного успокоившись, но неприятное послевкусие от разговора меня не отпускало.
— Мне жаль тебя огорчать, — сказал Лис без признака сожаления в голосе, — но он все равно не проживет больше пары лет. Два ключа не могут сосуществовать на одной территории, а мироздание из вас двоих выбрало тебя.
Потом мы еще много о чем говорили, но я никак не могла сосредоточиться после такого странного разговора. Напоследок я не выдержала.
— Дора, хочу вас предупредить, я не отдам вам ни Северуса, ни Гарри. Все эти ваши Дары и остальное, мне наплевать, какие у вас на это все планы, но моих мужчин вы не получите. Понимаю, у вас тут интересно, высшие материи и все такое, но я не отношусь к людям, как к безымянным душам, и моя рука не дрогнет, когда буду защищать свое. Знаю, у вас какие-то планы на всех нас, но я не потерплю давления. Мне уже приходилось хоронить близких, так что никаких Отделов Тайн и тайных миссий. Я хочу спокойной жизни для своей семьи и ничего более. Надеюсь, мы друг друга поняли.
— О, Белла, — засмеялась Дора, глядя на мое насупленное и упрямое лицо, — мне жаль, что из нашей беседы ты извлекла такие странные выводы. Ты отказываешься от того, за что многие маги жизнь готовы отдать — тайные знания, миры и силы. Чтобы работать в нашей команде, нужно среагировать на Призыв, как это было с тобой. Судьба сама приводит к нам нужных людей. Если твой Северус или Гарри его услышат, ты не сможешь помешать. И потом, ты уже сама давно с нами «работаешь», и разве тебе было у нас не интересно, или мы тебя принуждали к чему-нибудь? Неужели наша точка зрения всего на один вопрос разрушит нашу дружбу? Прости, если мы тебя напугали или огорчили, признаю, тот разговор был преждевременным, но ты проявила такое понимание и интерес, стала нам родной, что мы расслабились.
— Ладно, — окончательно оттаяла я, — дам вам еще один шанс. С вами действительно интересно, но больше при мне не несите подобную чушь, я все же простая маггла с палочкой, как ты меня дразнишь.
Мы посмеялись, и я отправилась домой.
Вернувшись и заказав Летти кофе, я принялась анализировать полученную информацию. Лавгуды — реально странные персонажи, даже в книге они были немного того, не от мира сего, а в реальности и того хуже. Ежу понятно, что когда Гарри Дары вернет, они его в свою секту затянут, да что там, я и сама уже подсела на все эти чудеса, а что Северус на загадки и тайные знания клюнет — и к гадалке не ходи, он любопытный, а в эльфийских лесах еще столько травы нескошенной, как тут мимо пройти. Так что спокойная жизнь нас ждет, только пока Гарри семнадцать не исполнится и он Дары не вернет. Думаю, времени мне хватит, чтобы семье нужные приоритеты привить и мозги вправить, чтобы они от тех чудес не ошалели и не оставили меня на старости лет дома одной куковать… А все же классный мир этих Изначальных, да и у эльфов я бы, пожалуй, пожила пару дней.
К ужину вернулся Северус, мы поели, поиграли с Гарри, а когда он стал клевать носом, Сев отнес его в детскую и пригласил меня на свидание, побродить по парку…
Романтика… Ладони при каждом неторопливом шаге дотрагивающиеся друг до друга, робкие пожатия и поглаживания. Надежная, теплая спина, к которой можно прижаться и чувствовать легкие, невесомые поцелуи на своих волосах и чужое дыхание, от которого чуть шевелятся завитки волос на шее… Звездное небо и полная яркая луна…
— А ты знаешь, я тебя тогда видел, — внезапно фыркнул Северус мне прямо в ухо, угробив красоту момента, — ты была такая…такая…ведьма, одним словом, но такая красивая, — добавил он, медленно разворачивая меня к себе и склоняясь за поцелуем.
— Хреновый из тебя романтик, мистер Снейп, — прошептала я ему, пристально глядя в глаза, и позволила себя поцеловать.
