Пепел

Багире казалось, она уж никогда не забудет те десять часов, во время которых она все сильнее теряла себя, зато под конец обрела удивительную способность ничего не чувствовать. Вот и сейчас, сидя на скамейке у своего дома, женщина пытается воскресить все, что чувствовала в тот миг, когда нажимала на курок, но пустота внутри говорит красноречивее всяких слов. Она закрыла глаза и моментально увидела картинки вчерашнего прошлого, словно они были вырезаны под веками и теперь всегда, стоило ей закрыть глаза, незамедлительно появлялись. И сейчас, пока Ума спала у нее в квартире, а батя лежал в госпитале, она сидела на скамейке, обдуваемая ледяным ветром, в одной футболке и пыталась вытравить пустоту из сердца. Уже спускаясь к машине, Багира знала, что за ней будут следить. И не потому, что Пригов ей не доверяет, а просто потом, что он беспокоится, привык переживать за всех. Вот только он не знал, что переживал напрасно. Женщина, что села в машину, не позволила бы себя убить раньше, чем завершила месть. Дорога оказалась быстрой, и Багиру это даже позабавило. Она летела на встречу со своей болью, летела, чтобы отомстить, и даже судьба ей благоволила. Если бы она верила в Бога, то решила, что он сам дал ей все карты в руки, благословляя на дальнейшие действия. Она не удивилась, обнаружив дверь квартиры открытой, не удивилась, заметив простой продолговатый белый конверт. А прочитав текст, усмехнулась, не думая о том, что сейчас ее ухмылка была похожа на оскал. Я знал, что ты согласишься, Маргарита. Ты так и не спросила, почему я зову тебя полным именем, но я знаю, что тебе было интересно. Так звали мою жену, она погибла вместе с дочерью и родителями в автокатастрофе, за которую никто так и не ответил по закону. Но я сам добился справедливости, своей справедливости. Я хочу, чтобы ты на один день увидела то. что увидел я за всю жизнь. Следующий конверт ждет тебя на кладбище рядом с могилой моей семьи. Спеши, иначе спасти твоего командира уже никто не сможет. Тяжелая рука Бизона опустилась на плечо, вырывая из воспоминаний тяжелого вчерашнего дня. Багира открыла глаза, встречаясь взглядом с другом. Боря сел рядом, а подруга продолжила смотреть перед собой, не представляя, о чем с ним говорить и нужно ли. -Как ты? Багира усмехнулась, мечтая, чтобы внутри появилось хоть какое-то чувство, но все, что она чувствовала: тишину. Сердце билось ровно, никаких колебаний, его больше не разрывало от боли. Но женщина не знала, как ответить на такой, казалось бы, простой вопрос. Она не знала, что теперь делать и что с ней происходит. -Нормально. Это было ложью, но как сказать другу правду? Да и как понять, что правда в данной ситуации? Она вновь прикрыла закрыла глаза, но тут же распахнула и обернулась Бизону, взяла его за руку. -Как Ваня? Боря словно пытался увидеть Риту за маской Багиры, отказываясь принимать, что масок больше нет. Она сорвала их в тот вечер, сорвала без остатка, соскребла с лица обнажая себя, но вместо этого пришло понимание, что маски и не было. Вот она - настоящая, такая, какой всегда была. -Ранен, но жить будет. Что происходит с тобой? То, что произошло вчера...что это было, Багира? Я не узнаю тебя... -Я ничего не чувствую, - ей казалось, что она даже не думает, произнося эти слова. Будто они, как у компьютера, вырываются сами по себе, а мозг воспроизводит картины вчерашнего дня так ярко, что, еще секунда, и можно свихнуться. Но она, почему-то, до сих в норме. Если подобное можно считать нормой. - Иди к Уме, она наверху. Я хочу побыть одна. -Ты уверена, что одиночество - то, что тебе надо? - даже взгляд у него изменился. Он словно смотрел на человека, который в любой момент может обернуться опасным зверем и растерзать. -Я знаю, что именно мне нужно, Бизон. Иди. Он кивнул, поднимаясь, но Багира не смотрела ему в след. Она вновь глубоко вдохнула холодный воздух, в горле заскребло, словно она сделала сильную затяжку. грустная усмешка коснулась губ: сигареты и воздух чем-то похожи. Иногда они могут убить. Она помнила кладбище в мельчайших деталях: ледяной ветер, тишина, надгробные кресты и каменные плиты, напоминающие имена тех, кто здесь похоронен. Будто можно забыть того. кого любил, но потерял, будто можно стереть из памяти имена, как карандаш ластиком. Она знала, куда идти. Ее шаги были беззвучны, ботинки утопали в грязи, потмоу что всего пару часов назад был ливень. В это время там никого не было, даже сторож не высовывался, все сидели по домам или работали. Она тоже работала. На надгробии девочки не было фотографии. Она была похоронена рядом с матерью, и Багира с любопытством изучала черты лица женщины, которая любила того ублюдка, что уничтожил ее изнутри. Маргарита была красивой. Она улыбалась, щурилась на солнце, голова была чуть склонена к плечу. Она была счастливой. Багира не знала, что должна была чувствовать, глядя на женщину, которой было меньше 30, когда она умерла. Сожаление? Несправедливость? Жалость? Но она не чувствовала ничего, кроме злости. Будь эта женщина жива - выжила бы и Рита. В этот раз письмо было в детском чемоданчике, такие обычно используют, когда играют в доктора. Только вместо медицинских принадлежностей там лежал привычный белый конверт. У тебя нет детей, не так ли? Но ты все равно знаешь, какого это - терять ребенка. Ты заешь, что такое медицинский приговор, ведь и тебе когда-то сказали, что ты не сможешь иметь детей. Я застудился на задании, отдавал долг Родине, которой я нахрен был не нужен. Ей никто не нужен, Маргарита. Ни я, ни ты, ни даже твой Батя, который готов был умереть за тебя. Мы похожи, я хочу, чтобы ты всегда это помнила. Помнила, когда найдешь меня, когда пустишь пулю мне в сердце. Я заслужил, знаю. Давно ты была на могиле своего ребенка? Есть ли вообще какая-то могила? Наверное, нет, хоронить ведь было некого. Едь к причалу, откуда отходят военные корабли, там будет небольшой четырехэтажный желтый дом. Квартира 13, дверь открыта. Багира снова открыла глаза, посмотрела на единственное кольцо, украшающее указательный палец. Она могла бы стать женой, могла бы иметь детей и быть счастливой, но вместо этого она стала бойцом. Она выбрала воевать за Родину, но сколько раз пожалела? Сейчас был очередной. На причале было оживленно. Люди собирались группами, кто-то стоял в одиночестве и смотрел на море, кто-то ждал кого-то. На причале была жизнь, но Багира предпочла бы кладбище. Там было комфортнее. Желтый дом нашелся практически сразу. Обшарпанный фасад, кое-где дорога в ямах и никого на детской площадке, которую составляла старые ржавые качели и песочница. Найти нужную парадную не составило труда, как и квартиру на первом этаже. Дверь действительно была открыта. Это была маленькая квартирка: крошечная прихожая, продолговатая кухня с минимум мебели и заставленная комната. Здесь будто застыло время, словно люди вышли несколько минут назад и могут вернуться в любой момент. Только Багира знала: возвращаться некому. Все мертвы. Как тебе наше семейное гнездышко? Когда-то здесь слышался смех моего ребенка, когда-то здесь я был нормальным человеком, а не пустышкой, которая готова отдать все, лишь бы ощутить себя живым. Будь мы в других обстоятельствах, я спросил бы тебя: что ты знаешь о боли? Но сейчас ты знаешь о ней не меньше, чем я. Ты теряла, я терял. Много совпадений, не правда ли? Насколько сильно ты ненавидишь меня, Маргарита? Тебе нужно ехать за город. Точный адрес в записке и поторопись. Ты ведь хочешь увидеть живым человека, которого любишь? -Я успела. Багира сама не поняла, как слова горькой правдой сорвались с губ. Она действительно успела: спасла Батю и потеряла себя. В ту же секунду, когда выстрелила в безоружного преступника, который улыбался ей, знаю, что она пришла убить его. Потеряла в тот самый миг, когда крик Бати: "не надо" утонул в жажде мести, что не принесла облегчения. Она хотела застрелиться, да подоспевшая Ума не дала. Просто выбила пистолет у нее из рук, глядя на Багиру широко распахнутыми глазами и взглядом задавая вопрос: почему? И только сейчас в голове женщины сформировался точный ответ. Потому что нельзя спасти того, кто умер.