Эти летние ночи

       Прохладный летний ветерок игриво задувает волосы тебе в лицо, заставляя прищуриться и изящно смахнуть их обратно за плечи мизинчиком — предельно осторожно, чтобы не измазать их в липкой сахарной вате. Ты на первом свидании с симпатичным мальчиком, которого ты встретила на рынке сегодня утром, идёте рука об руку через выставочный комплекс ежегодного карнавала Дерри. Это типичная летняя ночь в штате Мэн. Немного теплый ветерок с приятной прохладой, сверчки, распевающие песни на свой манер; их стрекотание звенит в ушах, вы идёте под ясным звездным ночным небом. До сих пор всё было прекрасно. Он довольно милый и симпатичный. Однако слишком много треплется о видеоиграх. Ты слушала его бредни как минимум пять минут, с любопытством окидывая быстрыми взглядами всех людей в толпе, при этом с аппетитом поедая сладкую вату. Ты оторвёшь и возьмёшь в руку еще один кусочек, затем положишь его на язык, чувствуя, как неземная сладость тает, мозг спешно подает сигналы в твои вкусовые рецепты. О, это лучшая часть каждой ярмарки! Парнишка всё ещё болтает о своих лучших рекордах, ты улыбаешься и вежливо киваешь, слизывая липкие остатки ваты с пальчиков. Когда вы проходите мимо ярмарочных игр, направляясь к аттракционам, высокий клоун, скрывающийся у одной из палаток, бросается в глаза. Твой удивлённый взгляд намертво прикован к нему. Его трудно не заметить. Должно быть, его рост не менее двух метров. Он очень худой, но самое поразительное в нём — это его костюм. Он не похож на тривиального циркового клоуна. Этот клоун прекрасно выглядит, он восхитителен во всём, кроме грязных рыжих волос. Похоже, ветер хорошенько поработал над ним. С другой стороны, его грим безупречен и совершенен. У него даже нос нарисован, вместо одного из этих круглых поддельных носов. Это мило. Делает его похожим на забавного щеночка. У него потрясающий винтажный наряд. Похоже, что-то из девятнадцатого или двадцатого века. Клоун возвышается как огромная светлая башня среди других клоунов с их большими поддельными париками и яркими радужными костюмами. Ты не можешь оторвать от него глаз. Похоже, это чувство взаимно. Он смотрит на тебя, жутковато, ухмыляясь, словно маньяк. У тебя есть небольшой пунктик на клоунов, хотя ты не знаешь, почему. Может быть, это озорство. Не знать, кто скрывается под личиной клоуна. Факт в том, что они должны быть полезной и благотворной фигурой, — ведь они существуют для того, чтобы развлекать детей и их семьи. Они несут доброе, искреннее и чистое веселье. И это заставляет тебя думать не о самых приличных забавах. Ты кусаешь губу, когда ты и твой спутник, наконец, приближаетесь к палатке, в которой стоит клоун. Ты быстро смотришь через плечо, даря ему напоследок игривый взгляд, а после проходишь мимо. Он весело машет тебе тонкими пальцами, улыбаясь и показывая два милых заячьих зуба. Вы приближаетесь к толпе людей, ожидающих, когда вы сядете в аттракцион. Шум и громкие крики наполняют воздух. — Что ты говоришь? — твой спутник спрашивает, деловито сдвигая очки к носу. — Хочешь прокатиться? — О нет, — ты нервно смеешься, — вовсе нет. — Правда? Почему бы и нет? Это лучший. — Ты знаешь ощущение, когда сердце уходит в пятки, пока катаешься на горках? Парень кивает головой в знак согласия. — Я ненавижу их, — фыркаешь ты, качая головой. — Я всегда наклоняюсь, сжимая живот, когда вагончик спускается с холма, я не хочу это чувствовать. Я не могу этого сделать, это выше моих сил. — Как скажешь, — кивает он. — Но не позволяй всякой ерунде лишить тебя удовольствия, — ты игриво подталкиваешь его в плечо. — Давай, я не против подождать. — В самом деле? Ты уверена? — Да, иди, я пойду пока прогуляюсь. Встретимся с тобой в двадцать минут, — ты разворачиваешься, уже собираясь слинять по-тихому. — Хорошо, будь осторожна! — кричит вслед парень, когда ты направляешься назад, по той дороге, по которой вы пришли, попутно кидая быстрые взгляды по всем сторонам, высматривая загадочного клоуна. Ты проходишь мимо игр, растерянно оглядываясь в поисках таинственного клоуна, которого видела всего несколько минут назад. Его нет, но ты заметила палатку, у которой он стоял, и быстро побежала к ней, бросая то, что осталось от твоей сладкой ваты в мусорный контейнер, стоящий неподалеку. Ты отодвигаешь шторку и медленно входишь в пустую палатку — только белые рождественские гирлянды нависают над головой, и везде возвышаются пустые пыльные ящики. Мурашки бегут по коже, ты осознаёшь, насколько жуткое это место, со старой цирковой музыкой в придачу, льющейся из динамиков. Напоминает фильм ужасов. Ты вот-вот повернёшься назад, чтобы трусливо спастись бегством, когда внезапно слышишь ужасный голос позади себя: — Х-и-и-я!