Мозаика: россыпь драбблов

Персонажи: НП Не хочу вставать с кровати. Пожалуйста, не заставляйте меня. Там, в коридоре, меня поджидают мерзкие отвратительные дети. За двадцать лет безупречной службы я насмотрелся на них. Пакостники не признающие правила. Особенно… некоторые. Шайка Поттера, неприятно напоминающая другую — столь же безалаберную и гнусно-беспечную. Выбираюсь из постели, нашариваю тапочки, зеваю. По утрам (равно как и в любое другое время суток) я остро ненавижу три вещи: войну (в ней я потерял ту, что любил больше всего на свете), детей (гадкая мелюзга, не понимающая своего счастья), Поттера (в каждой бочке затычка). Таращусь в зеркало. Зеркало в ужасе затуманивает мое изображение. Ну и ладно, любоваться там нечему. Жизнь — дерьмо. Пора бы с этим смириться. Одеваюсь, бреду к двери, но та распахивается, наградив меня ударом по лбу. — Там… — шестикурсник в сбившемся набок гриффиндорском галстуке широко распахивает глаза. Такое чувство, что он не ожидал увидеть меня — почему это, интересно? Только потому, что минувшая ночь оставила мне шансов на выживание меньше, чем кому-либо в этом замке? За исключением Поттера, разумеется. Поттеры, что один, что второй — это вечное исключение. — Там ваша, ваша…. — хватает воздух ртом. — Нашлась?! Мое сокровище, моя прелесть, моя драгоценная… Все-таки не зря говорят, что у кошек девять жизней. Тороплюсь за мальчишкой. Немногочисленные студенты — ну правильно, после вчерашней битвы не все ложились спать, — расступаются и шепчутся, провожая меня взглядами. … Минерва Макгонагалл смотрит на меня, а потом делает шаг навстречу. — Здравствуй, Аргус, — говорит она. Миссис Норрис у нее на руках чутко поводит ушами.