Мозаика: россыпь драбблов

Персонажи: Регулус Блэк, Беллатриса Лестрейндж, Сириус Блэк, Волдеморт Мелькают вспышки заклинаний, визжит, корчась под пыточным, пойманная грязнокровка. Наверное, грязнокровка — Регулус понятия не имеет, какой статус крови имеет эта несчастная. Белла — Регулус узнает ее, несмотря на эмалевую слепую маску, — звонко смеется. Мантия вьется за ее спиной черным саваном, когда она, кружась в ритме неслышного вальса, бросает в грязнокровку заклятья. — Tormenta! — шаг вперед, руки раскинуты крыльями. — Flagello! — поворот вокруг оси, на запястье вздуваются вены, когда Белла сжимает крепче волшебную палочку. — Crucio! — глаза полузакрыты, карминные губы разомкнуты. Рудольфус — лишь он может следить за Беллой вместо того, чтобы драться — бьет оглушающим обезумевшего местного жителя, вылетевшего из-за поворота. С Регулуса маску сбили в самом начале, и теперь он, прикрывая лицо, пятится назад. Упирается в кованую ограду коттеджа — белёные стены, заросший сад, — и, не оборачиваясь, идет, пока не оказывается среди корявых яблонь. Садится — почти падает — на подушку из прелых листьев. Думает, не снять ли мантию, чтобы Пожиратели узнали своего по Метке. Пожалуйста, просит Регулус неведомо кого, пусть это будет разовая акция устрашения. Хогсмид магическая деревня, зачем она Темному Лорду? … Белая пена лепестков осыпает Регулуса. — Сириус?.. — он едва успевает увернуться от фиолетового луча — реакция у Сириуса отменная, этого не отнять. Регулус забивается в расщелину между двумя деревьями и крепче сжимает волшебную палочку. Кто скажет, чего ожидать от брата? От врага. — Регс, какого лысого Мерлина тебя понесло сюда? — взъерошенный Сириус садится на корточки рядом с ним. Их лица —впервые в жизни — на одном уровне. — Эй, ты не ранен? — тормошит, осматривает, ища кровь. Не найдя, вскидывает брови: — Ты чего расселся? Отчего не с этими… твоими? Не дорос? В отдалении раздаются хлопки аппарации — прибывают авроры. — Перерос, — говорит Регулус, избегая смотреть на брата. Сириус забавно морщит нос — по-собачьи, словно принюхиваясь. — Забыл, что это моя прерогатива — нарушать правила? Регулус опускает голову, глядя на носки лакированных ботинок. Не забыл. У него прекрасная память — повод для гордости. Даже Темный Лорд отметил, как безошибочно Регулус воспроизводит услышанное и прочитанное, и это без всякого зелья ясного ума. Сириус вздыхает и говорит: — Знаешь… И чуть погодя: — Тебе сегодня ужасно повезло. Регулус неопределенно поводит плечами. Ему не повезло еще при рождении — Сириус появился на свет годом раньше. — Потому что я умею аппарировать в паре. Сириус протягивает руку и Регулусу нестерпимо хочется вложить свою ладонь в ладонь брата. Мать, конечно, будет в бешенстве, но… Регулус встает, поворачивается на каблуках, не слушая крик Сириуса, и аппарирует. Семье достаточно одного предателя. * — Мистер Блэк, — говорит Темный Лорд — его голос густой и тусклый, как пыльная бархатная портьера. — Вы огорчили меня. Регулус сжимает кулаки, стискивает зубы и выше задирает голову. Он не заплачет. И не попросит пощады. Он готов принять заслуженное наказание. — Но, — продолжает Темный Лорд, — вы еще можете искупить этот досадный промах. Ваша семья, кажется, владеет домовыми эльфами? Его улыбка — неуловимая как змея. — Дда, — запинается Регулус, и уже уверенней говорит: — Да, мой Лорд. Кричер счастлив будет выполнить все ваши распоряжения. От облегчения (одолжить домовика — это такой пустяк!) шумит в ушах — словно волны бьются о камни. Регулус еще не знает: этот звук станет последним, что он услышит в своей жизни.