Запертая в воспоминаниях

Начав свой путь, они прошли поляну и вышли к дороге, что была как грань между лесом и поляной. Продолжая свой путь по ней, они прошли довольно много и вскоре уперлись в развилку. Указателя не было. Остановившись посредине, Виола задумчиво посмотрела на обе дороги. — Они одинаково заросшие, похоже, ими обоими давно не пользовались, ну, или по ним редко ездят. А ты как думаешь, куда нам пойти? — спросила Виола, обернувшись назад. — Искренне пофиг. Пошли сюда, — сказала она, направившись на право. — Давай уже привал сделаем, а то у меня уже ноги ноют от боли. — Ты устала? Но мы немного прошли за сегодня, когда же ты успела выдохнуться? Девушка проигнорировала её и просто пошла вперед на автомате. Пройдя чуть дальше, тень леса вовсе накрыла их. Небо начало темнеть и меняться от светлого тепло-рыжего цвета до холодно-синего. Идти дальше уже не было смысла. Девушки приглядели довольно удобное место для отдыха. На краю леса лежало поваленное дерево. Подойдя к нему, Камилла, усевшись так удобно, насколько это было возможно, закинула назад голову. — Делай, что хочешь, но я не сдвинусь с места. Может быть, ты привыкла так много ходить, но я — нет. Для меня и беготня по зданию — большая нагрузка. Ничего ей не сказав, девушка положила рядом с ней свою сумку и отправилась в лес. Сидя спиной к лесу, Камилла все равно слышала, как та ходила по лесу, ломая сухие ветки, но вскоре шаги затихли. Вслушиваясь все в тишину, она услышала едва слышимый стук топора по дереву. «Она че, там дерево рубит? Интересно, чем?» — подумала она и посмотрела на небо. Прямо у неё на глазах оно менялось. Рыжий практически полностью заменился синим, а тот менялся на более темный цвет. Среди ночной синевы зажигались маленькие звездочки, светившие еще не так ярко на фоне белоснежной луны, идущей по пятам солнца. Наблюдая за всем этим, она даже и не заметила, как стук по дереву смолк. Спустя какое-то время снова послышались шаги. Не отвлекаясь от пейзажа, она сказала: — Вернулась. Я слышала стук топора, это ты была? А где топор взяла? В ответ лишь завывание ветра. Насторожившись этим, она обернулась назад. Позади никого не было. Посмотрела еще раз внимательно и прислушалась, но даже так она ничего не услышала. — Что ты там высматриваешь? — спросила Виола, остановившись перед Камиллой. Виола стояла, оперевшись на зонт, что выступал в качестве трости прямо перед ней. — Что? Как? Я же слышала, что ты… и резко здесь. Отойдя немного от дерева, Виола раскрыла свой зонт, поставила его на землю. Слегка щелкнула по его куполу, он слегка засветился и из него посыпались поленья с ровным срезом. Подсчитав их количество и недосчитавшись двух, Виола ударила по зонту и оттуда выпали оставшиеся. Ударив еще раз и убедившись, что внутри больше нет, она сложила его и вставила его в колечко на поясе. — Не стоит полагаться только на свой слух. Вот это — явный тому пример. А если бы это была не я? — отчитывала она её, попинывая поленья к месту, где не было травы, лишь голая земля. Собрав их рядом, она уложила их в форме пирамиды, а внутрь засунула кору. Подойдя к Камилле, она залезла в сумку. Не прошло и нескольких минут, как она вытащила руку из сумки. — Кажется, Артур забыл положить спички в мою сумку, а может и не забыл, — сказала Виола, вытащив из сумки записку. — Камилла, посмотри в своей. Но Камилла не полезла в свою сумку, а, поднявшись на ноги, подошла к костру. Наклонившись к нему, она дунула своим огнем в самый центр. Кора сразу же загорелась и начала подпаливать поленья. Вскоре и они загорелись, издавая треск. — Вот и все, без всяких спичек, — сказала Камилла, удобно усевшись около костра. На всю эту горящую конструкцию Виола поставила две открытые консервы с гуляшом из походных сумок. В течение десяти минут ужин был готов, и девочки, наконец, поели. Потом они поставили на костре маленький металлический чайник с водой и ждали, пока он согреется. За это время окончательно на землю опустилась ночь, стало темно и прохладно. Звезды засияли во всем своем великолепии, создавая новые созвездия. На это все было замечательно смотреть, стоя на балконе дома, укутавшись в теплый плед, но никак не сидя на холодной земле, без пледа, и еще на сквозняке, который дул из леса. Спасал лишь горячий травяной чай с мятой, завалявшийся в зонте, который мог принимать любую форму и мог вмещать неизвестное число вещей. Усевшись как можно ближе к огню, девочки сидели и согревались, похлебывая чай. Камилла долго сидела и крутила кружку в руках, пытаясь что-то выдавить из себя. Виола заметила это и решила первой пойти на этот разговор: — Что такое? Что-то болит? — Эт… хотела сказать спасибо за то, что спасла в обед. Я и не думала, что ты это сделаешь, ведь ты обычно недружелюбная и немного высокомерная. — Правда? Значит, обо мне такое мнение сложилось… Когда мы летели, ты кричала что-то о том, что не умеешь летать. Что ты под этим подразумевала? Ты, кажется, всегда кричала, что ты дракон, а не олень. — Да, все так… Но я полукровка. Из-за несочетания крови у меня нет крыльев и никаких особых способностей. Хорошо, что рыжей родилась, а не альбиносом, тогда мне было бы тяжело в жизни, — посмеиваясь, говорила она, но было видно, как этот разговор, что начала она сама, был для неё не совсем приятным. Попытавшись хоть как-то уйти от дальнейшего разговора, Виола поставила кружку на землю и полезла в безразмерную сумку. Из него она достала теплый ярко-голубой плед. В считанные секунды она улеглась на землю, накрылась пледом и отвернулась от неё, делая вид, что улеглась спать. — Ты уже спать пошла. А у меня такой же плед или другой раскраски? А вам всегда эти сумки выдают? Или на каждое задание выдают новую? Так вот где щедрость нашей организации, а то я думала, что они жмоты. Даже нормального отпуска не дают, — болтала она, пододвигая к себе свою сумку. Она внимательно поискала такой же яркий плед, но вместо него нашла лишь что-то, отдаленно напоминающее серо-коричневый плед. Ничего не поняв, она продолжила трогать дно сумки, все же надеясь найти его. — Нам не выдают сумки каждый раз. Я просто не люблю таскать её с собой, вот и оставляю на складе у брата. Мы получаем их на первом задании и отдаем работникам склада, чтобы они пополнили нам запасы обязательных вещей. И это разнообразные консервы, вода, карты, аптечки и другие необходимые нам предметы. Этот плед я принесла из дома, а у тебя обычный, который выдается всем новичкам. Завистливо посмотрев на Виолу, она затолкала обратно в сумку все, что вытащила. Разложив это на земле, она улеглась на него и накрылась другим. Едва слышно Камилла проклинала компанию и свое решение пойти туда. Елозив по пледу, она пыталась найти удобное место, но, смирившись, сжалась в комочек и затихла. Прислушавшись, Виола услышала тихий храп, означавший, что истеричка уже крепко спала. Откинув в сторону свой плед, она залезла в карман платья и достала оттуда записку. Даже будучи невскрытой, записка сгорела в костре. Записка быстро сгорела, оставив лишь пепел. Вслед за ней полетели письма, собранные стопкой. Она сидела и смотрела, как эти письма горят в костре. Письма, словно специально пропитанные чем-то невоспламеняющимся, не хотели гореть. Минут пять они лежали в костре, давая тем самым время ей передумать. Вскоре углы начали подпаливаться, а затем и сами конверты были охвачены огнём. Когда от них не осталось ничего, Виола взяла свой плед, и, накрыв им Камиллу, отправилась в лес. Утром, когда солнце уже поднялось из-за горизонта и озаряло все своими лучами, укутываясь все сильнее в плед, Камилла не хотела вставать. В ней еще долго боролась лень и желание встать. После одного неудачного поворота прямо на камень, она вскочила. — Бабуль, ты опять свои вещи у меня забыла, — сказала еще сонная она. Озадаченно она посмотрела по сторонам, не узнавая обстановку, и уже хотела вскочить и закричать, но тут она увидела Виолу, сидевшую на бревне к ней спиной и державшей в руках свой зонт. Вспомнив все, она взяла в руки плед и, положив его как подушку, грохнулась в неё лицом. — Я знаю, что ты не спишь. Вставай! — но Камилла никак не отреагировала, — Я предупреждала. Встав на ноги, она подошла к ней и просто стояла у нее над душой. Даже не смотря на неё, Камилла достала из-под подушки руку и отмахнулась от неё, прогоняя прочь. Это очень бесило Виолу, и, не увидев никаких действий, она все же приступила к действиям и наступила ей на спину. — Ай, поняла, поняла. Уже встаю, только слезь с меня, — Виола убрала с неё ногу, и та поднялась с земли, — И ты каждого так будишь? Что на завтрак? — Нет, ты особенная. Обойдешься и без него. Вставай скорей, в лесу есть короткая дорога, и, судя по указателям, там есть какое-то поселение. Надо торопиться, и не забудь отдать плед. На сборы у тебя пять минут. — Что? Какой плед? — она посмотрела на свою подушку и увидела в ней смесь своего серого и её голубого пледа. — Упс, наверное, во сне у тебя забрала. Прости. Она развернула этот комок. Свой она сразу же сложила в свою сумку, а чужой отдала хозяйке. Завтрака и вправду не было, лишь оставшиеся со вчерашнего дня небольшие печенья. — Твои пять минут истекают, — сказала она, уходя все дальше. Растерявшись, Камилла в панике схватила сумку, печенья и побежала за ней. К полудню девочки по знакам добрались до странной постройки, находящейся в глубине леса на поляне. Это оказалась старая разрушенная смотровая башня. На обломках разрослась клумба белых лилий, а по развалине пустилось множество вьюнов. Вдали виднелись небольшие дома. Часть этих домов разрушена до основания, а более-менее уцелевшие полностью заросли сорняками. — Интересно, что случилось с этой деревней? — печально спросила Камилла, прикоснувшись к старой башне, что даже от легкого прикосновения начинала распадаться. — Скорее всего, эту деревню забросили, — ответила Виола. — Пошли, осмотримся здесь. Все дома этой деревни были пустыми, лишь редко в домах встречались растущие белые лилии. Девочки подошли к самому большому зданию. Стены частично обрушились, но внутри все было еще хуже: потолок лежал на старых балках, а пол, прогнивший насквозь, еле держался. Камилла слегка наступила на одну из досок, и та с треском провалилась вниз. — Виола, я не знаю, как ты, но я туда не пойду, хоть убей! — сказала Камилла, попятившись назад. Виола потянулась к небольшому карману в платье и вытащила из него небольшой нож. — Так, я пошутила, — утверждала Камилла и попятилась, мотая головой болванчиком, но Виола уже держала его в руке и наклонилась к ней. — Если уж будешь убивать, будь со мной нежной, и я хочу умереть быстро и не мучительно. — Ты совсем что ли? Держи давай. На всякий случай. Вдруг что-то случится, а ты безоружная. Иди давай. — Х-хорошо, тогда, встретимся через час у старой башни! — крикнула Камилла, робко выхватив у неё нож и быстро удалившись из здания. На улице не было ни души, даже вороны, сидящие на развалинах дома, улетели прочь. Место стало окончательно мертво. — Страшно, — едва слышно прошептала Камилла, идя по заросшей дороге. Внезапно в одном из домов послышался детский голос, напевающий уже знакомую ей мелодию. Голос доносился из последнего, углового дома. Оно было более или менее целым. Через дыры в крышах проглядывали солнечные лучи, освещающие лишь небольшие кусочки комнаты, в остальных местах было темно. Заглянув внутрь, Камилла увидела ребенка, одетого в светло-голубую ночную рубашку с длинными рукавами. Он сидел на полу и плел небольшой венок из растущих сквозь пол белых лилий, напевая странную песенку. Девушка тихо зашла внутрь, пытаясь не испугать малыша, но пол под ней скрипнул. Песня малыша затихла, и мальчик, заметив постороннего, испугался. Едва удерживая трясущимися руками венок, он попытался встать. — Малыш, подожди, я не обижу. Однако это совсем не успокоило малыша. Он вскочил с места и, швырнув венок в сторону, побежал в соседнюю комнату. Побежав за ним, Камилла пробежала через то место, где цвели те цветы, и, только ступив на то место, сразу же провалилась подпол. Вместе с обломками досок и пылью она упала на влажную землю подпола. Сквозь дыру проникало немного света, освещающий лишь небольшую область возле Камиллы. — Да блин, не хотела в одном месте провалиться, провалилась в другом. И как отсюда выбраться, может подпрыгнуть? Допрыгнуть-то допрыгну, а вот выдержат ли доски? Так это же подвал дома, может тут есть лестница. Поднявшись на ноги, она начала вглядываться в комнату. Были видны небольшие просветы из таких же дыр в полу. Повертев пальцем, ей все же удалось вызвать небольшой огонек, освещающий чуть ли не полкомнаты. Приглядевшись повнимательней, она заметила кучи земли, наваленных посередине комнаты. Но горка не достигала даже середины комнаты. Она обошла эту кучу и посмотрела в других темных углах комнаты, но не нашла лестницы. Другие дырки в полу вели в маленькие комнатки того же дома, но с полом еще хуже. Вернувшись назад, она смотрела вверх, прикрывая свои глаза, и старалась рассмотреть и оценить ситуацию. Тут на свету появился чей-то силуэт. — Вы целы? Я сейчас сброшу вам лестницу, подождите немного, — послышался робкий детский голос. Силуэт резко исчез. Спустя некоторое время в дырку упала верёвочная лестница. Подергав её и убедившись, что она крепкая, Камилла полезла наверх. На момент, когда она поднялась, в комнате уже никого не было. — Кто ты? Откуда ты здесь? — послышался тот же голос, напугавший Камиллу. — Люди уже давно сюда не заглядывали. Так зачем? Зачем? — Мы… путешественницы, заблудились и наткнулись на эту деревню, ну или на то, что от неё осталось. Ты же тот малыш, можешь не бояться и выходить, я не стану тебя обижать. В небольшой комнатке, справа, послышался скрип досок, и из-за угла выглянул маленький испуганный ребенок с зелеными глазами, русыми волосами чуть выше плеч. Справа свисала длинная прядь, волосами завязанная снизу в хвостик, а падающая на лицо челка закрывала полностью его левый глаз. — А кто ты? Я еще не встречал такой расы. Ты не похожа на дракона, но и на жителя леса тоже, — робко спросил малыш. — То есть здесь живут не только люди. Ну, я разновидность дракона. Ты живешь здесь? Один? … Кажется, я тебя напугала. — С чего вы взяли? — заикнувшись, сказал малыш, отводя взгляд. — Ничего, я не испугался. Просто впервые вижу дракона. — Скажи честно, здесь есть кто-то кроме тебя? Малыш задумался на секунду и, стараясь не смотреть на девушку, ответил: — Нет. Но мне здесь не грустно. Пусть он и говорил так, но по нему прекрасно было видно, как малыш скучал тут от одиночества. Он явно из тех упрямых детей, что не захочет принимать ничьей помощи. Понимая это, Камилла не стала настаивать и медленно пошла, иногда поглядывая назад. Малыш следовал за ней, прячась за домами и другими постройками, но так неумело. Так она шла до самого дома, где разошлась с Виолой, а любопытный, но трусливый малыш следовал за ней, выглядывая из-за угла. — Эй, Виола, выходи, давай, — раскричалась она, просматривая все окна. Из двери на первом этаже вышла Виола, в руках у неё была большая книга с пожелтевшими страницами и слегка попорченной обложкой.  — Ну чего раскричалась, здесь я. Что-то нашла? Камилла довольно указала пальцем на обломок здания. Приглядевшись, Виола увидела рубашку, выглядывающую из-за стены. Отдав книгу Камилла, девушка зашла в постройку и вышла с другой стороны. Ребенок стоял, прижавшись к стене, и боялся даже пошевелиться, но, все же собрав всю смелость, выглянул из-за угла. В этот-то момент Виола подошла к нему за спину и схватила его как игрушку. Малыш испугался и стараясь вырваться, но у него ничего не получалось. — Ты вот его нашла? А он хорошенький, такой мягкий, — подойдя к Камилле, Виола отпустила ребенка. Ничего не понимая, малыш спрятался за Камиллу. — Давай познакомимся, меня зовут Виола Филвес, а её Камилла… Твою фамилию я не знаю. А как тебя зовут? Как твое имя? — Мое имя… имя… Я его не помню. Меня давно никто не называл по имени, обычно малыш или мелкий, — ответил мальчик. — А вы тут надолго? Может, переночуете у меня? Мой дом единственный уцелевший в округе, а еще я недавно ходил за чайными травами. Малыш настойчиво пытался пригласить к себе. Понимая это, девочки в шутку отказывались, и тогда малыш начинал придумывать необычные причины, вплоть то того, что может легко заблудиться. Не сумев отказать такому забавному ребенку, они все же согласились. Малыш обрадовался, и даже не задумываясь, побежал, вперед показывая им дорогу. Он бежал по улице с более уцелевшими домами. Пусть они были заросшими, а в потолке виднелись дырки, но оставались пригодным для жизни. Создавалось ощущение, что часть города пострадала от землетрясения или чего-то подобного. Но один дом выбивался из всей этой картины. Он был полностью сгоревшим. Из целого остался лишь обгорелый фундамент и небольшая часть стены, просвечивающаяся через мох и другую растительность. Подбежав к этому дому, малыш протянул свою руку вперед и схватил дверную ручку. Непонятно откуда взялась эта ручка, но вокруг неё поплыли круги, подобно блинам на воде. В них показалось искажение дверного проема с дверью, и когда круги волны исчезли, показалась полная дверь. Потянув её на себя, малыш открыл дверь. От прохода в разные стороны поплыли такие же искажения и через них виднелся очертания дома. Сделанный полностью из бревен, он был расписан необычными узорами. Часть окон была закрыта ставнями, и лишь первые от двери окна были открытые, и в них виднелась тонкая ткань напоминающая тюль, что развевалась на ветру. Подойдя к дому, Камилла была в шоке. Большая книга, которую нашла Виола, чуть не выпала у неё из рук. По её лицу можно было понять, что она не понимает что это и как. — Восстановление? Хотя скорей всего иллюзия, — смело предположила Виола, посмотрев на то, как крыша дома все еще проявлялась. — Ну чего вы там стоите, проходите в дом. Выхватив из рук Камиллы книгу, что вот-вот должна была упасть ей на ноги, Виола подошла к двери. Она спокойно смогла пройти в дверной проем с зонтом. Сразу же на входе стоял небольшой столик с пустой вазой. Стены были выкрашены белой краской. Прихожая соединялась с гостиной и образовывала одну комнаты. Здесь была лестница наверх и дверь в кухню. В гостиной стоял большой стол с тремя стульями. В углу стоял шкаф наполненные глиняными фигурками и сшитыми игрушками. Малыш снял обувь в прихожей и побежал в кухню. Зайдя самой последней, Камилла закрыла дверь и, быстро сняв свои гэта, зашла в гостиную. Сразу же повеяло свежестью и запахом трав, висевшие на кухне. Усевшись за стол, Камилла заметила, что Виола все снимает свои сапоги. — Ты постоянно ходишь в гольфах. Тебе разве не жарко в них? — спросила она. — Без них я бы быстро стерла ноги. К тому же они тонкие, — забрав книгу, Виола уселась за стол и раскрыла её. — - Я исследовала тот дом, и оказалось что он принадлежал старосте. Он вел несколько дневников, и один из них — это летопись деревни. Писал он раздельно по датам, но из всего этого меня заинтересовало одно событие: «Четырнадцатое июля, произошло обрушение крыши храма. Под обвал попала наша швея Екатерина и её дети. Близнецы попали под обломки. Вытащить их тела мы так и не смогли, похоронили прямо там. Екатерине повезло больше, она обошлась лишь царапинами. Похоже, что дар её детей перешёл к ней. <…> Двадцать пятое августа, прошло больше месяца со смерти близнецов, но Екатерина до сих пор не может прийти в себя. Она утверждает, что их души все еще здесь и общаются с ней. Она ведет себя странно, но пока не чудит, пусть продолжает верить. <…> Пятнадцатое сентября, пока мы были на поле, кто-то поджег дом Екатерины. Все сгорело. Я приютил её у себя. Бедняжка, столько на неё свалилось. <…> Двадцатое сентября, Екатерина нашла тайник, который оставили её дети. По её словам там находились две книги и их самые любимые игрушки. <…> Двадцать пятое сентября, на протяжении нескольких дней Екатерина ходит на могилу своих детей и с кем-то там говорит. <…> Двадцать девятое сентября, прошло около четырех дней с пропажи Екатерины. Мы обыскали весь лес, но не нашли. Даже в храме. <…> Первое октября, нашли Екатерину. Её тело лежало прямо перед могилой близнецов. На теле было видно несколько ран от кинжала, но сам он лежал у неё в руках. Я не знаю, кто это сделал. Вполне возможно, что это был кто-то из деревни, но также я не отрицаю того, что это мог быть и отец тех близнецов. Никто не видел его в деревне, но поговаривали, что он иногда приходил в храм, где виделся с ними. <…> Пятое марта, в деревне началось что-то непонятное. В некоторых семьях стали умирать дети и взрослые. Часть была растерзана волками вблизи деревни. Хотя раньше волки не подходили так близко. <…> Новости за май. Деревня начинает потихоньку рушиться. Дома разрушаются прямо на глазах. Насколько я заметил, разрушаются дома только тех, у кого пропадали дети. <…> Четырнадцатое мая, на улице мы заметили темную тень. Она напоминала женщину. Тень ходила по улицам и ничего не делала. В одной из книг я нашла о ней заметку. Если черная душа появилась, то она не уйдет, пока не совершит свою месть. Надеюсь, что…» Это все, — сказала Виола, потерев край страницы, испачканный брызгами крови. — Не думаю, что он писал тут все, что было на самом деле. Не мог же дух появиться из ниоткуда. — Возможно… Много чего тут непонятно, — сказала Камилла, разглядывая потолок и покачиваясь на стуле. — Это история деревни? — сказал малыш, неожиданно оказавшись рядом с Камиллой. — Я тоже читал её недавно, когда прятался от чудища. Испугавшись, Камилла не смогла удержать равновесия и упала на пол. При падение она успела выкрикнуть матом все, что она думала на тот момент. Поставив на стол поднос с чаем, он поспешил помочь Камилле. — Что за чудовище?.. Тогда оно может быть причиной вымирания деревни. Но как ты оказался тут? Деревня вымерла чуть ли не век назад. — Я с мамой и братом пришел сюда. Кажется, на тот момент деревня уже была такая. Мама отремонтировала этот дом, наложила на него этот странный барьер и сказала сидеть тут. После этого она исчезла, а за ней и брат. — Не хочу давать тебе ложную надежду, но они могут быть еще живы. — Тогда прошу, вы сможете их спасти. Просто некоторые путешественники тоже попадали ей в руки, и я чувствую себя виноватым. Виола посмотрела на Камиллу, которая уже давно отвлеклась от этой темы и принялась за вкусный чай и пирожки к ним. Покашляв, Виола привлекла к себе внимание Камиллы. Та поставила чашку на стол и, убрав с лица крошки, сказала: — Я не против этого. Сходим, разузнаем. А о чем вы? Оставив книгу на столе, Виола поднялась из-за стола и направилась к выходу. — Ты куда? — спросил малыш, ухватившись за её платье. — Не думаю, что сейчас самое время есть. Сначала надо разобраться с этой проблемой, а потом уж и поедим. Камилла не разделяла её мнение. Захватив пару пирожков, она направилась в прихожую. Обогнав всех, малыш выбежал на улицу. Ему впервые было весело за долгое время, что он тут жил. Пока Виола надевала свои сапоги, Камилла с малышом уже вышли на улицу и ждали её. Уже собравшись выходить, Виола вспомнила о своем зонте. Потянувшись за ним, девушка увидела цветочек, стоящий в вазе. Он выглядел совсем свежим. Не понимая этого, Виола просто забыла об этом. Стоило её закрыть дверь, как дом вспыхнул ярким огнем и снова превратился в сгоревшую постройку. — Ну, ты скоро? — спросила её Камилла. Не обращая на неё внимание Виола протянула руку к ручке, но ничего не нащупала, хотя она должна там быть. Оторвав пуговицу с сумки, девушка швырнула её и обернулась назад. Пуговка пролетела насквозь и упала с другой стороны дома. «Теперь все ясно» — подумала она, отходя от дома. Малыш повел девочек в старый храм, который находился в глубине леса. Единственная тропинка, ведущая туда была сделана из камня. Но годы не жалеют ничего, и так же как и деревня, дорога и храм покрылись травой и сорняками. — Вон он, впереди, — сказал мальчик, указывая на старую входную арку. Вся эта арка была поломана, а местами даже не хватало камней, но всю эту конструкцию удерживали лианы, обвивавшие её. За аркой находился сам храм. Его состояние было такое же, как и у арки: по всем стенам росли вьюны и лианы, местами не хватало кусков стен, сквозь пол росли растения, а потолок обвалился и кучкой камней лежал прямо посередине храма. Из-под камней росли такие же белые лилии, как и в деревне. Около этой кучи виднелся деревянный крестик с прикреплённой к нему табличкой. — Вот он храм, о котором мне рассказывала мама. Направляясь к центру, они осматривали остатки купола, исписанные фресками с какими-то историями богов. На остатках стен виднелась картина исписанная рисунками. Золотая лоза, тянувшаяся на заднем плане картины, чем-то напоминала те узоры, что были на доме малыша. Подойдя все же к могиле, Камилла стряхнула с таблички пыль. Надписи были ей незнакомыми, и непонятными. — А что здесь написано? — Где? — с любопытством спросил мальчик, — так, здесь написано: «Ян и Юнэ Эвиг — близнецы вечной удачи и юности». — Так это и есть могила близнецов. Но почему здесь нет могила их матери? Это странно, — сказала Виола, посмотрев запись на таблички. Малыш внимательно всматривался на табличку, словно уже видя эту надпись. Вдруг из-за горы камней показался силуэт девушки с завязанными в косу длинными русыми волосами. Она выглядела замученной. В области живота у неё было два ранения, а одежда испачкана брызгами крови. — Что с вами? Вы, кажется, ранены, — забеспокоилась Камилла, достав из сумки лечебный баллончик. — Не подходи ко мне! Лучше бегите отсюда подальше, — прошептала она, схватившись за голову. Камилла остановилась на месте, смотря на неё. Девушка долго мучилась, но неожиданно она успокоилась и упала на землю. — Камилла, хватай малыша и уходи отсюда, — сказала Виола, закрывая свой зонт. — Как ты можешь бросить её тут? Послышался смех. Девушка, слегка покачиваясь, поднялась на ноги. Её кожа начала чернеть, а на лице появилась пугающая улыбка и потеки от слез. — Ха-ха-ха, — звонко засмеялась девушка, — Новые жертвы? Добро пожаловать! Жалко, что вы не послушались её. Но что же теперь делать, придется мне немного поиграть с вами. Камилле несколько секунд, чтобы пересмотреть свое мнение. Положив баллончик в сумку, она стала потихоньку пятиться назад. — Стоять! У вас был шанс уйти отсюда, но вы его потеряли! Дух резко исчез. Через какую-то секунду он все же появился, но уже за спиной девушки. Размахнувшись, дух со всей силы ударил по девушке. Раздался грохот, и в воздух поднялась пыль. Едва успев, девушка успела отпрыгнуть назад. Не теряя времени она подбежала к малышу и, схватив его, отпрыгнула к Виоле. — А я ведь говорила. Ладно, стой пока здесь и не ввязывайся. Она взяла свой зонт в руки и трансформировала его в серебристую шпагу с синей рукоятью. Это веселило духа. Широко улыбаясь, он приблизился к девушке. Пытаясь зацепить девушку своими острыми когтями, дух стеснял девушку назад. Шаг за шагом отходя назад, Виола следила за его движениями. И когда дух совсем выбился, она оттолкнула его назад. — Впервые кто-то смог мне противостоять, — задыхаясь, сказал он. Встав на четвереньки, это существо больше напоминало дикое животное. Прогнувшись, он снова пропал и появился уже в другой части комнаты. Перемещаясь так из одного конца храма в другой, дух успевал задеть девушку, оставив неглубокие порезы. Виола уже не успевала уследить за его движениями. Неожиданно все прекратилось. Настораживавший, Виола глядела из стороны в сторону. В самый последний момент она успела заметить его, но было поздно. Размахнувшись, дух швырнул её в сторону камней. Удар был сильным, и Виола пару раз ударилась о камни и свалилась на пол. Закончив с ней, дух повернулся к Камилле. Как и всегда широко улыбаясь, он подбежал к Камилле. Защищаясь от него своими рукавами, девушка успела ударить духа ногой. Оглушенный, он отошел в сторону. Удар был не таким сильным, но этого хватило, чтобы обездвижить его. Схватив малыша за руку, Камилла вытолкнула малыша из храма. Подняв с пола шпагу, она направила её в сторону духа. Она впервые держала такое оружие, и это было сильно заметно. Увидев её, дух рассмеялся. — Когда-то сюда пришла такая же парочка. Было смешно наблюдать за тем, как девушка изо всех сил старалась защитить своего уже мертвого спутника. Ты такая же. Едва можешь держать оружие в руках… Хотя так лишь веселей. Хотел дух только сорваться с места, как в него влетела Виола. Отшвырнув духа в стену, девушка вытерла кровь, бежавшую со лба. — Слишком много болтаешь, — немного прихрамывая, она подошла к Камилле и опустила шпагу вниз, — Так оружие никогда не держат. Выхватив у неё их рук свою шпагу, она провела по тыльной стороне рукой, укоротив в два раза. Таким было намного удобней обращаться. Отдав его обратно девушке, Виола отошла чуть назад. — Я постараюсь обездвижить его, а ты пока жди. Немножко наклонившись вперед, Виола рванула вперед. Увернувшись от неё, дух отскочить. Не теряя секунды девушка направилась вслед за ним. Гоняя его по всему храму, Виоле все же удалось схватить духа. Прижав его к земле, она сжала свои руки на его шее. Дух пыталось вырваться, цепляясь своими когтями за руки девушки. Неожиданно дух перестал сопротивляться. Улыбнувшись своей противной улыбкой, он подтянул девушку к себе. Это остановило Камиллу, которая уже готовилась нанести ему удар. Воспользовавшись моментом, дух скинул с себя Виолу, а затем оттолкнул Камиллу. -Еще никто не хватал меня за горло. Стоило сразу тебя убить. Оперившись на стену, Виола стояла напротив духа. Камиллу же отбросило до самых камней. От такого падения все её тело болело. Двигаться было больно. Видя это, Виола стала тянуть время, пока её кинжал не вернутся к ней. — Ты же испугалась? Хотя нет, ты с самого начала боялась меня… А ведь ты и при жизни была такой трусихой, так ведь, Екатерина. Из-за сказанных слов дух рассердился еще сильнее. Замахнулся на неё, он хотел заставить её замолчать, но тут перед ней выскочил малыш. Рука духа прошла насквозь малыша. Из раны тут же брызнула кровь, что сразу испарялась, превращаясь в пыль. — Хватит! Если ты даже убьешь всех, это не вернет нас к жизни. Прошу, перестань это делать! — Замолчи! Замолчи! Замолчи! — кричал дух, продолжая прокалывать его. — Все они, это они убили вас, а потом и меня. Это они виноваты в том, что у нас не было счастья. И как же я могу их простить?! — Ты уже отомстила, может теперь пора на покой? Папа уже давно ждет тебя там. От этих слов девушка уткнулась в плечо ребенка и громко заплакала. Найдя в себе силы, Камилла взяла в руки клинок. Подошла к духу, она вонзила его в спину. Лишь потом девушка заметила, что это не совсем другое оружие. Вытягивая из девушки всю ненависть, кинжал стал покрываться ржавчиной. Приподняв голову, девушка что-то прошептала ему на ухо. Глаза мальчика моментально наполнились слезами, которые он не смог сдержать. Протерев его кровавые потоки с лица, девушка улыбнулась и упала замертво. Подойдя к малышу, Виола погладила его по голове. — Я так и знала, — сказала она, — Будь добр, расскажи все Камилле, а я пока все сделаю. Осознав произошедшее, Камилла попятилась назад. Её руки были забрызганы кровью, а все тело охватила дрожь. Взглянув на малыша, она перепугалась сильней и грохнулась на пол. Вся его грудь была в ранах, оставленные девушкой, через некоторые дыры в теле можно было увидеть его органы. Но даже так малыш чувствовал себя нормально. — Я… даже не знаю, с чего начать, — немного пожавшись, малыш присел возле неё. — Пожалуй, с представления… Меня зовут Юнэ Эвиг. Вместе с братом я жил здесь с самого рождения. После смерти мы вместе защищали путников от нашей мамы. Я научился восстанавливать наш дом, и все было хорошо, но лет восемь назад братик ушел. Он сказал, что отправится в столицу за помощью к одному человеку. Но так и навернулся… Я остался один… Путешественники вроде вас не воспринимали мои слова всерьез, и каждый раз я видел, как они умирали и при этом я не мог помочь им. Стараясь забыть это, я создал фальшивые воспоминания. В них я все еще жив, а мой брат отправился в соседнюю деревню. И только сегодня, вернувшись в это место, я все вспомнил. Простите. Простите за все! — Тебе не за что извиняться, — она прижала его к себе, слегка поглаживая по голове, — Так ты защищал себя. Давай приведи уже себя в порядок. Пока малыш пытался перестать плакать, его ран сами затянулись, а за ними дыры на одежде. Тем временем Виола отнесла тело девушки к могиле своих детей. Из-за стольких лет блужданий от тела девушки остался лишь скелет. Собрав останки вместе, она зарыла их в земле возле таблички. Из большого куска камня она сделала надгробную плиту. Но надпись делать не стала. Уже подойдя к малышу, она отдала ему ржавый кинжал, чтобы он сам выбил эпитафию. — Ну что, ты поняла назначение второго ранга? — спросила девушка, протирая платком дрожащие руки напарницы, — Если перейдешь, то ты будешь делать это каждый раз… Ты перенесла это спокойней других. Молодец. — Пожалуй ты права. Девушка улыбнулась, словно все было в порядке, но у самой руки все продолжали дрожать. Сжав в руках платок, она подошла к малышу. Он уже закончил свою надпись и, сложив руки, зачитал молитву. В своей светлой рубашонке Юнэ напоминал маленького ангела из сказок. Закончив свою молитву, он молча поднялся с колен. Вытерев свои слезы, он развернулся к девушкам. — Теперь мы должны вернуться?.. Вы же останетесь со мной? Ну хоть чуть-чуть? Косо взглянув на малыша, они развернулись и молча пошли из храма. Вернувшись в дом малыша, Камилла первым делом начал обрабатывать раны. Виола долго не хотела, но все же дала ей обработать порезы. Стараясь как-то извиниться, малыш вернул их одежде прежний вид. Это была его особая способность, возвращать всему прежний вид. На рассвете, девочки продолжили свой путь. Перед самым уходом из деревни, малыш попросил подождать его у развалин. Усевшись в тени бывшего дома, они молча сидели, пока Камиллу не замучил один вопрос: — Это странно, но как Юнэ проживет здесь один? — спросила Камилла, оглядывая разрушенную и пустую деревню. — Знаю, что он дух и ему не нужна еда, но как же он сможет жить тут совсем один, даже без матери. — Он скорей всего привык к этому. Не думаю, что он будет одинок. Все же эти леса полны животными и мифическими существами… А подслушивать нехорошо. Виола повернула свою голову к углу дома, из-за которого незаметно выглядывал малыш. В руках он держал пару старых потрепанных книг. — Я вспомнил, что когда еще был жив, одна путешественница оставила эти книги мне на хранение. Она сказала, что они важны в путешествии, но так и не вернулся за ними. Может они вам пригодятся. Виола взяла у него, с виду тяжелые книги и, положив их себе на колени, раскрыла первую. Внутри книга была старая, с пожелтевшими страницами, исписанными непонятной им письменностью и небольшими зарисовками. Дальше в книге было много карт, написанные синими чернилами. Под каждой что-то кратенько подписано о ней. Карты были нарисованы на отдельных листах и приклеивались снизу, что позволяло отгибать их. На же другой стороне тоже находились надписи, но уже на хорошо знакомом её языке. — Юнэ, а можешь описать эту путешественницу? — Конечно… У неё были короткие жемчужные волосы… фиолетовые глаза… а еще она всегда носила плащ, прикрывающий ее голову. Перед уходом рассказывала мне, что направляется в столицу, и когда я подрасту, то могу ей сам их отнести. Но я так и не вырос. — Тогда нам стоит направиться туда, — сказала она, складывая книги в зонт, — Юнэ, так что ты решил, хочешь остаться здесь или пойти с нами? Малыш засомневался. Но как под диктовку ответил: — Да нет, я останусь здесь и дождусь брата. — Хватит врать себе! — разозлилась Виола. Это был первый раз, когда она повысила голос. — Ты же и сам знаешь, что он не вернется. Вы были привязаны к этой деревне как к телу и уйти надолго от него не можете. Вполне возможно, что твой брат вышел из леса и потерял связь, а после и вовсе перестал существовать. Юнэ глядел на неё, еле сдерживая слезы, и про себя все время бубнил: — Нет! Нет! Нет! Ты лжешь! Он скоро вернется сюда! — Ты остался последний, поэтому можешь уже уйти на покой, или же остаться здесь и продолжить жить в иллюзиях. Что ты выберешь? — Ты не права! Он вернется!.. Я больше не хочу тебя видеть! — раскричался он и, расплакавшись, убежал прочь. Увидев, как малыш побежал прочь, Виола вцепилась в платье. Пусть она и говорила так, но ей и самой было тяжело сказать такое ребенку. Даже не имея шанса вмешаться в этот спор, Камилла молча сидела в сторонке. — Камилла, пошли, — покомандовала Виола и пошла прочь. Отправившись по этой дороге, они вышли из леса на луг. Среди высокой травы мелькали маленькие белые цветы. Они все были так похожи, но в тоже время были и совершенно разными. Где-то пять лепестков, где-то три или семь. Остановившись посреди дороги, Камилла обернулась назад и посмотрела на лес, что уже практически исчез из виду. — Зачем же ты так с ним поступила? Остановившись на месте, девушка посмотрела на Камиллу. — Как поступила?.. Ты про ссору?.. А ты так и не поняла. Я дала ему выбор, продолжить жить там и так не почувствовав жизнь, или отправиться с нам. Если бы я не сказала ему про брата, то он бы так и продолжил прикрываться им. На самом деле, он не исчезнет просто так, перед этим он проживет дня три. Надеюсь, мы не уйдем далеко, и за три дня и он сможет нас догнать. — Ты никогда не делаешь что-то просто так. Наверное, и наши ссоры неспроста. — Нет, с тобой я ссорюсь просто так. Это немного расслабляет. Это было немного обидно для неё. Показав Виоле язык, она с обиженным видом пошла вперед. они продолжили идти вперед, но что-то одернуло их. Опустив взгляд, они увидели Юнэ. Он стоял, опустив свой взгляд и прижимая к себе зонт. — Твой зонт. Ты, кажется, говорила, что не можешь ходить без него, так что я решил вернуть его тебе… Зачем ты соврала, что я исчезну, как только выйду из леса? Виола не стала отвечать ему. Забрав зонт, она достала оттуда небольшую стеклянную баночку с крышкой и лентой привязанной на горлышке. Баночка вполне умещалась в руке и была настолько легкой, что можно было носить как брелок. — Это заменит тебе тело. Носи её при себе, и ты сможешь увидеть весь мир, а может и брата найти. Виола потрепала малыша по голове и хотела уже оставить его, но Юнэ вцепился в неё, и не хотел отпускать. — Возьмите меня с собой! Я буду делать все, что захотите, только возьмите! В это время, Камилла подошла к ней. Виола посмотрела на неё, ожидая чего-то, но та просто взяла у малыша из рук баночку, и привязала её к поясу Виолы. — Почему на простые вопросы ты не можешь найти ответа, а разгадать многовековые тайны, то сразу же. Обидела, так старайся исправиться. Виола даже не стала ничего ей отвечать. Перевязав баночку, она открыла её и позвала внутрь. Обрадовавшись, малыш превратился в маленький фиолетовый огонек и забрался внутрь. Смотря на полыхающий огонек, можно было увидеть как он, колыхаясь из стороны в сторону, расплывался по дну. — Кажется, ему там понравилось, — усмехнулась Камилла, выхватив зонт. — Ты не можешь без него ходить. Он такой удобный, или… ты как вампир, боишься света? Подойдя к ней, Виола дала ей подзатыльник и отобрала зонт. — Несмешно. Больше шуток у Камиллы не было, и она молча продолжила путь. По дороге они встретили заселенные лесные деревни. В них жители с радостью принимали даже таких путешественников. От них девушки узнали о главной дороге и пути в столицу. Спустя неделю, они наконец добрались до той самой торговой дороги, откуда было рукой подать до крупного торгового города.