RUN, DARIA, RUN!

— И тогда я заявила Тому, что он просто нагло влез между нами, а ты мне очень дорога; что я долго, почти всегда, была изгоем, аутсайдером и только мне удалось встретить близкого по духу человека, такого же изгоя, и тут появляется он, Том, и… — Как ты меня назвала?! — Джейн смотрит на единственную подругу и любимую девушку очень нехорошим взглядом, прищурившись и уперев руки в бока. Дарья слегка отодвигается от Лейн: — Изгоем… Джейн сердито пыхтит: — Я не изгой! Я одиночка! Была. До встречи с тобой. — Не обижайся… — Я не обижаюсь. И не дуюсь. Просто… Когда я сказала, что у меня нет друзей, что я одиночка, тогда мы с тобой действительно ещё не были по-настоящему дружны. Только познакомились. — И когда произошло это знаменательное событие? Вы стали настоящими друзьями? — Квин отрывается от книги. Она постепенно стала такой же заучкой, как старшая сестра. Джейн пожимает плечами: — Не знаю… Как-то само собой… — Когда появился Том и я поняла, что могу потерять Джейн, — Дарья замолкает, задумчиво покусывает ноготь, решительно встряхивает головой. — Нет. Когда Джейн стала профессионально заниматься бегом и я… — Стала медленно сходить с ума, — продолжила за сестру Квин. — От одиночества. Ходила по дому, как привидение. — Не сходила я с ума! — возмутилась Дарья. — Ага. — насмешливо фыркает Квин. — Разговаривала сама с собой. Вслух. У меня даже мороз по коже был от этого зрелища… — Наше объяснение в «Дзен». Окончательное примирение. Когда мы поняли, что наша дружба важнее всего, — Джейн ухмыляется. — И я решила, что лучше уступить Тома, раз он тебе так понравился. — Угу. А потом и я его бросила. Не повезло мальчику с нами. — с притворным сожалением вздыхает Дарья. … Подготовка к последнему выступлению «Спирали» вдруг превратилось в серьёзное мероприятие. Квин порывалась переодеть Джейн с Дарьей. Обе вяло сопротивлялись, но от посещения торгового центра было не отвертеться — тем более, что у Дарьи не было инструмента. — Папа наступил на мою флейту. Случайно, — объяснила Дарья для Джейн. — Случайно? — насмешливо приподняла бровь Квин. — Ну… Почти. Так что в самом начале подруги и Квин со Стэйси заглянули в музыкальный магазин, потом уже занялись костюмом для Дарьи и обувью. Стэйси удивила — оказалось и она неплохо умеет играть на гитаре. И на ударных. Прошли мимо зоомагазина — канарейки всё также звонко свистели, щебетали и свиристели в большой клетке. Владелец был всё тот же — только теперь перевязана была рука. Удав боа всё также дремал в своём террариуме — желающих приобрести его не нашлось. Прошли мимо магазинчика «Мир орехов» — Джейн ностальгически улыбнулась. — Что? — Квин удивлённо покосилась на «невестку». — А это ведь я позвонила тогда Хелен… — улыбается Джейн. — Ты меня ревновала даже к орехам?! — Дарья в лёгком шоке смотрит на любимую. — Угу. Ты слишком втянулась в эту работу, — пожимает Джейн плечами, — а мне стало тебя сильно не хватать… — А Кевина приревновала Бритни… К клиенткам, — припоминает Дарья. — Вот, — констатирует Квин. — Вы уже тогда были парой. Всё делали вместе. И не хотели обе, чтобы кто-то или что-то этому мешало. Даже работа. — Ага. И наверное, если бы не Дарья, я бы поддалась на уговоры Эллисон и дала затащить себя в постель… — говорит Джейн. Дарья хмурится — не любит вспоминать ту историю. — Это кто? — спрашивает Квин. — Девушка, которая пыталась соблазнить Джейн в лагере художников, — поясняет Дарья для сестры. — Помяни чёрта… — выдыхает Джейн. Дарья с интересом разглядывает невысокую брюнетку с длинными, почти до пояса, волосами. Та тоже разглядывает Дарью с не меньшим любопытством, а её спутница почему-то смущается при виде Квин. — Привет, Эллисон, — сухо роняет Джейн. Она не пришла в великий восторг от встречи с бывшей подругой и от того, как Эллисон разглядывает Дарью. Оценивающе и насмешливо. Мол, что это у нас тут за птица? — Привет, Линди, — говорит Квин подружке Эллисон. — Привет… — Привет, Джейн, — Эллисон не реагирует на холодный тон Джейн. — Дарья Эллисон. Эллисон Дарья. А это у нас Стэйси. Подруга Квин, — у Джейн выходит очень церемонно. — Наслышана…- ухмыляется Дарья. — А это моя подруга Линди, — говорит Эллисон. Джейн пристально смотрит на Эллисон. Та становится очень серьёзной: — С ней всё по-настоящему, Джейн. А ты… — Как бы мне не хотелось это отрицать, но ты угадала. — Вздыхает Джейн. — Но только с Дарьей. — Ладно. Нам пора. Пока. — Эллисон берёт Линди за руку. — Пока. — Джейн выдыхает с заметным облегчением. … — Откуда ты знаешь подружку Эллисон, Квин? — интересуется Джейн. — Мы вместе работали в ресторане, когда я отрабатывала долг по кредитке родителям, — говорит Квин. — А, — припоминает Дарья. — Это та самая девушка с проблемой? — Да, — кивает Квин. — Но, кажется, главной проблемой была я… — То есть? — спрашивает Джейн. — Я была ещё несовершеннолетней, а Линди испытывала ко мне не совсем те чувства… Вот и сбегала от меня и пила. — поясняет Квин со вздохом. — Кажется, я тоже очень ревнивая, — задумчиво произносит Стэйси. — Не беспокойся, — улыбается Джейн. — Эллисон своего из рук не упустит. … Как внезапно обнаружилось — Дарья знает ноты! И она взялась отредактировать некоторые «вирши» Трента — те, которые ещё было возможно отредактировать. Так что первым делом Дарья вручила старшему брату Джейн тонкую пачку листов. — Это всё? — удивлённо приподнял брови Трент. — Остальные были… слишком хороши, — Дарья старалась не смотреть «поэту» в глаза. — Я так безнадёжен? — Ну… Не Байрон, конечно, но… Всё не так страшно… — Значит, я правильно сделал, что решил сменить карьеру. — Я на это надеюсь… Лучше уж плохой поэт, чем дрянной политик.