Пятый кофе

В первый раз Широ его видит, когда он стоит рядом с Лэнсом и чувствует себя явно не в своей тарелке. Молчит, засунув руки в карманы потёртых джинс, рассматривает небольшое помещение кофейни, пастельное, книжное, деревянное, иногда хмурит брови и переминается с ноги на ногу. А ещё вот он просто тут стоит, и Широ кажется, что никого более неземного он ещё не видел в своей жизни. – О, напиши "причина твоего залёта" или "твоя киска в..." – Даже не думай заканчивать это предложение, – говорит Широ, отвлекаясь от парня. – Тогда как обычно, – поникает Лэнс, но, видимо, ненадолго. "Красопета" – пишет Широ на стакане и идет делать мокко. Он пропускает мимо ушей болтовню Лэнса и старается сильно не рассматривать парня, который непонятно что вообще забыл тут, забыл рядом с Лэнсом и вообще забыл в этом мире, среди простых смертных. Широ вообще не склонен к патетике, но хоть кто-то, эй, вы видите этого парня? Он выглядит так, словно люди должны подходить к нему и благодарить за то, что их глаза узрели сегодня кого-то настолько прекрасного. Широ думает об этом и прикусывает щёку изнутри. Бред какой-то. Лэнс даже не думает представлять своего знакомого. Широ ставит стакан с мокко, "красопетой" и коротко говорит "вот". Лэнс довольно улюлюкает, берёт стакан, говорит "погнали", и они уходят. Парень с хвостиком на затылке даже не оборачивается. Через день Широ нескромно спрашивает у Лэнса, что это был за парень и почему Широ его раньше не видел. Почему он теперь жить спокойно не может, он не спросил потому, что Лэнс вряд ли в курсе, и… ну, это же Лэнс. Только непонятно, почему он сам отмалчивался. В итоге, Широ узнал, что Кит - так звали парня - одногруппник Лэнса и что он настолько не отсвечивающий, что Лэнс как-то и не подумал. Они между собой неплохо общались, хоть Кит и жаловался на то, что Лэнс слишком шумный и социально активный. – Он слегка… – Лэнс обвел глазами кофейню, пожевывая свою трубочку. – Ну, слегка на своей волне. – Чего ж вы общаетесь? – с сомнением спросил Широ. Он всё ещё искренне не понимал этого. С одной стороны… ну, Широ бы пообщался, но по очевидным соображениям. Но Лэнс как-то восторженно о Ките не отзывался, потому что: "Ты о каком парне? ААА, о Ките! Да так, одногруппник". Забыл. Хотя он мог просто… не говорить? Но Широ снова возвращался к пункту один: "Это же Лэнс". – Да не то чтобы мы прям общаемся. Так... нас поставили в пару для лабораторных работ и... ну, он реально шарит, и, думаю, мы просто сработались, – пожимает плечами Лэнс. Широ пропускает момент, когда его сомнения отражаются на его лице. – Если тебе рил интересно!.. – начинает Лэнс. – В последней работе мы высчитали скорость... Широ не интересно. Зато он начинает охотно верить, что Лэнс не заинтересован так, как заинтересован он сам. Когда Лэнс заканчивает вещание, он слегла непонимающе хмурится, мол, "а тебе-то чё до Когане", и спрашивает потом: – А тебе-то чё до Когане? Широ ведёт плечом, мол, ничего, вообще ничего, просто спросил, поинтересовался, просто, вот. Лэнс щурится, и видно, что он нифига не верит ему. – Понятно, – кивает он, и Широ знает, ему действительно понятно. – Он вообще слегка социально неловкий, словно в пещере рос, иногда может скалиться. Могу дать его номер, но вряд ли он ответит. – Лэнс, – выдыхает Широ, – ты не суетись, ок? – Да ваще без вопросиков, чувак, я просто сказал! – Всё, вали, – говорит Широ, – у меня смена через пять минут. Лэнс забирает свой стакан с "причина твоего залёта" (господи, Ханк безотказный малый, напишет всё) и жеванной трубочкой, машет и уходит. Спустя неделю Широ всерьёз задумался просить у Лэнса номер или как-то ещё его подсуетить. Мысли так-то были дикие, но Широ не отпускало, и он начинал конкретно отчаиваться. В среду смена у Широ начиналась чертовски рано. По утрам вообще мало кто заглядывал, а все студенты дохаживали после первой пары. Перед парами приходили самые отважные или, как правило, самые сонные. Широ заметил Кита с прилавка, пока сам потягивал кофе, чтобы хоть немного прийти в бодрое состояние. Тот стоял рядом с кофейней, руки в карманах, чуть лохматый, растерянный и такой красивый, что Широ вмиг взбодрился на все двести процентов. Кит смотрит в окно, пытается что-то рассмотреть, и это выглядит просто незаконно мило, а Широ знает, что окна у них отсвечивающие, и гирлянда их желтых лампочек висит по всему периметру окон, у Кита ничего не получится разглядеть. Он тянет руку, чтобы уже наконец открыть дверь, но останавливается, кусает губы и отходит на шаг назад. Широ понимает, что Кит читает надпись на двери. Кофейня работает с восьми утра, но все, кто сюда ходит, знают, что и пораньше тут всегда кто-то есть. Кит этого не мог знать. На часах 7:47, и Широ видит, как Кит делает ещё шаг в сторону, разворачивается и уходит. Кит уходит, а Широ не может ему позволить это сделать. Он быстренько выходит из-за прилавка и выходит из кафе, и видит удаляющуюся спину парня. – Эй! – окликает он и понимает, что ничего умнее придумать не мог. Парень оборачивается, смотрит на Широ слегка удивленно, непонимающе, и тот думает, что... ничего он не думает, он вообще забывает английскую речь. Кит видит попытки Широ сказать хоть что-то и вопросительно приподнимает брови. Широ берёт себя в руки и спрашивает: – Кофе? Кит с секунды три стоит задумавшись, начинает рассматривать свои кеды, потом едва заметно кивает, всё ещё не поднимая глаз, и идет обратно в кофейню. – Рано ты, – говорит Широ, который дал себе леща, собрался и вновь обрел способность говорить. – Я… – Кит мнется, и Широ понимает, что тот избегает зрительного контакта, – я не ложился. – Вот как… Капучино? Кит угукает и явно не знает, куда себя деть. – Ты можешь присесть, – предлагает Широ. Кит осматривается и занимает место около окна и ближе всего к стойке. Широ молча делает кофе, чувствует себя немного неловко из-за этого молчания, но без понятия, что ему сказать. Ну, кроме того, что ангелы на небесах плачут от его красоты, а он, видимо, и не в курсе. Но говорить это Широ пока не рисковал. Он ставит перед Китом чашку, тот бурчит "спасибо" и кладёт на нее пальцы, видимо, грея их. На улице накрапывает мелкий и мерзкий дождь. А внутри тепло, пахнет сладким и выпечкой, немного деревом, и тут так просто уснуть, когда на улице 8 утра, туман ещё не сошел, и самое лучшее сейчас – это сидеть здесь и пить горячий кофе. – Если что, тут всегда открыто уже в половину восьмого, и если тебе вдруг нужно будет заглянуть перед парами, то или я, или Ханк всегда будем на месте, – Широ улыбается, ну, пытается быть не слишком "дружелюбным", но и не слишком "дежурно", вряд ли Кит оценит эти потуги. Он вскидывает на него глаза и тяжело вздыхает. Широ хочется сказать "ладно, отстаю" и уйти, но это будет непрофессионально, и он ещё раз, на этот раз уже "дежурно", улыбается и уходит за прилавок допивать свой холодный кофе. Такой же холодный, как сердце Кита, думает он про себя и матерится. В кафе заходит ещё парочка студентов, заказывают кофе навынос и ждут у прилавка, о чем-то переговариваясь. Потом приходит Аллура, как ураган, быстро и суетно. Дает Широ бланк поставок на неделю, проверяет кухню, холодильник, сроки годности молока и сливок, проверяет графики уборки, фартук Широ, говорит, что он чудо и Ханк, конечно же, тоже, что они прекрасно справляются и без управляющего, ну, в смысле без неё. С Аллурой в кафе слишком много движения и голоса. Когда она уходит, становится опять тихо, студенты уходят, и Широ замечает, что и Кит уже ушел, а он и не заметил. Под чашкой только лежат деньги за кофе. *** Широ видит, как Кит расплачивается за свой кофе Ханку. Сейчас Широ просто рядом ошивается и больше работает на кухне, но вышел он удачно. Кит был чем-то явно расстроен. Или это просто Кит? Широ приветливо кивает ему, вообще-то он кивает всем, кого видит тут часто и помнит в лицо, так что Кит вот тут нифига не особенный. Хватит ему особенности и в других сферах жизни Широ. Кит бросает на него короткий взгляд своих огромных черных глаз, и Широ своей душой и телом готов поклясться, что он слегка покраснел. – Как ваше имя? – добродушно спрашивает Ханк, открывая маркер. Кит выходит из стушеванного состояния и говорит: – Кит Когане, – он слегка хмурит брови и явно не понимает, почему это у него спрашивают. А Ханк не понимает, почему ему так отвечают. – Так и писать? – переспрашивает он, стараясь скрыть свой затуп, но не может. – Ханк, – Широ успокаивающе кладёт руку на плечо другу, – пиши просто Кит. Ханк не может перестать тупить, Кит не может перестать алеть, а Широ не может перестать смотреть на него. *** Лэнс приходит после первой пары. С Китом. И Широ предчувствует, что ничем хорошим это не закончится. – Я привел его к тебе! – с порога заявляет Лэнс во всеуслышание. Широ медленно поднимает голову, чтобы пронзительно посмотреть в бесстыжие глаза того, кого он называл другом! Даром, что людей пока ещё немного, а те, кто есть, особо не реагируют. Как бы там ни было. Только Широ собирается мягко намекнуть Лэнсу, что он не прав (пусть даже если он тысячу раз прав), как... – Лэнс, закрой, блять, свой долбаный рот! – звонко отчеканивает Кит, который стоит за Лэнсом и воинственно хмурится. В первый раз Широ слышит его настолько громко, четко и красноречиво. Очередной раз Широ убеждается, насколько бесперспективно он сражен Китом. – Не шумите, пожалуйста, – говорит Широ, чтобы они, во-первых, не устроили тут словесную потасовку, и во-вторых, чтобы не пришлось отвечать на реплики вышеизложенные. – Все набросились на бедного Лэнса, а он как лучше хочет! – запричитал сам Лэнс, а Кит просто прикрыл глаза и потёр пальцами переносицу, опять наверняка делая глубокий вдох. – Лэнс, ты будешь что-то заказывать? – спрашивает наконец Широ. – Да! – весело заявляет парень, словно не он – причина сгоревших нервов у двух человек в этом помещении, – что прикольненького предложишь сегодня? –Раф с лавандой, ещё можно с мятой, сакурой и ягодами бузины. – С лавандой! – резво соглашается Лэнс, его глаза практически маниакально сияют, и Широ не хочет знать, в чем причина. – Один раф с лавандой для тебя, – говорит Широ и пробивает заказ на кассе. – Бери уже два, – закатывает глаза Кит. Широ с ужасом осознает, что Кит-то в курсе. Ничего себе, у них уже общие секретки, хотя, зная Лэнса, он наверно просто всю инфу сливает тому, с кем больше всего проводит время. – Так два или один? – переспрашивает Широ. – Я хочу подкатить к одному преподу, – начинает вещать Лэнс, и Широ позволяет ему это, во-первых, потому, что за ними нет очереди (Кит может и постоять, а Широ может полюбоваться), а во-вторых, потому, что эй, Широ тоже хочет знать на самом деле! – Я наверняка знаю, что он подкатывабельный, и что он… ну, оценит кофе с лавандой. Подкатывать с кофе – это же нормально? – Не знаю, но кофе он обязан оценить. И твой жест. – Ты просто хочешь продать мне два рафа, – отвечает Лэнс и махает рукой. – Давай два. И не подписывай. – Два лавандовых рафа для тебя, – улыбается Широ немного издевательски. – Я выдвину тебе счет, если не выгорит, – говорит Лэнс и рассчитывается. Широ делает два рафа, ставит их в подставку и подвигает Лэнсу. Лэнс отходит, и Кит коротко просит капучино навынос. – Что-нибудь написать? – спрашивает Широ. – Напиши свой номер, – говорит Лэнс, и Широ раздраженно зыркает на него. – Просто Кит, – говорит Кит. – Хорошо, – улыбается Широ, и так аккуратно он имена на стаканах ещё не выводил. *** Кит приходит через день опять рано утром. В кафе совсем никого, он заказывает у Широ капучино, садится на своё привычное место и, пока Широ делает кофе, засыпает, привалившись к углу диванчика. Широ улыбается, берёт плед, которые лежат по всей кофейне, осень всё-таки, и накрывает его. Кофе он не отдает, потому что он может остыть, пока Кит опять вернется в эфир. Они даже не общались нормально, и Широ совершенно о нём ничего не знает, кроме имени и проблем с общением, но его всё равно переполняет иррациональное тепло от того, как сейчас выглядит Кит, и кажется, что они давным-давно знакомы. Кажется, что Кит такой социально неловкий, с проблемами контроля гнева, с алеющими скулами, звонким голосом, что он такой для него, для Широ. Но он совершенно ничего не может сделать с этим, потому что он совсем не знает Кита, а Кит не знает его. Через 40 минут, когда в кофейне появляются первые люди, а запах свежего кофе и ванильного сиропа уже достаточно заполнил помещение, когда Ханк на кухне поставил в печь круассаны, Кит просыпается, выпрямляется, плед падает с его плеч, он рассеяно оглядывается, моргает и натыкается взглядом на Широ, и в его глазах читается намёк на панику. – Черт, – глухим со сна голосом говорит он и начинается суетиться и что-то искать, – на сколько я отключился? – Где-то минут на сорок, – отвечает Широ и не может перестать улыбаться, глядя на такого Кита, – не переживай, я тебе сделаю сейчас кофе, чтобы горячий был. – Извините, – говорит Кит, – что заснул тут. – Ерунда, – говорит Широ. –Я… я это иногда не контролирую. – Тебе нужно больше спать, – говорит Широ, не очень понимая, зачем, ведь он без понятия, нужна ли Киту его забота. – Нужно, – вяло соглашается Кит. Когда Широ ставит перед ним кофе, Кит кивает и делает один глоток, после облизывает губы от пенки и оставляет пальцы на чашке. – Вкусно, – негромко говорит он. – Рад, – говорит Широ, перекладывая десерты с места на место и тайно наблюдая. – Лэнс смог, – говорит Кит, – ну, с преподом... у вас и правда вкусный кофе. – Ох, и даже не сказал спасибо, засранец, – усмехается Широ. – Ему сейчас не до этого, – говорит Кит, – но мне нравится приходить сюда и одному. Широ чуть не роняет блюдце с клубничным тартом, а Кит прячет глаза. На следующий день Кит приходит под самое закрытие. И он определённо знает, что уже сильно опоздал. – Привет? – неуверенно говорит Кит и выглядит так, будто в эту самую секунду готов отсюда убежать и пришел вообще против своей воли. – Привет, – улыбается Широ, – прости, мой рабочий день закончен. Не могу уже обслужить тебя. Кит кусает губы и смотрит в пол. – Так что мне придется только угостить тебя. Кит вскидывает на него взгляд, и его губы изгибаются в намёке на улыбку. – Лавандовый раф? Кит улыбается ещё шире, и если бы Широ не влюбился в него тогда, когда он впервые переступил порог этой кофейни, то он сделал бы это прямо сейчас.