Первая битва за власть — в номере.
27 апреля 2025 г., 18:28
Он завёл меня в номер гостиницы.
Нет, не завёл — затащил, как хищник свою добычу, но с той странной нежностью, которая пугает сильнее, чем любая агрессия.
Дверь хлопнула за моей спиной.
И началась настоящая битва.
Он потянулся ко мне — я увернулся.
Он схватил меня за запястье — я крутанулся, освобождаясь.
Каждое движение было борьбой: кто кого перехитрит, кто окажется сверху.
Я бросился вперёд, сбивая его с равновесия.
Он застонал, крепко удерживая меня, перехватывая обе руки за спиной.
— Упрямый, — выдохнул он мне в ухо.
Я только ухмыльнулся.
— Ты тоже не сахар, красавчик.
Он прижал меня к стене, наши тела соприкоснулись: твёрдое к твёрдому, пульсирующее к пульсирующему.
Я ощущал его дыхание на своей шее, и меня трясло — от злости, от возбуждения, от абсурдности всей ситуации.
— Сдашься? — спросил он низко.
Я вскинул голову, наши лбы почти соприкоснулись.
— Ни за что.
Он оскалился.
И в следующий миг резко дернул мои руки вверх, имитируя связывание.
Я дернулся, но его хватка была железной.
Меня пронзил странный трепет: злость, унижение… и жгучее желание.
Он медленно скользнул губами по моей щеке, к уху.
— Ты весь дрожишь. Заводишься от власти, малыш? — шепнул он, осыпая кожу горячими поцелуями.
Я сжал кулаки.
— Да пошёл ты…
Но мои бёдра сами подались к нему.
Он засмеялся, зарываясь лицом в мой затылок.
— Сопротивляйся сколько хочешь.
— Я всё равно тебя возьму.
И чёрт возьми, это прозвучало не как угроза.
Это прозвучало как обещание.
Я вздрогнул в его руках, ощущая, как тело само сдаётся там, где разум отчаянно бунтует.