Cemetery Smile

Кладбище. Место встречи живых и мёртвых. Мне всегда было интересно, кто-нибудь ходил сюда именно для встречи со своими родственниками, а не для того, чтобы оплакивать и разводить слёзы над могилкой своей двоюродной тётушки, которая умерла по неосторожности? Вряд ли какой-нибудь умник задумывался насчёт того, что здесь можно поговорить с каким-нибудь неудавшимся писателем или учёным. Ради совета. Ради информации. Почему здесь так мало живых и так много мёртвых. Иногда память – это единственное, что у нас есть. Я стою над могилой девушки, с которой знаком с первого класса. Линдси Баллато – моя бывшая девушка, которая погибла в день нашей несостоявшейся свадьбы. Почему я не чувствую грусти или жалости к ней? Потому что теперь это лишь закопанный мешок костей, который разлагается на глубине земной коры. Вчера были её похороны, которые я не хотел посещать. Толпа, одетая в чёрное по воле случая. И она одетая в платье, что я так ненавижу. Я всегда в чёрном. Для меня каждый день – похороны. - Эй, парень! – а вот и охранник, не заставил себя долго ждать. - Что? – не хочу видеть его напыщенное лицо. Его работа – не пускать людей к разговору с умершими. - Уже поздно, иди-ка ты домой, - его голос смягчился. Неужели, чтобы я его услышал, нужно повышать тональность голосовых связок? Я усмехнулся, глядя на чёрно-белое фото улыбающейся девушки и, развернувшись на пятках, направился прочь с места встречи. Места встречи живых и мёртвых. На фото она улыбалась. Интересно, а она улыбается там на глубине? - Джерард? – меня передёрнуло от неожиданности, но я-таки поднял голову, дабы увидеть, видимо, знакомого, - Джерард, это ты? - Здравствуй, - я убрал жирную от грязи чёлку за ухо и скинул капюшон с головы. - П… привет, - почему он заикается? Что со мной не так? - Что-то случилось? – вопрос, на который я не хочу слышать ответа. Я не люблю говорить с живыми, ведь даже моя невеста была мертва внутри. - Я тебя искал, мне очень… да к чёрту, мне не жаль тебя, я тебя слишком хорошо знаю, - что это за человек? Почему я никогда не видел его? Почему он так улыбается? - Кто ты такой? – я нахмурился и убрал руки в карманы, почувствовав несколько тяжёлых капель на прядях своих волос. Сейчас будет дождь. - Ты что совсем свихнулся со своей семейкой? Это я, Фрэнк, твой лучший школьный друг, помнишь? – он вновь улыбнулся, от чего у меня мурашки по коже пробежали. Он пугает меня, почему он улыбается? - Вспомнил, - коротко заключил я, хоть это и ложь. Как мог я забыть своего друга? Я не общаюсь с живыми, а ты через чур живой. - Я скучаю по тем денькам, было весело, - он тоже снял капюшон и подставил исхудавшее лицо под режущие кристаллы. Я даже стал ждать момента, когда пойдёт кровь, настолько хрупким он выглядит. - Весело? Скучаешь? – я непонимающе глянул на него. Я не помню, что было. Я всё забыл. - Ой, не говори только, что не помнишь, как мы с тобой пробирались на крыши небоскрёбов во время поездки в Нью Йорк. Или как мы разукрасили лицо того наркодиллера? Правда, не помнишь? – я лишь отрицательно мотнул головой и сделал шаг в сторону. - Мне пора. Я опаздываю, - почему я вру ему? Почему он такой пугающий? Почему он улыбается? - Нет, не опаздываешь, пойдём со мной, - он схватил меня под руку от чего я снова дёрнулся. Хватит быть таким пугающим. Прекрати улыбаться.

***

- Бакс! – почему он повышает тон голосовых связок? Почему он держит дома собаку? Почему он улыбается ей? – Бакси, привет, я вернулся. - Это твой пёс? – я присел так же, как и мой знакомый на корточки и протянул пальцы к гладкой чёрной шерсти животного, - Он красивый, - я дотронулся за его ухом и… Бакс? Да, он подался навстречу моей ладони. - Да, очень красивый. А где Майки? – он выпрямился, а я остался играть в гляделки с его питомцем. - Майки… он в Нью Йорке. Работает в какой-то фирме айти-специалистом, - на самом деле, я не слышал о своём брате около двух лет. - Круто! Я всегда знал, что его ждёт отличное будущее. Будешь кофе? – он направился в сторону, как я понял кухни. Почему он до сих пор улыбается? Почему он помнит веселье? Почему я не помню этого человека? - Да, конечно… Фрэнк, - я присел на один из барных стульев и осмотрел не самую дорогую, но уютную кухню. Тут много тёмных цветов, в основном кофейный и иссиня-чёрный.

***

Прошло около двух месяцев. С тех пор я не видел своего бывшего лучшего друга, однако, я чувствую некую тоску. Когда я научился чувствовать? Почему он улыбался мне? Почему я его не помню? Весна прошла, наступил июнь. Наступила жуткая жара, и я впервые за две недели сходил в душ. Оказывается, у меня мягкие волосы. Волосы, которые две недели назад я отрезал и перекрасил в пепельно-белый. Оказывается, у меня красивое лицо. Я всегда был пухлым и никому не нравился. Оказывается, у меня было всего три друга за всю жизнь – Майки, Линдси и тот, кого я забыл. Его зовут Фрэнк. Какая у него фамилия? Почему я тоскую? Я скучаю по нему? Я скучаю по дням, когда нам было весело? - Ты! – глаза чуть не выпали из орбит, а рот как-то машинально открылся, когда я увидел на пороге своего магазина комиксов того парня. Того, по которому я скучаю? - Привет, Джерард, - он снова улыбнулся и протянул мне руку, которую я с опаской, но пожал. - Здравствуй, Фрэнк, - я окинул свой прилавок кротким взглядом. Мои комиксы, которые никому не нужны. Ничего страшного, люди боятся что-то брать у мёртвых. - Ты автор? – он держит в руках моё творение, а я хочу выбить это из его рук. Я не хочу, чтобы он отравился этой пустотой. Ты живой. Ты через чур живой, тебе не нужно быть пустым, положи! Не покупай! - Да, я, - почему я боюсь его? Почему я позволяю ему заменить пустотой жизнь? - Значит, я это куплю, - он улыбнулся и положил комикс в свой портфель. - Я не возьму с тебя денег, Фрэнк, - я обречённо опустил голову, сжимая пальцами край прилавка. Останови его. Ты мёртв, а он жив, он не должен видеть это. Это творение для того света. - Тогда, я вновь обязан угостить тебя кофе. Зайду за тобой, когда закончится твоя смена, - он снова улыбнулся и помахал мне на прощание. - Стой! Я могу и сейчас закрыть магазин, - я выхватил из кармана ключи и, схватив джинсовку, потянул Фрэнка к выходу из места встречи. Моего личного места встречи. Я закрыл двери и, обернулся, наткнувшись на палящее солнце, - Вот чёрт, - я начал морщиться, закрываясь руками от этого ужаса. - Джи, ты так не любишь солнце? – он подставился прямому излучению, которое может его сжечь. Я не могу допустить, чтобы на его хрупком исхудавшем лице появилась кровь. - Пойдём отсюда, ненавижу загар, - почему я не говорю то, что думаю? Никто меня не поймёт. Он слишком живой, чтобы говорить с мёртвыми, так почему он улыбается? - Я помню, ведь твоя «Идеально бледная кожа недостойна такой ужасной участи как загар». Ты так раньше говорил, помнишь? – не помню. Я отрицательно мотнул головой и наткнулся взглядом на вывеску Старбакса. Там всегда кондиционер и тень, а ещё отличный кофе. - Пошли туда, - я указал на заведение и повёл туда своего бывшего лучшего друга, которого не помню. - Пошли, - улыбка. Улыбка, которая меня пугает. Я боюсь её убрать…

***

- Она вскрыла вены, я нашёл её в ванной на полу, - с лёгкой ухмылкой рассказал я ему историю о своей бывшей невесте. Я отпустил воспоминания, которые были фальшивыми, чтобы наполнить их настоящими. - Знаешь, я никогда не любил Линдси, - я непонимающе глянул на него, кажется, он заметил, - В смысле… на это были свои причины. - Я сам не любил Линдси. Она это знала, поэтому, решила помочь мне с этой проблемой, - кажется, теперь я его напугал. - Ты так просто к этому относишься. Джерард, ты любил когда-нибудь? – он снова улыбается. Кажется, он не такой живой, каким кажется, я вижу, его волнение. Почему он переживает? - Я не помню. Ты знаешь обо мне больше, чем я. Ты… ты можешь помочь мне вспомнить прошлое? – я прошу поделиться жизнью, чтобы перестать быть мёртвым? Я прошу поделиться, но в нём будет пустота. Я не хочу забирать часть его жизни, ведь мне так… так нравится, что он улыбается. - Да, конечно…

***

Почему мы здесь? Почему мы прилетели в Нью Йорк и стоим на небоскрёбе? - Что мы тут делаем? – спросил я, сев рядом с Фрэнком на краю крыши. - Это тот отель, в котором мы жили, когда ездили на экскурсии сюда. Каждую ночь мы сбегали на крышу и смотрели на город. Ты любил, Джерард. Ты любил этот вид, ты любил смотреть вниз и представлять себя каким-то супергероем, а мне приходилось тебя тащить в безопасное место. Мы называли это «Путь вниз». Вниз от проблем, вниз от жизни взаперти, вниз от стереотипов, - он говорит так, словно что-то скрывает. Почему он не говорит мне всего? Я не хочу испытывать «Путь вниз», я хочу, чтобы улыбка сияла вечно. Расскажи мне всё, Фрэнк. Почему ты замолчал? - Это ведь не всё. Я хочу вспомнить всё. Я хочу вспомнить тебя, Фрэнк! Расскажи мне всё! – я сказал… я сказал то, о чём подумал? Он меня не поймёт. Он не такой, он живой, он не поймёт. - Ты любил. Ты любил Нью Йорк. Ты любил наши посиделки тут. И меня ты тоже любил, - Нью Йорк. Путь Вниз. Мы называли так не падение с высоты. Мы называли так смерть. Ты мёртв, Фрэнк. Ты умер, когда я пропал. Ты умер, когда я потерял память из-за того, что я попал в аварию, разломив ворота кладбища. Так почему ты улыбаешься мне? Почему ты делаешь вид, что ты на этом свете? Я помню все те поцелуи, которые давали мне сил на каждый будущий день. Я помню, что мы были живыми, пока я не разрушил ворота в место встречи. Я помню, как я украл улыбку с твоего лица, так почему ты простил меня? - Фрэнк, я не хотел причинять тебе боль. Я не хотел забирать твою жизнь. Прости, что я отправил тебя «Вниз», - я вновь посмотрел на него, но он всё также улыбался. - Я нашёл тебя. Ты ведь понимаешь, что каждый день смотреть в дуло пистолета и бояться выстрелить, пока не нашёл того, кого искал с момента смерти – это словно ночной кошмар наяву. Я каждый день писал тексты. Тексты, от который любой подросток уже давно бы вскрыл вены. Я пел песни, но понимал, что эти песни подходят только тебе. Я скучаю по тебе, Джерард. Каждый день я думал, что ты погиб там, но потом я встретил твоего брата. Он сказал, что ты вполне себе жив, хотя я так не думаю. Майки сообщил, где тебя найти. Я нашёл. Наконец перестал умирать, наконец перестал лгать. И я наконец могу дать тебе то, чего ты заслужил, Джи. Жизнь, - я всё это время лишь рассматривал его исхудавшее лицо, которое перестало быть хрупким. Я вспомнил его. Это тот, кто подарил мне жизнь сегодня. Спас меня от вечных разговоров на месте встречи. И это действие, которое подарит мне сил на будущий день. Любил ли я когда-нибудь? Я любил человека, у которого боялся украсть улыбку. Который простил меня. Который был мёртвым, но подарил мне жизнь. Спасибо тебе, Фрэнк Айеро.