Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами

      — Спасите! Убивают!!! — донесся до меня оглушительный ор, сопровожденный небольшим взрывом. Из появившейся в стене дыры выглянула Саша, со всех ног бегущая прочь и собирающая остатки Храбрости в ноги, чтобы бежать быстрее. Я проводила ее офигевшим взглядом.       Вслед за рыжим демоном появилась Андайн, держащая тарелку с чем-то подозрительно напоминающим помесь желе и супа.       — А ну стой, мелочь! Стоять, кому сказала! Ты будешь есть мой борщ или я впихну его в тебя силой!       Она с дьявольским хохотом побежала за скрывшейся в дверном проеме Горлач. Лишь через несколько секунд в завершение появилась Альфис в своем белом халате, запыхавшаяся и уставшая.       — Ан-андайн! Х-хлорид натрия должен быть чистым, чтобы его использовать, как соль!       — Он чистый, — заметил появившийся рядом Санс в картонной маске Анубиса. — Она его мыла в раковине.       Прошло почти две недели с момента, как Фриск прошла через Барьер. Как бы мы с Сашей ни хотели пройти вместе с ней, магическая стена просто обожгла нас и отбросила на несколько шагов назад — мы не смогли покинуть Подземелье без душ монстров.       Когда члены Королевской гвардии во главе с Андайн и простые жители Столицы увидели нас, они хотели напасть на нас, однако многие выступили против. Догамий и Догаресса заявили, что мы просто потерявшиеся щенки и убивать нас нельзя, Догго сказал, что ему слишком понравилось, когда его гладили, а Большой Пес… он просто тяфкнул и принес нам мячик, который мы бросили ему еще в Сноудине и случайно сбросили с холма.       Затем появилась Ториэль, после чего нам пришлось очень долго объяснять молодым монстрам, кто она такая и почему может отдавать приказы. Таким образом, наши души все же остались у нас.       Кстати, о душах. Во снах мне больше не приходила Мика, как и Саша больше не получала ни одного знака от Джейсона или других душ. Увы, души людей действительно исчезли без следа. Впрочем, тосковать нам было некогда — мы все свое время посвящали помощи Ториэль и Альфис. Монстры, с которыми мы не успели подружиться раньше, теперь весело улыбались нам и здоровались при встрече. Эта жизнь мне по-настоящему нравилась.       — Ладно, избранный, рожденный на рассвете седьмого часа седьмого июля… — эпично сказала я. — Где же маска твоя, что исторгает золотые слезы?       «Poker face» на лице Санса заставил мои несчастные лицевые мышцы жалобно заныть от улыбки.       — Будем считать, что я понимаю, что за золотые слезы, — пожал плечами скелет, возвращая на лицо улыбку. — Хотя я все равно считаю, что легче превратить кость в зубочистку, чем понять эту вашу…       — Обитель Анубиса.       — Именно ее.       Внезапно в дверном проеме показалась голова Андайн.       — О, а вы не голодны? Я борщ приготовила!       — Я не откажусь от супчика, — пожал плечами Санс. — И Аня тоже.       Вот же падла, мстит за то, что мы заставили его весь день ходить в подаренной нами маске вместе с Сашей, кричащей, что уже десять часов и она хочет слышать, как падает булавка (по пути она и вправду рассыпала булавки, в результате чего получила крепкий подзатыльник от новой королевы). Ему-то повезло, у него желудка нет…       Сработал инстинкт самосохранения (а точнее, сохранения желудка), и я, прихватив ноутбук, подобно пауку поползла на потолок, где у меня уже было уютное подобие гамака. Отсюда открывался неплохой вид на гостиную домика, который нам выделили — Саша рассудила, что жить в доме Асгора нам не стоит, ибо где мы, там разрушение, а разрушать дом бывшего короля не хотелось. Да, мы тосковали по Королю Пушистику, хоть и почти не знали его, но не позволяли себе погрузиться в скорбь. Возможно, пока мы здесь, именно мы можем вернуть монстрам улыбки.       «Вот Орфей берет Эвридику за руку, но Лафрензия, помня о предательстве, поет им жестокие проклятия…».       Саня меня придушит за то, что я пишу какие-то левые фики вместо четвертой части ЯЛХП, ну да ладно — у нее сейчас куда более важное занятие. Она, избавившись от Андайн, готовит хот-доги для финальной битвы с Сансом «кто кого переленится и пережрет», смысла в которой нет. просто нужно лениться и жрать хот-доги, и кто сдастся, тот идет воровать у Маффет паучий сидр и пончики. Монстры делают ставки.       — Звездоцап меня подери, Санс! Куда делся весь кетчуп?! — донесся голос рыжей с кухни.       — Костями клянусь, не брал!       — Спроси у Андайн про содержимое ее супа! — подсказала я.       — Кто вообще ей сказал добавить в суп триста грамм кетчупа?!       — У нас закончилась свекла, пришлось искать заменитель!       — А к Меттатону сходить было не судьба?       — Этот выпендрежник разбил мой рояль, с хрена я буду с ним разговаривать?!       — Боже, ты обижаешься на кусок железа…       — Не-не-не, протестую! — схватила огромную кастрюлю с красным супом Саша и побежала на улицу. — Мне язвы и гастриты не нужны!       — А ну отдай, уважай чужой труд! — завопила антропоморфная рыба. — Или тебя будет ждать мое копье!       — А тебя — мои кулаки.       Ближе к вечеру, если опираться на часовой пояс в Подземелье, я решила прогуляться до Сноудина. Теперь мне ничто не угрожало, да и одета я была намного теплее, чем две недели назад. Отправится решила одна, чтобы отдохнуть от шума в доме королевы, но этого не вышло — уже у берега стояли и орали самые неприличные шутки Санс с Сашей. При этом скелет все пытался понять, что девушка пытается ему донести сменявшимися каламбурами рассказами про что-то очень странное.       Блин, ну и как они меня везде и всегда находят?       — О, смотрите, кто пожаловал! Не хотите ли походить в одиночестве, или мне вас проводить? — сняла невидимую шапку рыжая с нескрываемым сарказмом.       — Холопа решила проводить? — хмыкнула я. — Простите, с важными фигурами не хожу — не интроверта это дело.       — Так это был сарказм, дура! — ударила себя по лбу Саша.       Я пожала плечами, пытаясь не обращать внимания на её реакцию.       — Так я и ответила сарказмом на сарказм.       Тихий хруст снега приятно действовал на нервы. После шумного дня в обществе рыжего существа, шиппярещего все подряд, и горе-поварихи с копьем так приятно было оказаться в тишине. Я сама не знала, куда брела по темному лесу. Заблудиться здесь трудно — лесок не такой большой, как кажется на первый взгляд.       Задрав голову, я с легкой тоской смотрела на звезды, полностью созданные благодаря одному из изобретений доктора Гастера, о котором мне так и не удалось выяснить поподробнее. Эти звезды были лишь заменой, попыткой воссоздать то, чего монстры лишились много сотен лет назад. Но и они были красивы, намного красивее тех, что мне повезло видеть ранее. Быть может, во времена мира между людьми и монстрами небо выглядело именно так?       Я сама не заметила, как ноги вывели меня к знакомому месту — входу в Руины. Теперь дверь не была запечатана, так как Ториэль не опасалась своего обнаружения здесь, а монстры, жившие в Руинах, могли теперь свободно общаться с монстрами остальной части Подземелья.       Меня терзало любопытство. За две недели я так и не вспомнила о Руинах. Но прошел почти месяц с того дня, когда Фриск, Саша и я покинули дом Ториэль и отправились покорять Подземелье. Много ли изменилось за это время?       Хотя, кого я обманываю. Что могло измениться в этом месте — застывшем во времени, вечно пыльном и изолированном от всего остального?       И все же я хочу проверить.       Руины встретили меня тишиной, как обычно. Порой я замечала скачущих между колонн Фроггитов, опасливо выглядывающих и посмотривающих на меня. они словно не понимали, что за странное существо нарушает покой и так громко топает (хоть я и старалась идти осторожно, эхо усиливало мои шаги в десятки раз). И правда, память у Фроггитов не длинная — я сомневаюсь, что они все еще помнят Ториэль, постоянно подкармливавшую их пирогом.       А вот другие монстряши встретили меня с улыбками и распростертыми объятьями. Выяснилось, что в доме Ториэль поселились Лукс и парочка Вимсанов, не дающих дому пустеть и пылиться — меня встретили пусть и не самым съедобным (на вид и на вкус как булыжник. Не спрашивайте, откуда я знаю вкус булыжника), но приготовленным с душой пирогом. Поговорив с монстрами, которые просили передать привет внешнему миру, я вдруг вспомнила кое-что.       Тучи скрывали луну над горой Эббот, из-за чего в пещере царила тьма. Керосиновая лампа в моей руке служила единственным источником освещения. Я осторожно поставила ее на камень и встала прямо под той самой дырой, через которую падали уже девять детей. Шесть из них закончили свой путь весьма плачевно, но мне, Саше и Фриск повезло выжить. Луна вышла из-за туч и бросила косые лучи на Барьер, осветив пещерку тонкими серебристыми лучами.       Стоя здесь, в этом серебряном круге, я размышляла о том, что же будет дальше, и чем является наше попадание сюда — событием хорошим или не очень? Быть может, лучше бы было, чтобы все шло своим чередом, а мы оставались в своем мире и продолжали убивать свое зрение за компьютерами, прячась от реального мира в выдуманных мирах? Но с другой стороны, тогда бы мы не обрели стольких друзей… но что, если скоро все это исчезнет? Просто возьмет и рассыплется в пыль после нажатия заветной кнопки «Сброс»…       — Привет.       Я резко обернулась, услышав позади знакомый голос. Прямо за мной стояла Мика — полупрозрачная, излучающая слабый фиолетовый свет и парящая в десятке сантиметров над землей.       — Я думала, вы исчезли, — выдохнула я. — Давно не виделись.       — От нас так просто не избавиться, — улыбнулась девочка и поправила очки.       — Хэй, привет!       Я опять развернулась. Прямо за мной стоял мальчуган с торчащими из-под оранжевой банданы темными волосами. На его руке была жесткая бейсбольная перчатка. Он был одет в желтую с оранжевыми полосками футболку и шорты. Подбрасывая и ловя на лету маленький бейсбольный мячик, он ухмылялся и смотрел на мою реакцию.       — Ты чего? Будто призрака увидела!       — Ты и так призрак, болван, — заметила сидящая рядом на камне девочка в зеленом свитере, представлявшая из себя зеленую душу.       — Эй, ну ты же добряшка, Лизи, чего сразу «болван»? — усмехнулся Джейсон. — Лови!       Он со всей силы швырнул мячик. Девочка едва успела отбить его грязной пригоревшей сковородкой.       — Может, хватит вести себя, как маленькие? — спросила Мика с раздражением.       — Не хватит!       — Смирись уже, подруга, — пожал плечами светловолосый мальчик в ковбойской шляпе, тоже оказавшийся рядом. — Четыре года как с нами знакома, а все равно как чужая.       — Вы что, все шестеро здесь? — удивилась я. — Но что вы здесь делаете? Разве вы не…       Рядом появилась маленькая девочка в синей балетной пачке и девочка с белыми волосами, перевязанными красной шелковой ленточкой, совершенно не подходящей к бедной и порванной рубашечке в серую полоску и грязно-зеленому комбинезону. Синяя и голубая души.       — Мы не можем улететь на Поверхность, в небеса, — сказала голубая, с печалью прижимая к груди игрушечный ножик. — Барьер продолжает удерживать наши души. А ведь мои родители… умерли так давно…       Синяя душа утешающе похлопала начинающую плакать девочку по плечу.       — Мы все знаем, что ты скучаешь по семье, но оставайся порядочной хотя бы перед гостьей, — сказала она.       — Тебе не понять, — всхлипнула девочка. — Порядочность — твоя черта. Я хоть и терпеливая, но тринадцать лет здесь…       — Кхм, народ, — заметил Джейсон. — Я здесь вообще почти двадцать пять лет, и два года провел в одиночестве до появления Майкла, — он указал на мальчика с душой Справедливости.       — Какое интересное оправдание! — фыркнула голубая душа. — Может, сравнишь с количеством лет монстров под землёй?       — У нас разговор не об этом.       — Он у нас вообще ни о чем, — присвистнул Майкл. — Моли, а правда что, зачем ныть? Тем более, вскоре Аня, Саша и Фриск пройдут Пацифист, и мы станем свободными.       — Тебе легко говорить, но не ждать. Быть терпеливой очень тяжкая особенность характера, мы ждём — не знаем.       — Ладно, до встречи, — помахала я им рукой и собралась уходить. — Обещаем, мы вытащим вас и всех монстров!       С теми словами я потрусила обратно к дому, где меня ждали. Но как только я добралась до Сноудина, все в глазах почернело, Санс ударил себя по черепу рукой, а Саня взвыла. Начинается…

Вы сделали сброс игры

      И белый свет.