***
Пусть в Звездном мире время словно стоит на месте, но на земле годы шли. За те сотни лет, что они провели в обществе друг друга, раскрывали множество тайн и секретов. И некоторое из них были довольно-таки… Неожиданными? Можно даже сказать, шокирующими. Они знали истории друг друга. Кто и как попал в это место. За что их убили или же собирались убить. Вместе смеялись над рассказом Аквариус, сочувствовали Ариэсу и Вирго, всё делали вместе. Но большей загадкой для них были Солнце и Луна. Имена хранителей оставались неизвестны до сего времени. Как и многие факты их жизни. А некоторые лучше бы и оставались неизвестными.***
Зал слабо освещался свечами в извилистых канделябрах. За огромным столом вновь собрались жнецы, Солнце и Луна. Бурное обсуждение личной жизни Аквариус поутихло, и в помещении повисла давящая тишина. Некогда бывшая Татьяна, прочистив горло, тихонечко произнесла: — А что мы, собственно, всё время о нас? Знаки синхронно обернули свои взгляды в сторону восседающих на особых, «привилегированных» местах. — Что? — Солнце изогнула бровь. — Кто все эти люди? — одновременно вырвалось у каждого из знаков. — Поправочка: в этом зале ни одного человека я не наблюдаю. — Можем ли мы знать имена тех, с кем связались? Я не думаю, что вас так и зовут: Солнце и Луна, — Либра, как самый в прямом смысле уравновешенный, решил взять дело в свои руки. — Нет, — коротко ответила девушка. — Тогда, господа, время теорий! — Скорпиус торжествующе подняла чашку кофе. — Итак, я думаю вот что: у Солнца есть какая-то очень-очень страшная тайна. Рыжая негласно хмыкнула и ответила: — И какая же? — Не знаю… — потянула Софи. — Ну, например, ты парень. Но всё время одеваешься, как девушка. — Чего? — Солнце скорчила непонимающую гримасу и мельком взглянула на Луну, тихонько лепечущего себе под нос: «Ох, какая прелестная люстра! Почему я не замечал её раньше? Время для оздоровительного самоповешанья!». — А может, — начал Ариэс, — у неё просто имя, которое ей не нравится? — Ну как же. — ехидно произнесла девушка. — Меня ведь Марта Кассиопея фон Ливингстон Сибирь зовут. — Ну, у меня тоже есть теория. — Вирго взвесила все «за» и «против» и решила озвучить свои мысли: — Она не говорит нам своё имя, потому что один из нас мог быть с ней знаком или она была каким-то значимым в истории человеком. — Который, видимо, сильно напортачил в своей жизни, — дополнила мысль Акваиус. — Связывая с теорией Вирго, — Таурус победоносно нависла над столом. — Ты — князь Олег! — Нет, — Солнце от безысходности и некой туповатости жнецов спряталась в домике из рук. Тем временем Луна пытался вскрыть вены столовой ложкой, попросил принести сорок две чашки кофе и так и не оставлял тут люстру в покое. Но его благополучно не замечали, оставив наедине с мыслями о суициде. — А может быть вы с Луной пара? Девушка поперхнулась и чуть не свалилась со своего стула. — Так, все! Вы меня достали! — она встала со своего места, стукнув руками по столу. Девушка посмотрела на Луну, надеясь, что он хоть как-то поддержит ее, но вместо этого… Луна преспокойно пытался поджечь себя, с помощью украденного с ближайшей стены канделябра с тремя свечами. — Аргентум! Ты какого зодиака творишь?! — взвизгнула она и потушила напарника водой из ближайшего сосуда. — Ты мог самоубиться где-нибудь в другом месте! — кричала она на парня, который, судя по всему, совершенно не обращал на неё внимания, думая о том, как бы утопиться в супе. — Но тот суп так привлекателен. А ещё меня не оставляет мысль о том, что можно проломить череп, долго и сильно бьясь головой об стол. — Та-аак, похоже мы узнали имя одного, — протянула Вирго. — Тебя же Аргентум зовут? — парень только кивнул, продолжая гипнотизировать взглядом суп. — Мы продвинулись в своём расследовании! Успех! — воскликнула Скорпиус. — У меня идея, — подала голос Аквариус. — Аргентум, а как её зовут? — она указала на Солнце. — Только не говори, что не знаешь. — Аурум, — произнёс Луна. Рыжеволосая замерла, услышав своё имя. — Серьёзно? Всё так просто? Надо было сразу у него спросить. — Дорогой мой, какой способ пытки будем сегодня испытывать на тебе? — пролепетала девушка. — Любой. — Для начала поработаем плетью, — задумчиво протянула Аурум. — А потом? — Аргентум вновь коротко взглянул на приглянувшуюся тарелку супа. — А потом закую тебя в «железную деву», — с садистской ухмылкой произнесла Солнце. — Правда? — и ладно, если бы он спросил это с насмешкой, но прозвучало это так, словно Аргентум надеялся на исполнение данной угрозы. А пока двенадцать жнецов наблюдали за этой сценой, тринадцатый, то есть Рак, по-тихому заглянул в комнату Аурум. Канцер открыл массивную дверь, надеясь, что никто не заметил. И тут же застыл, пытаясь осмыслить увиденное. Это была не та комната, которую представлял себе Канцер. Это была целая пыточная. — Ребят, вы это, не заглядывайте туда, — оповестил он остальных, пытаясь позабыть увиденное. — Это опасно для психики. — И что с ними не так? — прошептала Таурус, смотря на Солнце, пытающуюся задушить Луну. — С кем мы связались, — протянул Писес, надеясь, что рыжеволосая не убьет парня. — А все потому что у этого мазохиста с суицидальными наклонностями мозгов нет! — рявкнула Аурум, продолжая душить парня, — Не бойтесь, ему ничего не будет. Он бессмертный, сколько раз уже убиться пытался, — произнесла она и, немного подумав добавила, — Ну примерно столько же, сколько я его убивала. — А все потому что рядом с вами живет садист. — Мда… Верните меня домой, — эта мысль пришла в голову многим, но только Ариэс ее озвучил. Под одним боком мазохист с суицидальными наклонностями, под другим садист с пыточной вместо комнаты. Так и живем.