Перевоспитание монстров

      Миллард смог разведать достаточно много и даже достать оружие. Мы обменялись взглядами, молча желая друг другу удачи. Я направилась к журналистам и камерам. Странные пошли вдоль забора, изображая обычных прохожих. Енох остался в толпе, следить за происходящим со стороны. Когда странные скрылись, я аккуратно похлопала журналистку по плечу. — Простите, можно вас?       Журналист, который был с ней в комплекте, скорее по привычке повернул камеру на меня. Судя по мигающему огоньку на ней, он и не думал выключать аппарат. Журналистка, в строгом костюме и с чуть потрепавшейся причёской, посмотрела на меня. Я мило улыбнулась и сняла цветные линзы, демонстрируя белоснежные глаза. Девушка чуть вздрогнула. — Мне не нравится то, что здесь происходит, — статично произнесла я. Рядом стоящие люли начали расступаться. — Я хотела обратиться к людям. Оставьте нас в покое. Нам страшно. Мы скоро уйдём. — К-кто? — хотела спросить журналистка, но её вопрос я не услышала.       Полицейские пошли в мою стороны, а люди расходились вокруг меня всё больше. — Не трогайте меня! — провизжала я, раскрывая пасть и нападая на людей.       Разум затуманился и я позволила моей внутренней пустоте порулить. Оружие было не у всех копов, что дало мне шанс. Я начала отходить, закрываться щупальцами, иногда скулить. Потом, став невидимой, я остановилась. Люди в замешательстве подходили ближе, стреляли в воздух. Я затянула щупальца обратно и побежала за странным. Енох не попался мне на глаза. Я перелезла через забор и побежала к зданию.       Внутри было шумно. Я пожевывала щупальца во рту, надеясь остаться невидимой подольше. На лестницах люли в халатах и полицейские бегали вниз, вверх. Я поднималась туда, где люди бегали быстрее остальных. Неожиданно завопила пожарная тревога. Широко открыв глаза, я выскочила на очередной лестничный пролет. Неожиданно странные выбежали мне на встречу. — Что случилось?! — Их уже убили, — быстро проговорил Джейкоб, проносящийся мимо меня. Внутри всё похолодело. — Идём, — потянула меня Эмма.       Я посмотрела на птицу, бледная и приоткрывает рот. Они умерли из-за меня. Но их убила имбрина, сдав нас полиции в том баре. — Я хочу посмотреть на них, — я вырвалась и побежала на встречу к огню.       Из вереницы комнат с решетками тянул дым. Две из них полыхали. Я подбежала к одной из камер. Там был Бах. Бледный и мёртвый. Я выбила решётку щупальцами, взяла его дрожащими руками и пошла к выходу. Мужчина оказался тяжёлым, но я не могла позволить себе его оставить.       Я вытащила его и оттащила к дальнему углу забора. Внутри всё бушевало. Адреналин испытывал сердце на прочность, а от гори в лёгких было сложно дышать. Я положила голову Баха себе на колени и склонилась над ним. Совсем свежий. В прямом смысле. Трупы после нескольких часов выглядят хуже.       Странные быстро меня нашли, на что я и надеялась. Взяв Еноха за горло всё теми же щупальцами, я притянула его к себе, перехватывая рукой за горло и убирая щупальце. — Оживи его! — Я не могу! — Можешь! — вопила я. — Я знаю, можешь! Давай, иначе я сверну тебе голову!       Джейкоб направил на меня пистолет, но я проигнорировала это. У Еноха не осталось шансов. Он аккуратно опустился на колени рядом со мной, положил руку на грудь твари и сосредоточился. — Не получается, — произнёс он через минуту. Я уголком глаз посмотрела на хаос из людей, огня, полиции и пожарных. — Лучше бы получилось.       Неожиданно Бах раскрыл глаза и глубоко вздохнул. Я посмотрела на него. Он тяжело дышал и имел уставший, но живой вид. Я погладила его по щеке и ласково позвала. — Я умер? — прошептал он. — Чш… Ты прожил хорошую жизнь, я уверена. — Умер, — он сглотнул и закрыл глаза, продолжая дышать. — Бах, как они тебя убили? Ты помнишь их лица? — Электрошокеры, — было видно, как ему трудно говорить. — Долго, больно. Не копы. П-подростки… — я широко открыла глаза, замерев. — Джейкоб.       Во всему странном мире был всего один Джейкоб-убийца. И он всё ещё направлял на меня оружие. — Прошу, — прошептала я. — Успокойся, Бах. Прости меня и спасибо.       Он посмотрел на меня, губы вздрогнули и растянулись в слабой дрожащей улыбке. Сердце вздрогнуло. Потом он закрыл глаза и замер. — Всё, идём, — строго произнесла имбрина. — Ты узнала, что хотела.       Я прорычала, отпуская Еноха. — Я никуда с вами не пойду, — заявила я — У нас нет на это времени, — напомнил Миллиард. — Эмма… — имбрина опустила взгляд на Баха, намекая на что-то. Странная её поняла. — Кей, отойди пожалуйста.       Из глаз брызнули слёзы. Она устроила пожар. — За что вы так с нами?! — Глупый вопрос. Хватит болтать.       Я обняла тело. — Я не оставлю его. — Кейси, — начала Эмма.       Не слушая её, я схватила Баха и побежала к зданию, где ещё полыхал пожар. Я пошла в самый огонь, в самый хаос, не смотря на крики. Жар окутал нас. Боль заставила кричать. Положив Баха на пол, я легла рядом с ним и обняла. «Пускай нас найдут так», — думала я и плакала.       Огонь, не жалея, жег одежду и кожу, наполнял лёгкие.

Нам не дали время.