Месть - сладкая штука

Яркие лучи солнца освещали просторную кухню, отбрасывая блики на светлой плитке, играя с тенями на идеально отполированной поверхности стола, которая, впрочем, как и все предыдущие дни, просто ломилась от всевозможных блюд. Нана хлопотала у плиты, доделывая очередной шедевр кулинарии, который распространял такой запах, что просто слюнки текли. Тсуна отправил в рот кусочек жареного картофеля и немного раздраженно посмотрел на часы. Еще час назад ему позвонил Гокудера, уточнив, какую машину следует подать, какие костюмы надеть Хранителям, и какие меры предосторожности следует принять. Савада ответил как всегда предельно четко и довольно коротко. И сейчас он ждал, когда шестеро его подчиненных, его верных друзей, которые не покидали его даже в самые тяжелые времена, наконец соизволят явиться. Впрочем, он был рад просто посидеть на этой кухоньке, которая не шла ни в какое сравнение со столовой в особняке, и погрузиться в воспоминания. В этом доме он трепетно относился к каждой мелочи. Каждая вещь хранила в себе какой-то осколок прошлого. Вон та фотография в рамке - память о том дне, когда Ламбо, играясь, разорвал так трепетно хранившуюся свадебную фотографию. Потом у мамы появилась новая, и именно она сейчас стоит на полке, напоминая Десятому Боссу Вонголы о его детстве. Маленькая царапина около самого края стола - напоминание о том, что в детстве он совершенно не умел обращаться с ножом и вилкой. Мама приготовила курицу, и когда Тсуна пытался разделать её, рука соскочила, и лезвие ножика оставило маленькую царапину на деревянной поверхности. Тсуна тогда искренне радовался, что мама ничего не заметила, а может просто сделала вид, что не заметила. Раковина, полная грязной посуды, напоминала ему о том, как он, не удержав в руках мыльную тарелку, разбил её на сотню маленьких осколков. Мама тогда улыбнулась и сказала, что ничего страшного не произошло, хотя она всегда любила эту тарелку. Дечимо улыбнулся. В детстве он был таким неуклюжим... Он повернул голову, услышав характерный скрип входной двери. -Простите за вторжение, - привычно произнес Гокудера, прикрывая за собой дверь, - Джудайме, можно ехать. -Уверена, Тсу-кун, ты будешь самым красивым мужчиной на этой встрече выпускников, - Нана улыбнулась, и Десятый улыбнулся ей в ответ. Его ценности, его поведение успели перемениться за то время, пока он был в Вонголе. Он перестал падать на ровном месте и заикаться от волнения, перестал бояться темноты и маленьких тявкающих собачек, но его реакция на мамину улыбку осталась неизменной. В конце концов, он был бы искренне рад снова стать ребенком, вернуться в этот дом, читать комиксы и играть в игры. Хотел бы, но не мог себе этого позволить. Он - босс мафии. Этого уже не изменить. -Не жди нас, ладно, мам? Мы, наверное, поздно вернемся, - сказал Тсуна, обувая черные, начищенные до блеска, ботинки. -Джудайме, идемте скорее. Мы опаздываем, - немного нервно проговорил Гокудера. Савада фыркнул. Можно подумать, они опаздывают из-за него. Словно поняв, о чем думает его босс, Хаято опустил голову и, пробормотав слова извинения, направился следом за Десятым. Возле дома стоял автомобиль марки "Бугатти" темно-сливового оттенка. Бросив взгляд на машину, Тсунаеши остался доволен, она выглядела достаточно дорого и презентабельно. Не автомобиль бизнес-класса, нет, не Бугатти Вейрон - его красавица, его гордость, по праву считающаяся вторым по быстроте автомобилем в мире. Спорткар, под капотом которого пряталось более тысячи лошадей. Он оглядел изящные изгибы средства передвижения, и нежно, будто прикасался к любимой женщине, тронул скрытый отполированным слоем металла, рычажок на двери. Плавно потянул на себя, и дверь открылась, с легким щелчком, которая в мозгу Дечимо прозвучала, как самая прекрасная музыка. Он откинулся в мягком кожаном кресле, ощущая некую эйфорию от того, что находится внутри одной из своих любимых машин. -Остальных ты отправил на лимузине, как я и велел? - сухо поинтересовался он, прикасаясь кончиком пальца к лакированной поверхности бардачка, немного прищуривая глаза от темно-синей подсветки, идущей прямой линией по панели. -Да, Джудайме. Думаю, они уже на месте, - кивнул Хаято. Почти скрытый глушителем, но все же такой мощный и звонкий, звук работающего мотора, заставил Тсуну чуть ли не мурлыкнуть. Жаль, что на узких улочках Намимори нельзя выжать из этой крошки максимум того, на что она способна. Мимо проносились знакомые с детства дома, и мощный автомобиль уносил Десятого с его Правой Рукой в сторону торгового района. Супермаркеты, магазины, и вот наконец - небольшой ресторанчик, украшенный какими-то гирляндочками, все великолепие которых можно будет оценить лишь когда стемнеет. Чуть ниже скромной вывески с названием был приделан плакат о встрече выпускников школы Намимори. Смешно и немного нелепо. Ресторан больше напоминал маленький одноэтажный домик, типичная ярко-красная черепица и выкрашенные в белый цвет стены. Несколько окошечек и какая-то зажигательная музыка, доносившаяся изнутри. Тсуна хмыкнул. По размеру ресторан напоминал маленькую пристройку к особняку Вонголы, в которой обычно хранили всякое ненужное барахло. Около входа стояли его Хранители, мгновенно бросившие заниматься бесполезными делами и направившиеся навстречу к своему боссу. Его красавице-машине все же удалось произвести фурор, автомобили в Намимори редкость, а уж такие - и подавно. Те, кто обернулись на рев мотора, явно ожидали увидеть кого угодно, выходящего из этого автомобиля, но только не Саваду Тсунаеши. Никто не ждал, что никчемный Тсуна изменится настолько, что он вырастет и распрощается со взглядом испуганной белки, что однажды он приедет на шикарной машине одетый в дорогой костюм. Что на губах его будет играть не рассеянная улыбка, а ухмылка. Никто этого не ожидал. -Давайте уже зайдем внутрь. Мне не терпится, - вздохнул Ламбо, переминаясь с ноги на ногу. -Не торопись, - вылезший из машины Гокудера сверкнул глазами, призывая теленка к порядку. -Ку-фу-фу, кто же из нас будет твоим сопровождающим, Дечимо? - поинтересовался иллюзионист плавной походкой приближаясь к боссу и прикасаясь своей ладонью к его руке. -У тебя есть сомнения? - Тсуна взял Мукуро за руку, переплетая пальцы, и спустя секунду отпустил, хмурясь и всем своим видом показывая, что не потерпит такого обращения на людях. Савада первым вошел внутрь ресторана. Его Хранитель Тумана хоть и держался рядом, но отставал на каких-то полшага, пропуская Десятого вперед, предпочитая не раздражать Тсуну. Шатен цепким взглядом оглядел обстановку внутри ресторанчика. Красные стены и черная плитка на полу, круглые столики из красного дерева, уставленные алкоголем и закусками, стойка для официантов, на которой сегодня стояла принесенная кем-то стереосистема. Или она здесь всегда была? Он не знал. Практически безразлично он принялся оглядывать бывших одноклассников, вспоминая каждого из них заново. Парень, который разорвал его тетрадь по алгебре. Девчонка, которая подкинула в сумку потекшую ручку, и потом ему пришлось оттирать все что можно от темно-синих чернил. Тот, кто спрятал его куртку в кладовке, и те, кто ставили ему подножки и пинали, виня во всех неудачах. Он мог вспомнить их только по их поступкам из-за собственного, почти навязчивого желания отомстить за все обиды, которые он все эти годы бережно хранил в своей голове, ради решающего момента. -Неужели это тот никчемный Тсуна, который до пятого класса ездил на трехколесном велосипеде? - гаденько улыбнулся коротко стриженый брюнет. Вместо ответа на лбу Тсунаеши зажглось пламя, а глаза блеснули рыжим. Пламя, невидимое обычным людям, заставило его Хранителей напрячься. Десятый медленно подошел к парню, застывая на расстоянии около десяти сантиметров. -Закрой пасть, - он наклонил голову вбок, словно примериваясь куда ударить, - Это умение мне так и не пригодилось. Зато я могу размозжить тебе череп одним ударом. Или, - он извлек из-под пиджака пистолет, - Предпочтешь дыру в голове? Ему на плечо легла рука Гокудеры, но Тсуна мгновенно её сбросил, буравя взглядом своего оппонента. Ледяной, пробирающий до костей взгляд, аура убийцы, которая сейчас почти осязаемо, окутывала Саваду, аура, которую люди чувствовали инстинктивно и пытались отойти подальше от пугающего человека. -Кто-то еще хочет назвать меня никчемным Тсуной? - глаза Дечимо до сих пор пугали своей холодностью, - Вы все это любили. Но знаете что? Сейчас я вижу кучку трусливых шакалов, поджавших хвосты. И мне мерзко пачкаться о подобную дрянь. Он убрал пистолет на место, и, как ни в чем не бывало, направился к ближайшему столику, с ходу замечая царапины и маленькие выбоины на дереве. Мелочи важны. Теперь он наконец-то почувствовал моральное удовлетворение от происходящего. Савада покрутил в руке бокал с вином и сделал маленький глоток, даже не пытаясь сопоставить это пойло с тем изысканным напитком, что он пил в Италии. Сейчас все немного изменилось. Когда его бывшие одноклассники смогли успокоиться, он начал слушать комплименты. Множество разнообразных приятных слов от девушек в коктейльных платьях самого разного покроя. Платья короткие и длинные, девушки брюнетки, блондинки и рыжие. Они кокетливо улыбались ему и отводили взгляд, мило краснея. У него были все задатки для того, чтобы быть идеальным мужчиной для каждой из них: уверенность в себе и сила, деньги и безупречный вкус. Многие ценили предпоследний пункт чуть больше, чем следовало, но Савада особо не обращал внимания на их болтовню, лишь благосклонно кивая. Осмелев, к нему подошел один из бывших одноклассников. Тсуна сразу вспомнил этого человека - однажды он утопил его дневник в школьном туалете. Еще одна маленькая обида. -Что, Савада, до сих пор влюблен в Киоко? - усмехнулся парень, с едкой улыбкой поглядывая на мужчину, - На остальных-то и не смотришь. -Нет, я люблю её только как сестру. Та влюбленность прошла, - Савада пожал плечами. -А чего тогда до сих пор не женился? -Ты знаешь, женщины в Италии совсем другие, нежели в Японии. Даже просто спать с ними невозможно. А вот немки горячие особы. Да и француженки хороши... - будничным тоном произнес Дечимо. Гокудера прикрыл рот рукой, чтобы не засмеяться в голос. Уж слишком открыто их босс издевался над одноклассником. Парень затрясся от злости. Не такого он ожидал. -О, я смотрю, ты по мальчикам? - Тсунаеши с интересом посмотрел на серьгу в правом ухе. -Да, и что? -Я тоже. Хочешь быть снизу? - шатен подмигнул, а его губы расплылись в пошловатой улыбке. Тут уже Хаято не выдержал, практически сгибаясь пополам и не сдерживая рвущийся наружу смех. Дечимо остался доволен произведенным эффектом и выражением лица одноклассника. -Да ладно тебе, я пошутил. Ты не в моем вкусе, - он сделал еще один глоток вина, с ледяным спокойствием оглядывая ресторан. Его вывела из себя сущая мелочь - краем глаза он заметил, что Мукуро тоже болтает с некоторыми представительницами прекрасного пола. Босс Вонголы не любил, когда кто-то пытается забрать то, что по праву принадлежит ему. Быстрый шаг в сторону иллюзиониста, рука ложится на талию Рокудо и рывком привлекает его к Саваде. Пять секунд от силы, не более. Уже карие после выхода из гиперрежима глаза зло смотрели на Мукуро. -Девушки, вам лучше попытать счастья в другом месте, - тон Савады стал угрожающим. -Тсунаеши... - иллюзионист расплылся в довольной улыбке, кажется, чрезвычайно обрадованный тем фактом, что его босс ревнует. -Ты - мой, - пальцы с силой сжали талию Рокудо, - Не давай мне повода... -Ку-фу-фу, не ревнуй, босс, - тон иллюзиониста стал шипящим, он явно почувствовал боль от пальцев, слишком сильно сжавших его, - Я ведь не идиот, - он обнял Саваду, кладя голову ему на плечо и улыбаясь. Колючее раздражение, наконец, покинуло Тсунаеши, он обнял иллюзиониста с некоторым облегчением. Он не хотел бы выяснять с ним отношения. Не здесь и не сейчас, а в идеале - вообще не выяснять. Он явился на эту встречу не просто так, у него была цель. И он не был намерен отказываться от нее...