Незабываемое время.

— Наруто Узумаки! — в голосе любимой женщины и жены прозвучали истеричные нотки. — Ты самая большая свинья! Ты, чтоб тебя, такой идиот! Я же просила предохраняться! Я еще не готова! — Сакура-чан, что случилось? — новоиспеченная Сакура Узумаки вела себя очень странно, то кричала непонятные слова, то бубнила о каком-то придурке, который не знает, что такое чувство меры и контрацепция, то вскакивала и начинала размахивать кулаками. Слава богу, что Наруто уже не тот, что раньше и тяжелую руку жены мог спокойно остановить в полёте, ну и что, что с помощью чакры? Главное, что мог! — Я слишком молода! Ты хоть понимаешь, что ты натворил?! — к сожалению, чтобы не говорил Наруто, Сакура его просто не слышала и продолжала кричать или бубнить, или очень сильно старалась хоть раз попасть кулаком по полосатой наглой роже, которая, даже не понимала всех ее страданий, смятений и волнений. А ведь она так старалась довести до этой тугодумной башки, что она беременна и что жизнь кончена, что впереди ждут подгузники, бессонные ночи, крики, слезы и диеты. А еще грязная одежда! Она терпеть не может стирать грязную одежду! Что делать с готовкой?! Ведь Сакура совершенно не может готовить ничего, кроме лекарств, ядов и противоядий! Единственной, кто мог готовить нормальную еду в их семье, была мама, которая не подпускала Сакуру к готовки даже на метр, просто потому, что ее дочь обладала мифическим даром портить еду даже на расстоянии! И вот что?! Что бедной Сакуре Узумаки теперь делать?! — Сакура, любимая, может уже скажешь, что случилось? — будущий хокаге решил попытать удачу и, спросив прямо, надеялся получить ответ, который бы расставил все на свои места. — То есть, ты еще не понял?! — у прекрасной, молодой женщины глаза покраснели и наполнились слезами.- Знаешь что, Узумаки? Ты сегодня спишь на диване! Сакура в последней раз взглянула на мужа и гордой походкой с красными от слез глазами, да бледной кожей отправилась в их комнату. *** — Шикамару, я совершенно не понимаю, что сегодня произошло, — Наруто уронил голову на стол и, прикрыв глаза, начал вспоминать утренние события.- Она на меня обиделась, а я даже не знаю за что… Она просто вспыхнула и начала кричать, что все кончено, что это произошло все слишком рано, а потом срывалась на шепот и я кое-как разобрал, что она говорила о том, будто все это неожиданно и она не готова… Шикамару? — Узумаки поднял глаза, полные тревог. — А что если это все? Что если Сакура не может меня больше терпеть? Неужели она возненавидела меня? Ками-сама, что тогда делать? Я ведь не отпущу ее… Просто не смогу… Нара посмотрел на своего друга и, закрывая глаза, вздохнул. Шикамару не знал, что сказать Наруто, женщины слишком проблематичные и непонятные. Что у них на уме, только Ками-сама ведует и то не факт. Но немного подумав, он все же решил хоть что-то ответить: — Знаешь, мне кажется дело не в этом. Она что-то пыталась донести до тебя. Вот только что? — Шикамару по привычки соединил пальцы рук.- Последнее время, я заметил, что она стала переменчивой, да чакра стала как-то странно колебаться, а еще она часто бегает в дамскую комнату «попудрить носик», но выходит какой-то бледной. Говоришь она кричала, что не готова и боится? Еще что-то про контрацепцию? — Шикамару моргнул и по новому взглянул на Наруто.- Если все сложить, то получается слишком складно… — Что складно? — Узумаки неосознанно подвинулся ближе и посмотрел на своего друга с большим интересом. Шикамару подпер руку к щеке и, смотря в одну точку, начал делиться своим предположением: — У Сакуры конечно всегда настроение переменчивое, но она как-то старалась держать себя в руках, сейчас же она не только не сдерживает себя, а распаляется еще больше, опять же частое пребывание в дамской комнате, конечно может быть пребывание там может быть связанно с чем-то другим, но все же, давай пока не будем рассматривать другой вариант событий. Так вот, дальше, чакра, я не спец, но она у нее как-то изменилась. Кстати, вспомнил, в последнее время она часто крутится около зеркала и что-то высматривает, ну и в довершение, ее предпочтения в еде изменились. Вспомни, Сакура не любит острое и не очень жалует рамен, но последние три недели она только этим и питается. В общем я веду к тому, что, кажется, твоя жена беременна. Шикамару видел чуть ли ни все гримасы Наруто, но такое пожалуй впервые… Растерянность, радость, смятение, глубокая депрессия, счастье и недоумение, это то немногое, что он успел разобрать до того, как Наруто вылетел из кафе и помчался, предположительно к своей благоверной. *** Сакура лежала на кровати, рассматривала потолок и думала о том, какая же она дура. Ну почему она даже не стала слушать Наруто? Это же ее Наруто, ее самый любимый, светлый, добрый и чудесный Наруто. До него такие простые вещи доходят долго, поэтому надо было просто сказать. Но ведь Сакура так надеялась, что он заметит изменения, что хоть что-то заподозрит, а он вообще ничего не видел… Или не хотел видеть? Вдруг он не хочет детей? Она посмотрела в окно, уже ночь, а мужа до сих пор нет. Если не хочет детей, то надо было следить за этим! Так страшно и больно Сакуре давно не было. Рассказать бы кому, да только видеть никого не хочется. Дверь открылась неожиданно. Ну как открылась… Слетев с петель она упала на пол. «Жалко, хорошая дверь была и узор красивый», — как-то отстранено подумала бывшая Харуно, взирая с интересом на своего мужа. А посмотреть было на что, оголенный торс так и притягивал взгляд, горящие глаза обещали сладкое наказание, а напряженное тело будто говорило, что он из последних сил сдерживает себя. Вот только с чего это вдруг такое состояние? — Сакура, — обманчиво мягкий голос завораживал, — почему ты мне сразу не сказала? — А ты и не спрашивал, — буркнула про себя Скура, но он услышал. А дальше… Дальше ей доказывали как и где она была не права. И, кажется, доказали, в любом случае Сакуре Узумаки было уже как-то не до этого, слишком уж завлекала ее их близость.