Недосказанное

Как же раздражает. Когда неприятное чувство сдавило грудь, Эдди до побеления костяшек сжал край школьной парты. Ричи сидел прямо на ней, о чем-то беззаботно переговариваясь с Биллом и изо всех сил ища повод для новой неуместной шутки. Его громкий смех звенел в воздухе, отражаясь от стен полупустого класса, и Эдди готов был поклясться, что даже это выглядело раздражающе. В школьной иерархии клуб «Неудачники» по-прежнему занимал прискорбное, совершенно ничтожное место, однако это не помешало опередить старшеклассников и забить один из немногих пустующих кабинетов. Подперев щеку кулаком, Эдди хотя бы ради приличия предпринял попытку уловить нить разговора, но Ричи трындел достаточно неразборчиво, чтобы мальчик быстро потерял к затее всякий интерес. Тем более, о каком приличии может идти речь, когда мы говорим о Ричарде Тозиере? Неожиданно парта пошатнулась и, засмотревшись на чуть сгорбленную спину друга непозволительно долго, Эдди дернулся. — Было приятно поболтать, но перемена подходит к концу, а я до сих пор не подошел к старику, — преодолев расстояние от парты до двери класса, Ричи развернулся. — Увидимся на уроке, лузеры! «Стариком» Ричи называл местного математика, и Эдди даже удалось припомнить, что тот, кажется, вознамерился поручить другу какой-то серьезный проект, потому что несмотря на раздолбайский внешний вид и отвратительное сквернословие, познания Ричи в точных науках давали неплохой такой повод для зависти многим сверстникам. — Он неисправим, — легко покачиваясь на скрипящем стуле, улыбнулся Стэн. — М-может оно и к л-лучшему, — пожав плечами, Билл откинул голову назад. — Сегодня Ричи из к-кожи вон лез, п-пытаясь развеселить меня. Я б-благодарен. Эдди вздохнул и смерил Билла задумчивым взглядом. Он не знал, думал ли об этом тот же Ричи, но страдания друга бросались в глаза даже людям, максимально невнимательным и непроницательным. Как-то Билл сказал, что винит себя в случившемся. Ведь в тот день братское чутье словно подсказывало ему не пускать младшенького на прогулку, но Билл сглупил. Он ослушался шестого чувства, и произошла трагедия. Эдди не уверен, что оставался хотя бы мизерный шанс найти Джорджи живым, но кто он такой, чтобы высказывать свое мнение и разрушать без того хрупкую надежду? Если это действительно поможет, он продолжит участвовать в личном, маленьком расследовании Билла. В конце концов веру в лучшее еще никто не отменял. — Кстати, — интригующе прищурившись, Стэн взгромоздил себе на колени пыльный рюкзак и зашумел молнией, — помните ту новомодную газировку, о которой все говорят? С утра я купил ее! Билл, вырванный из невеселых размышлений, с интересом уставился на баночку, только что выставленную другом на середину парты. — К-круто, но она же такая д-дорогая! — воскликнул он. — Да, но я не мог не поделиться с вами, — горделиво улыбнулся Стэн. Кажется, он был рад, что смог немного отвлечь друга. — Давайте пробовать? Только надо Ричи оставить, а то когда он еще был здесь, у меня совсем из головы вылетело. Эдди тихо вздохнул. Мать никогда не разрешала пить и даже пробовать газировку или что-то вроде того. Тем более сейчас у них одна баночка на всех, и не то чтобы Эдди брезговал, просто слишком привык считать, что микробы только и ждут момента, как бы заразить его. Сказывалась матушкина промывка мозгов. — Давайте без меня, ладно? — приподняв руки в извиняющемся жесте, Эдди виновато улыбнулся. Стэн поджал губы, стараясь не показывать, как друг своей чистоплюйностью в очередной раз обидел их с Биллом. — Как скажешь, только ты же у нас самый аккуратный, так что хотя бы открой нам ее. Эдди повел плечами и спокойно взял баночку, делая вид, что совершенно не замечает злой иронии в голосе Стэна. Иногда его можно было удивительно быстро вывести из себя. — Я м-мог бы, — неуверенно начал Билл, но осекся, словив предупреждающий взгляд обычно неконфликтного Стэна. — Не стоит, — натянуто улыбнулся Эдди, — для меня не проблема открыть для вас какую-то банку. Кивнув, Стэн сложил руки на груди, внимательно наблюдая за осторожными попытками друга грамотно подойти к баночке газировки. Раздалось шипение, и напиток прыснул. — Черт! — воскликнул Эдди, с отвращением наблюдая как липкая, кислотно-рыжая жидкость стекает по руке прямо на идеально выглаженные брюки. — Б-бывает, друг, — ободряюще сказал Билл, косясь на смеющегося Стэна. — У м-меня дол-лжны быть с соб-бой бум-мажные п-полотенца. — А я его еще самым аккуратным назвал! — Усмехнулся Стэн, забирая липкую баночку из ослабевших пальцев и делая большой глоток. — М-м, а это неплохо! Принимая два бумажных полотенца из рук улыбающегося Билла, Эдди подумал, что, по крайней мере, Стэн больше не злится. Может быть, сегодня он чем-то взбудоражен, потому что обычно друг ведет себя куда более сдержано и спокойно. — Я дойду до туалета, — скомкав полотенца, Эдди поморщился: сладкие руки слипались самым отвратительнейшим образом. — Давай, — сказал Стэн, протягивая баночку Биллу. — Если увидишь Ричи — позови его сюда. До конца перемены есть еще немного времени. Кивнув, Эдди вышел из класса. Встречать кого-то из знакомых, а тем более Ричи, сейчас хотелось меньше всего. Эдди уныло посмотрел на собственные руки. Бумажные полотенца помогли недостаточно хорошо, и было страшно представить, сколько пошлых шуточек мог бы придумать Ричи относительно этой липкости. Не пройдя и пяти метров, Эдди замер, напряженно вслушиваясь. Где-то неподалеку раздавался прокуренный гогот Генри и его дружков, а отвечал им звонкий и до боли знакомый мальчишеский крик. Большую часть жизни Эдди руководствовался здравым смыслом, и сейчас этот самый смысл велел прибавить шаг и отправиться по намеченному пути, игнорируя огромное любопытство. Но если Эдди прав, и сейчас отморозки терроризируют его друга? Разве он может пройти мимо? Мотнув головой, он твердой походкой направился к источникам звука. — Что, надел очки и думаешь, сразу умным стал? — один из дружков Генри (Эдди не мог вспомнить его имени), зажимал Ричи между собственным массивным телом и школьной стеной, при этом угрожающе нависая над ним. — Не тебе про интеллект говорить, жиробас! — Ричи бесстрашно, на первый взгляд, уставился на обидчика, но даже с такого расстояния Эдди видел, как подрагивали плечи друга. — Оставьте меня в покое! — Прости, малыш, но когда эти отвратительные очки увеличивают твои глаза в два раза, мы просто не можем пройти мимо, — гадко усмехнулся Генри. Еще один отморозок склонился над Ричи и схватил его за темные кудри, комкая их в кулаке: — Ведь ты так похож на драную сучку! Эдди скривился, делая первый шаг вперед. Сейчас следовало бы позвать ребят или кого-то из учителей, но руки непроизвольно сжались, а ярость затопила сознание. Каким бы раздражающим Ричи не был, в первую очередь, он — друг, а подобное отношение неприемлемо к друзьям Эдди Каспбрака. — Смотрите, он сейчас расплачется! — загоготал Генри, склоняясь к лицу Ричи, который начал очень показательно моргать и закусывать дрожащую нижнюю губу. Это стало последней каплей. В несколько мгновений, преодолев расстояние, отделяющие его от обидчиков друга, Эдди налетел на Генри, пиная его в колени. Завязалась потасовка, во время которой Эдди плохо понимал, что происходит, однако не переставал удивляться, что до сих пор не возникло потребности использовать ингалятор. Единственное, за что мальчик действительно переживал, отбиваясь от одного из приятелей Генри, это за невредимость находившегося за его спиной Ричи. — Что вы себе позволяете! — раздался пронзительный женский крик откуда-то сбоку, и Эдди развернулся, пропустив удар в солнечное сплетение. На подкашивающихся ногах, опустившись на пол, он прижал рукав рубашки к разбитому носу, чувствуя, как боль пульсирует где-то в висках. Ох, сегодня ему точно не избежать серьезного разговора с любимой мамочкой. — О черт, Эдс, ты в порядке? — взволнованный голос опалил ухо горячим дыханием, а сам Ричи обнял друга за плечи. В глазах плясали мушки, к горлу подкатывал недавний обед, и Эдди даже не обратил внимания на раздражающее «Эдс», потому что сейчас он точно не в порядке. Хоть Эдди и защитил друга, но ввязываться в драку, имея лишь приблизительное представление об истинном значении этого слова все-таки не являлось хорошей идеей. Где-то поблизости продолжал вещать искрящий яростью женский голос, и это жуть как странно, но сейчас он действительно успокаивал. — Эй! Эдс! Эдс! Твою мать… Кажется, Ричи пытался привести его в чувства энергичными потрясываниями, но голос друга увязал и словно тонул в густой карамели. Лишившись всякой власти над собственным телом, Эдди блаженно закрыл глаза и провалился в спасительную темноту, где отсутствует боль, встревоженный Ричи, и женский голос где-то на заднем плане.

***

Темно. Распахнув глаза, Эдди зажмурился от яркого света и судорожно втянул носом затхлый воздух. Это был воздух его собственной заваленной всяким хламом гостиной. Эдди всегда считал это странным. Он вроде как аллергик, но мать, обычно переживающая из-за всякой ерунды, никогда не была озабочена уборкой собственного жилища достаточно хорошо. Именно поэтому здесь было так пыльно и уныло. Скорее всего, ей позвонили сразу же, как Эдди отключился, и она моментально забрала бессознательную тушку нерадивого сына домой. — Я не могу поверить, что ты наконец-то очнулся, — облегченный голос Ричи разрезал тишину, в которую вновь, незаметно для самого себя, начал погружаться Эдди. Заставив себя приложить некоторые усилия, он принял сидячее положение, смиряя взволнованное лицо друга расфокусированным взглядом. — Как долго я был в отключке? — На самом деле не так долго, как тебе могло показаться. Не более трех часов. Эдди кивнул, сканируя друга уже более осмысленным и заинтересованным взглядом. — Где твои очки? — В рюкзаке валяются, — неопределенно махнул рукой Ричи. — Ненавижу их. Быстрее бы удалось перейти на линзы. Несмотря на то, что Ричи попытался это скрыть, Эдди увидел, как друг в один момент поник головой. Раньше Эдди не представлялось возможным нормально задуматься над этим, но неужели Ричи, кто-то столь развязный и безбашенный, действительно может комплексовать из-за очков и собственной дальнозоркости? Генри с отморозками, судя по всему, только подлили масла в огонь. — Послушай, я знаю, это мало утешит, но мне нравятся твои очки, — низко опустив голову и нервно затеребив край одеяла, пробормотал Эдди. — В них ты выглядишь солиднее и не кажешься таким идиотом, каким являешься… Какое-то время мальчики обескураженно молчали, но как только Ричи осмыслил, что кажется, таким образом друг пытается сделать ему неловкий комплимент, губы сами растянулись в широкой улыбке. — Тебе невероятно повезло, что я не являюсь твоей потенциальной девушкой, потому что этот комплимент ужасен! Пробормотав что-то несвязное, Эдди с преувеличенным интересом принялся считать ромбики на одеяле, и Ричи готов был поклясться, что видел, как у друга запылали даже уши. Перед ним точно тот же человек, что пару часов назад так самоотверженно ринулся в заранее проигранную драку? Воспользовавшись тем, что сейчас Эдди смущен не меньше его самого, Ричи вздохнул как можно глубже: — Эдс, — аккуратно и очень напряженно начал он, но поймав внимательный взгляд друга, выпалил, — спасибо, что заступился за меня! Ты не представляешь, насколько это важно! Покраснев еще сильнее, хотя несколько мгновений назад Эдди был уверен, что это невозможно, он с удвоенной силой принялся терзать пальцами несчастное одеяло, и сам не заметил, как ладонь Ричи накрыла его собственную. — Правда, спасибо, а еще я рад, что кому-то нравятся мои отвратительные очки… — Они не отвратительные! Они тебе идут! — горячо возразил Эдди, и вновь покрылся жгучими красными пятнами смущения.  — Как скажешь, — отведя глаза, пробормотал Ричи. Ричи всегда казался слишком поверхностным и вульгарным, но сейчас, когда он так осторожно массировал и поглаживал руку друга, словно боясь, что тот разозлится и вырвет ее, Эдди точно был готов сменить гнев на милость. — Кстати, хочешь узнать, как я ублажал твою маму, чтобы она разрешила мне остаться здесь, пока сама уехала за врачом? Нет, все-таки когда речь идет о Ричи, с выводами торопиться определенно не следует…