Чувство боли

Мне кажется, я открыл глаза слишком широко. Страшно до невозможности, наверное, он даже слышал бешеное биение моего сердца. Что я должен делать в такой ситуации? Подчиняться или же продолжать сопротивляться? Хоть на вид Юнги и был достаточно хрупким, но явно занимался спортом, потому что он очень сильный. Я попробовал вырваться из его хватки ещё несколько раз, но каждый раз парень прижимал меня обратно к холодной стене. Но мне нельзя расслабляться. Я напрягал все мышцы в своём теле, но никакого результата. — Расслабься, ты делаешь только больнее. Если не успокоишься, то мне снова придётся тебя отключить. — Снова? Да какого черта тут происходит? — я не чувствовал ничего кроме ярости, всё моё лицо пылало. Кто он такой, что возомнил о себе и, главное, что собирался со мной делать? — Успокаивайся. Не думал, что ты такой непослушный. Сколько мне опять придётся ждать, пока ты очнёшься? Так что давай, помоги мне, будь хорошим мальчиком. Я сделал всё наоборот — всё больше и больше проявлял сопротивление, а в какой-то момент у меня даже получилось почти оттолкнуть Юнги. Создавалось ощущение, что я точно птица, которую заперли в клетке. И чёрт, он был прав, каждый рывок приносил мне всё больше боль. Моя спина уже начинала болеть от ударов об стену. Через какое-то время безмолвной битвы, я сдался. Просто расслабился, будто в один момент все силы покинули меня. — Молодец, а теперь следуй за мной, — он опустил мои руки вниз, но при этом продолжал держать за запястья. «Он ведёт меня к кушетке, чёрт, снова такая же кушетка», — забилась лихорадочная мысль в моей голове. — Ты что, не мог убить там меня? Зачем тащить через всё здание? Отпусти меня, ненормальный! — Нет, я не мог там тебя убить. Вообще не собирался тебя убивать, даже мысли такой не было. А то помещение… ммм… не подходит. — Мне без разницы, что ты задумал, и зачем я тебе нужен, просто отпусти! — я рванул свои руки со всей силы, что у меня осталась после борьбы. И мне удалось вырваться! Я тут же бросился к двери, но моя радость была недолгой. Юнги обхватил меня руками сзади, и теперь держал очень крепко. — Тебе лучше не сопротивляться. Могу гарантировать, что это бесполезно. Или ещё раз повторить? — от его голоса стало холоднее на пару градусов. Я заглянул ему в глаза, но Юнги уже дотащил меня до зловещей кушетки, ловко уложил и кожаные ремни снова впились в уже образовавшиеся кровоподтеки. — Мерзко и больно. Отпусти меня. — Я даже ещё не начинал. Знаешь, всё-таки ты отличный экземпляр — достаточно чувствительный, а твоё ощущение боли очень яркое. — Тут любой бы завыл. Давай уложим тебя на моё место. — Тихо-тихо. Я когда-то был на твоём месте, был таким же глупым, как и ты, но всё уже давно изменилось, — Юнги надел халат и перчатки, пододвинул столик поближе, и стал набирать в шприц какой-то препарат. В этот момент мне стало по-настоящему страшно — я не мог знать, что там. — Если всё получится, то, возможно, ты больше никогда не почувствуешь боли, разве это не круто? — Не круто. Круто было бы, если я был бы дома. Парень молча поднёс шприц к моей руке и проколол кожу, медленно вводя горячую жидкость. Я почти моментально почувствовал, как сознание мутнеет. Юнги казался медлительным, а его силуэт размытым. — Придётся тебе побыть в таком состоянии, потому что много болтаешь. Но не бойся — это ненадолго, скоро пройдёт, — казалось, что мой мучитель говорит очень медленно, растягивая слова. Он оказался прав — больше болтать у меня не получалось. Создавалось ощущение, будто из меня высосали все силы, и единственное, что я сейчас пытаюсь сделать, так это окончательно не потерять сознание. — За боль отвечают определённые участки мозга, есть несколько способов унять её, — повествовал Юнги. — Первый — это самый простой способ — принять обезболивающие. Оно может заглушить вспышку боли в твоей голове, и ты перестанешь чувствовать боль. Второй способ, немного странный и самый бесполезный — это перенести источник боли в другое место. Недолговременный способ, но это может отвлечь от сильной боли. Минус в том, что потом будет вдвойне больнее. И третий способ — это удалить часть мозга. Ту, которая отвечает за боль. У некоторых людей, кстати, она иногда отсутствует с рождения. Хочешь выбрать какой-нибудь из этих вариантов или будешь терпеть? О! Забыл сказать, обезболивающих у меня нет. Я чётко слышал, что он говорит, но не понимал зачем мне эта информация. Что-то подсказывало мне, что сегодня я побываю на нескольких кругах ада, и мне повезёт, если вообще останусь жив. — Молчишь. Мне нравится молчаливые, — наклонился надо мной Юнги и продолжил. — Всё-таки ты очень красивый. Похож на куклу: идеальные черты лица, бархатистая кожа и живые глаза. Я всегда любил играть с куклами. Юнги провел рукой по моей щеке и остановил пальцы на губах. Я смотрел в его глаза, такие пустые и холодные, как и его ледяные пальцы. Всё внутри меня замерло. Я правда был напуган, но он позволил мне вздохнуть, отойдя в противоположную часть комнаты. Восстановить дыхание оказалось непростой задачей, потому что неизвестность пугала больше всего на свете. Но ведь он сказал, что не собирается меня убивать. Может, это просто игра, и мне стоит сыграть с ним в неё? Но, чёрт возьми, что ждать от этого психа? Оставалось только верить в лучшее и терпеть боль — второе казалось непосильной задачей. Сделав что-то на столе, Юнги достал из шкафчика какие-то инструменты и направился в мою сторону. Оставив всё, что взял на столике возле кушетки, Юнги пододвинул высокий стул и сел, снова принявшись рассматривать меня. — Знаешь, я всё-таки уверен, что ты идеальный экземпляр. Поверь мне, я не испорчу тебя, потому что всегда работаю превосходно. Теперь понимаю, почему именно меня отправили к тебе, — он расстегнул несколько первых пуговиц на моей рубашке. По коже пробежал холодок. Юнги убрал ремень, который фиксировал мне плечи, и на секунду я почувствовал облегчение. Но парень в тот же момент зафиксировал мою шею, вызвав тем самым глубокий вздох. Стало тяжело дышать. Мучитель скинул рубашку с моих плеч, оголив ключицы, и стал водить по ним рукой. Я невольно вздрогнул, а все раны неожиданно заныли с новой силой. Перед глазами было уже не так мутно, а движения парня не такие замедленные. Даже его голос не раздавался теперь словно издалека. Кажется, действие лекарства подходило к концу, но сколько времени успело пройти? Мне казалось, что я лежу здесь уже целую вечность. — Точно, чуть не забыл, — Юнги надел перчатки и взял со стола ампулу со шприцем. Он медленно набрал жидкость, обработал место укола, по ощущениям где-то возле шеи, и издевательски медленно проколол кожу, вводя жидкость. — Это антибиотики, чтобы не было заражения. — Ты серьезно? — я нашел силы и, кажется, мог снова говорить. — О, ты пришел в себя. Но только много не болтай, пока я тебя о чём-либо не спрошу. Иначе ты знаешь, что я с тобой сделаю, — Юнги вытащил иглу, кидая шприц куда-то на пол. — Что ты делаешь? Что тебе нуж… — Шшш, — парень прислонил палец к моим губам, не давая мне договорить. — Я просил тебя не разговаривать, пока я не задам вопрос. Парень продолжил водить пальцами по моей коже на шее и ключицах, задумчиво разглядывая каждый её сантиметр. Мне казалось, что я чувствовал его дыхание. Оно было горячим, что крайне удивляло. Я думал, будто он правда какой-то ненастоящий, эфемерный. Его ледяные руки совершенно не сочетались с обжигающим дыханием. От этой мысли по коже пробежалась стайка мурашек. — Какая милая реакция, — Юнги улыбнулся и оторвал руку от ключиц. — Кажется, я придумал. Парень резко развернулся к столику. Я не мог видеть, но я слышал, как он распаковывает что-то. Слышал звон метала, отчего моё сердце пропускало удары. Я закрыл глаза и глубоко выдохнул. Мне было страшно. Слёзы хлынули из моих глаз — удержать их никак не получилось. Юнги молча вытер их. Я открыл глаза и увидел тонкий металлический предмет, который быстро исчез из моего поля зрения. А парень вновь склонился над моей грудью. Я тут же закрыл глаза.