Только маме не рассказывай

Проблемы у Кита начались, когда его мать застукала его на Широ. Коленка Кита на Широ, ладони Кита на Широ, волосы Кита на Широ, язык Кита на Широ. Широ на 3894 км от земли по ощущениям и со своими руками на заднице Кита. Картина, блядь, маслом. – Ой, – совсем не сожалея выдаёт Кит и совсем не отодвигается от Широ. Только выворачивает шею, глядя на мать. – Черт, – сожалея выговаривает Широ и отодвигает от себя Кита. Проблемы у Широ начались ещё раньше. И даже не в тот момент, когда он познакомился с прекрасной Лорой. И даже не тогда, когда между ними завязался ненавязчивый флирт, который перерос в такой же ненавязчивый роман. Лора была старше на 10 лет. Не замужем, и очаровала Широ своей жаждой нового, лёгкостью и при этом мудрой такой адекватностью. Она была слишком хороша для своих тридцати шести, рассудительна, и её кокетство было очаровательно и тонко. Она была хафу, наполовину японка, наполовину американка. Даже её фамилия говорила о японском происхождении. Короче, Широ повелся. Она как-то сказала ему, что у неё есть совершеннолетний сын, и это Широ особо не напрягало. Семейные ужины они не собирались устраивать, так же как и воссоздавать традиционную здоровую ячейку общества. Это, в целом, было похоже на курортный роман, который на неизвестно сколько затянется. А проблема-то вылезла ровно в ту секунду, когда заспанный парень появился на кухне в одних трусах, на которых была желто-розовая надпись "candy ass". Широ не планировал оказываться в доме Лоры прошедшей ночью. Она уверяла, что сына не будет, что он практически и не живет дома и что они будут одни. Если быть совсем честным, то он даже и не хотел быть знакомым с ним. – Широ, – Широ протягивает ладонь для рукопожатия. – Та знаю, – ведёт плечами парень с ещё севшим ото сна голосом, – Кит. И не тяни. Я не буду пожимать. Мало ли, где эта рука была ночью. Он зевает и включает кофемашину. Широ неловко отпускает руку, хочет не смотреть на Кита, но смотрит, на спутанные черные волосы, красивую линию позвоночника и на эту восхитительную задницу. Характер у парня явно был не такой кэнди, как его эсс. Широ прикусил губу и опустил голову, продолжая потягивать свой кофе. Что вообще за дела. Присутствие Кита на кухне если не напрягало, то как минимум смущало. Комментарий про его руку, которая была непонятно где этой ночью, не вылезал из зоны обдумывания. Но кто такой для него Широ, чтобы заявлять: "Что вы себе позволяете, молодой человек!" Да и едва ли он имел право так говорить после рассматривания его филейной части. Кит возился, негромко шумел посудой, лязгал холодильниками, изредка что-то невнятное бормотал. Зашумела кофемашинка и запахло кофе. И чем дольше Кит возился, тем более неловко становилось Широ. Просто потому что вот он сидит тут, как какой-то лишний предмет интерьера, на чужой кухне, не пытается даже поддержать минимальный диалог и нет-нет, но да рассматривает фигуру парня. Волшебно! На кухне появляется Лора и слегка буксует в дверях кухни, увидев сына. – Ох, Кит... я думала, ты не появишься сегодня, – в её голосе нет недовольства или обвинения, скорее просто интерес и немного удивления. – Я вижу, что ты так думала, – отвечает он, слегка мотнув головой в сторону Широ. – Кит! – укоризненно отвечает она, но Широ видит на её лице полуулыбку. – Ладно, я к себе, – Кит забирает чашку кофе, ещё небольшую мисочку с тайным содержимым и намеревается поступить как и сказал, – а то он смотрит на мой зад. Пиздец... Челюсть Широ собирается поздороваться со столешницей, и скорее потому, что возмущение максимально распирает его, и пусть даже это чистейшая правда. – Неправда, – говорит он как можно более спокойно. Кита уже на кухне нет, а Лора, вопреки ожиданиям, начинает заливисто смеяться. – Видел бы ты своё лицо, Широ, – она подходит к нему, целует в щеку и отпивает немного его кофе, – оу, слишком горький. Ты не обращай внимания на Кита... он у меня... чудной. Чудной. Широ придумал бы другое слово. *** Вторая встреча случилась аккурат через неделю, когда Широ заехал за Лорой, её не было, но был Кит. Честно, Широ подождал бы в машине, ему не сложно же. Сложно не рассматривать эту задницу и... всего Кита. Он куда-то явно собирался, искал что-то в гостиной. Кожаные штаны обтягивали его ляжки, а короткая куртка открывала поясницу с ямочками. Трижды проклятыми ямочками! Менее помятый Кит был как... как кто-то, на кого у Широ непременно должно вставать. Широ сморгнул, прогоняя наваждение, прогоняя ляжки, поясницу и невероятно красивое лицо Кита из воображения. Кит иногда криво улыбался, глядя в его сторону, иногда просто что-то озабоченно ворошил, набирал на телефоне сообщения, и Широ не представлял, как вообще можно быть таким красивым. И чудным. – А ты неоч разговорчивый, – бросает он из гостиной. – Или тебе слишком сложно формулировать мысли и смотреть на меня? – он хитро улыбается и подпирает плечом дверной косяк. Широ хотел бы придумать остроумный ответ, но... нет, не потому, что Кит прав, Кит не прав ни разу, что за вздор, Широ просто взрослый человек, который не станет реагировать на очевидные провокации проблемного подростка. И много думающего о себе подростка. – Не хочу утруждать и себя и тебя пустыми разговорами, – отвечает он и надеется, что звучит максимально непринужденно. Кит всё хищно скалится, ведёт подбородком, а потом его взгляд цепляется за окно – и с лица спадает вся хищность и сменяется восторгом, почти детским восхищением. – Воу, это твоя тачка?! – весь диалог до этого становится ещё более глупым и наигранным, Широ одергивает себя и ругает, что так легко повелся. – Моя, – просто отвечает он, следя за взглядом Кита. Действительно его. – Охренительно! Прокатишь как-нибудь? Широ реально перестает понимать, это очередная уловка, провокация, или он сейчас абсолютно серьёзно. Если честно, перспектива "как-нибудь" оказаться с Китом в замкнутом небольшом пространстве весьма... пугает. Потому что Широ не уверен, сможет ли достоверно спрогнозировать исход такой поездки. – Прокачу... как-нибудь, – добавляет он, усмехаясь. – Эй, вообще-то я серьёзно хочу! Ну, прокатиться. Уточнение делает из этого диалога полный пиздец. – А может и не только, – снова криво улыбается Кит, и ему, черт возьми, эдакому засранцу, ни капельки не стыдно и вполне себе! Ладно, думает Широ, окей, думает Широ. – Извини, петь детям колыбельные перед сном в мои планы не входит. Кит ни капельки не задевается, а смешно выпячивает нижнюю губу, хотя глаза, черные глаза хитрые-хитрые.... – Строгий папочка... Широ знал! От ответа его спасает звук входящего сообщения у Кита на телефоне, на который тот сразу же отвлекается. – Оу, мне уже нужно бежать, – объявляет он, не поднимая от экрана взгляд. Он добирает до конца сообщение или что бы там ни было, суёт его обратно в задний карман и, грациозно оторвав себя от дверного косяка, подходит к Широ слишком близко. – Приятно было... поболтать, – он кусает нижнюю губу, и Широ чувствует, как чужая ладонь сжимает его зад. Он хочет словить Кита за предплечье, но не успевает. Тот отходит, словно волна, мягко и неуловимо, хватает свой рюкзак и исчезает за дверью. Широ остается наедине с мыслями, адреналином и ощущением чужих пальцев на заднице. *** Второе и третье входящие сообщения на телефоне игнорировать было уже сложно. На первое сообщение Широ не обратил внимания, потому что они с Лорой, и доставать отвечать было неприлично, да и не особо хотелось. – Посмотри, может что-то важное, – мягко улыбнулась она, делая глоток вина. Пока Широ думает, отказаться или нет, приходит четвертое сообщение, и пятое, и шестое, и седьмое. – Пожар, видимо, – говорит Лора, с её губ не сходит лукавая улыбка, и Широ её почти узнает. Он достаёт телефон и смотрит сообщения. 19:23 Эй, когда будем кататься? 19:28 Эй 19:31 Я знаю, чем ты занят))))) 19:31 Пс 19:31 Пс 19:31 Пс 19:32 Пс пс пс пс пс пс – Пожар, – вздыхает Широ. Нетрудно догадаться, откуда у Кита его номер. И нетрудно догадаться, почему он пишет именно сейчас, – но ничего того, что могло бы быть важнее тебя. Широ отключает звук и откладывает телефон. – Ты такой джентльмен, – говорит она, и Широ старается перестать прикидывать, когда будет возможность ответить этому засранцу. *** Номер Широ сохраняет, чтобы знать, когда не отвечать, если звонит "Чудной". Звонок застаёт Широ на работе. Широ тяжело и страдальчески вздыхает и жмет на ответ. – Маман ходит довольная, – начинает Кит, и Широ слышит, как лоснится его голос. – Что ты хочешь. – Покататься. Не только на твоей тачке. – Я кладу трубку, – говорит Широ, потому что это начинает его уже порядком подбешивать. – Стой-стой! Не клади! – Широ кажется, или он действительно слышит в голосе Кита вину? Скорее всего, кажется. – Я перегнул, больше не буду... Я... знаю, что ты работаешь в "Monolith Productions". Обожаю эти игрушки! Хочу хотя бы одним глазком в ваш офис. – С какой это радости? – Широ вскидывает бровь, хоть Кит и не может этого увидеть. – Мне казалось, мы поладили. – Тебе показалось. – Это за то, что я пощупал твой зад? Ну извини, слишком велик был соблазн. Больше не буду, наверное... – Всего хорошего, Кит, – говорит Широ и кладёт трубку. – Кто это? – спрашивает Пидж, которая сидит за соседним столом и уже какой день рисует дракона для новой игры. Широ примерно пару секунд думает, стоит говорить или нет, но потом решает, что это Пидж, она не только коллега, но и давняя подруга, которой можно доверять. – Сын Лоры, – отвечает он. – И чё он хочет? – Без малейшего понятия, – говорит Широ и больше не хочет это обсуждать. *** К следующей субботе Лора присылает сообщение, что на выходных дома, потому что проект к фестивалю горит, и Широ не без удовольствия собирается провести выходные в одиночестве. В час ночи Широ опять застаёт звонок, он ещё не спал. – Забери меня, – слышит он глухой голос Кита, о существовании которого Широ стал забывать. – Что? – Забери меня из клуба. Широ слегка вводит в ступор такая просьба и положение вещей. – Какого ещё? – спрашивает Широ. – Тебе просить некого? – Да не могу я! – Кит раздраженно шипит, но больше не из-за Широ, а из-за своего положения вещей. Широ слышит, как он судорожно выдыхает и начинает негромко говорить. – Если мама узнает, что я опять подрался в клубе, она меня убьет. Широ пытается представить Лору, которая хотела бы убить хоть кого-то, и не может. В те редкие моменты, когда она говорила о Ките, в её голосе была безграничная любовь, и Широ не понимал, за что ей такой Кит. А сейчас Широ не понимает, за что ему это всё. – Я, эм... без документов, и тут не верят, что я совершеннолетний, – Кит как-то совсем глухо это говорит, и Широ понимает, почему, и начинает ржать. – Так а я тут при чем? – спрашивает он, пока слушает недовольное сопение парня. – Ну... – Кит совсем тушуется, – мне из взрослых больше некому звонить. А мудак охранник сказал, что или меня забирают, или в обезьянник на трое суток, я не хочу туда! – Взрослых? Только не говори, что... – Широ даже не договаривает, настолько это кажется ему абсурдом. А ещё он не договаривает потому, что слышит на заднем плане обрывочные голоса и что-то вроде "эй, парень, не вздумай дать дёру". "Отъебись", – орет Кит в ответ. "Поговори мне тут – и тебя даже папик из участка не вытащит". "Да пошел ты!" – Широ, клуб "МайТай"! – и Кит бросает трубку. Пять минут Широ сидит и убеждает себя, что никуда не пойдет, пять минут думает, как звучит его имя из уст Кита, и за минуту собирается и выходит из квартиры. У входа в клуб много людей. В основном шумные компании, которые курят, громко говорят и целуются. Кит на этом празднике жизни выглядит не очень довольным. Его под локоть держит огромный бугай, и у Кита совсем нет шансов вырваться. Широ подходит ближе, и когда Кит его замечает, пытается вернуть себе руку. – Да отцепись ты! – шипит он, и когда Широ легонько кивает охраннику, тот его выпускает. – Ваш? – гнусаво спрашивает он. – Мой, – коротко отвечает Широ. – Держите этого дикого при себе, в следующий раз так легко не отделается. Широ смотрит на разбитую губу Кита, на ссадину на скуле, стёртый след на другой, такой же кровоподтёк на лбу, у самой кромки волос, и думает, что "легко отделался" – явно не этот случай. – Ясно, – опять кивает Широ и понимает, что совсем не выглядит как заинтересованный... родитель. – Извините. Он опять кидает взгляд на Кита, и тот выглядит так, словно вот-вот опять кинется в драку. Охранник неопределённо машет рукой, типа "скройтесь с глаз", и теряет всякий интерес к происходящему. Широ не знает, что делать. – Ну, и что с тобой делать? – спрашивает он, когда они отходят на пару метров. Кит шмыгает носом и действительно выглядит на 16. Несмотря на низко посаженные джинсы, кожанку и короткий топ под ней. Хотя, возможно, именно поэтому он и выглядит ещё младше. Широ старается не рассматривать его слишком очевидно. – Не хочу домой, – говорит он. – Поехали, нужно обработать твои раны. Кит останавливается и смотрит на него, иногда моргая, как тупой совёнок. – И можешь потом валить куда хочешь, – добавляет Широ. Кит отмирает и начинает тихо посмеиваться до того заразительно и чарующе, что Широ и сам непонятно почему не может сдержать улыбки. Кит смеётся, а потом ойкает, поднося пальцы к рассеченной губе. – Поехали, – отвечает наконец он, – ты же на своей клёвой тачке, да? – Да. – Есс! – Кит выглядит очень счастливым для того, у кого всё лицо измазано кровью. Они едут в машине молча. Широ говорить не хочет, и он благодарит всех богов за то, что Кит тоже. Он увлеченно рассматривает салон и постоянно ёрзает, Широ это замечает боковым зрением, даже не глядя на него. – Пс, – произносит вслух Кит и говорит, не дожидаясь ответа, – ты... только маме не рассказывай, окей? – Что именно? – Ну... всё? – больше вопросительно говорит он. – Вообще всё-всё. Широ понимает, что под "всё-всё" Кит подразумевает даже их общение, если можно так сказать. Как бы Широ ни отрицал и ни отказывался от такового, он уже догадывался, что от Кита так просто никуда не деться. – Ладно, – кивает Широ и не понимает, почему он это делает. Он знает, что это и в его интересах тоже. И Кит это знает. Кит тыкает на панель магнитолы, и начинает играть музыка с местной радиоволны. Он листает каналы, пока не останавливается на одном из них. – О, – Кит широко улыбается и делает громче. – Мияви*? Серьёзно? Кит прикрывает глаза и делает музыку ещё громче, так, что услышать свои мысли сложно. Широ жмет на газ, потому что под песню хочется скорости и немного Кита, потому что тот, прикрыв глаза, отрывается, сидя на соседнем кресле. Кита из клуба достали, а клуб из Кита, видимо, ещё нет. Широ иногда поглядывает на него, а он ловит его взгляд, широко улыбается, и в глазах горит пламя, которым сжигают души грешников. Это слишком. Широ изредка поглядывает на косточки над ремнем низких и отвратительно узких джинсов, и на пальцы, которые изображают игру на гитарном грифе, и на шейные позвонки, которые видно, когда он наклоняет голову слишком низко, чуть ли не согнувшись над острыми коленками. Только изредка поглядывает. В большей степени он всё-таки следит за дорогой и своей эрекцией. Пока всё под контролем. Всё под контролем, когда они приходят в квартиру Широ, где горит свет и всё так и осталось, как и было час назад, словно выходили на минут пять. – Я думал, будет более задротски, но мне всё равно нравится, – комментирует Кит. Широ идет за аптечкой на кухню и думает, что не хочет на это отвечать. – Сам справишься? – он протягивает аптечку Киту, который рассматривал полки с фигурками из их серии игр. – Да? – опять вопросительно отвечает Кит и берёт аптечку, словно ему в руки дают часовую бомбу. – Ванна там, – показывает Широ и наблюдает за Китом, который, кажется, и аптечку-то в руках в первый раз держит. – Ага, – запоздало отвечает он и топает в ванну. Широ сначала думает пойти дальше заниматься своими делами, но идет за Китом, который оставил дверь нараспашку, и наблюдает за его спиной, стоя снаружи. Кит кладёт аптечку на столешницу под раковиной, и Широ слышит звук отклеивающейся липучки на его перчатках. Кит возится и шипит от боли не больше минуты, и Широ не выдерживает и подходит, разворачивая Кита к себе. У того перчатки всё ещё на руках, только липучки в разные стороны торчат. – Кровь засохла и всё нахрен прилипло, – говорит Кит, ковыряя ногтем липучку. Широ смотрит на длинные пальцы и тяжело вздыхает, кажется, что "за что мне это всё", а на самом деле "как же я хочу тебя". Кровь бухает в висках, и Широ, кажется, оглушен. Он включает воду, чтобы заглушить этот звук напором воды, и отводит взгляд от рук Кита. – Под воду, – говорит он коротко. – Испорчу же, – бурчит Кит и суёт руки в перчатках под струю воды. Через несколько мгновений по пальцам начинает бежать красная вода, и Кит тут же достаёт руки из-под воды и уже менее болезненно стягивает перчатки. Костяшки пальцев, кроме мизинцев, почти полностью сбиты, и выглядит это жутко. Кровавое месиво. – Больно? – спрашивает Широ и открывает аптечку, доставая оттуда перекись и вату. – Нет, – качает головой Кит и суёт руки опять под воду. Кровь смывается, и всё выглядит и впрямь не так плохо. Широ смотрит на поджатые губы Кита, пока тот моет руки, и думает, что тот врет. – Я... могу и сам, – говорит Кит и выключает воду. Вопреки своим словам поворачивается к Широ лицом и не делает ровным счетом ничего. Широ молча наливает перекись на вату и поднимает руку на уровень лица Кита, мол, держи. Но Кит всё ещё смотрит слегка осоловевши, и всё ещё, видимо, пьяно, и припадает головой к пальцам Широ, которые сжимают вату. Он прижимается губами к вате и тут же мотает головой так, чтобы она мазнула по ушибу и подбородку. Широ всё ещё держит так руку, не в силах пошевелиться, потому что на кончиках пальцев губы Кита. Тот продолжает "бодать" его руку. Прижиматься скулами и лбом, потом опять губой и прикрывать глаза, когда кожу щиплет. Широ всё кажется таким сюрреалистичным и странным, что он так отчаянно хочет разбить вдребезги этот момент. Хочет разрушить его, чтобы напряжение в воздухе так не искрило и не звенело, чтобы он не думал, что может позволить себе больше, чем ловить пальцами скулы Кита, больше, чем смотреть на его разбитые губы, и больше, чем так сильно чувствовать его запах вперемешку с алкоголем и сигаретным дымом. Но ничего не получается. В ванной комнате, под напором воздуха и шального взгляда Кита, рушится только самообладание Широ. Он кидает в раковину вату и притягивает Кита к себе за шею, впиваясь в его рот, словно этот поцелуй мог бы помочь запить раскалённый воздух. Кит тут же несдержанно мычит в поцелуй, и Широ чувствует его руки у себя на шее и дрожь его тела. Он целует и целует Кита и жадно и глубоко, а тот поддаётся и льнет, но отвечает с таким же напором. Целоваться с Китом – это как сходить с ума. Крышесносно. Охуенно. Когда воздуха не хватает, Широ выдыхает через рот, разрывая поцелуй, но не отодвигаясь ни на миллиметр. Он несильно кусает губу Кита, проходит языком по ране, а тот только сжимает пальцы на его шее и хмурится, выгибается так, чтобы прижаться ещё плотнее. – Пиздец, это пиздец, – шепчет в губы Кит и снова целует, потому что ему мало, потому что не хочется, чтобы это заканчивалось, хочется, чтобы это длилось как можно дольше и, желательно, бесконечно. Широ слегка толкает Кита, чтобы прижать его к столешнице. – Бляяять, а! – выдыхает Кит, когда Широ прижимается губами к его шее. – Ты же просто мммм.... сссука! Я же, думал, кончу, когда ты сказал "мой". Широ кусает его у основания шеи, потом задирает ему топ к самым ключицам и накрывает губами его сосок, и гладит руками по телу. Кит жилистый, гладкий, тёплый. Дрожащий. Хотелось ответить на это, но Широ трясло и знобило. Внутри коротило, замыкалось, и он чувствовал, как изнутри ломается. – Зачем ты есть такой вообще? – бормотал Широ, дрожащими пальцами расстёгивая ширинку на блядских драных джинсах Кита. – Какой такой? – лукаво отвечает Кит. Широ поднимает на него глаза и снова целует в его смеющийся рот. – Чудной, – отвечает Широ и опускается на колени, стягивая с Кита эти ужасно узкие джинсы. Нахрена вот это вот всё, думает он. А потом он видит это. Когда оттягивает резинку трусов ниже. Татуировка на латинском "запретный плод сладок". Широ очередной раз поднимает глаза и очень надеется, что в его взгляде читается "ты ебанутый?" Широ и правда не выдерживает. Какая же, черт возьми, тупость, но какая же правдивая и жизненная. – Мне было шестнадцать, – говорит Кит, и это действительно многое объясняет. Широ стягивает трусы Кита до коленок и молится, чтобы не увидеть там ещё каких татуировок. Видит он только эрекцию парня и уж не знает "слава богу" это или нет. Рот наполнился слюной, аккуратный розовый член качнулся, и Широ взял его у основания и провел языком по всей длине. Кит сверху подавился воздухом и опять долго замычал, переходя на стон, одна его рука лежала на затылке Широ, а вторая сжимала его плечо чуть ли не до боли. Широ сначала слизал капельку смазки, которая блестела на вишневой головке, потом обнял её губами, вобрал её в рот, покатал на языке и стал сосать. Кит едва-едва ощутимо двигал бёдрами и иногда матерился вполголоса. Собственная слюна стекала с подбородка, глаза слезились, но Широ вообще ни на что не обращал внимания, продолжая двигать головой, пытаясь взять глубже. Он помогал себе рукой, несильно сжимая и разжимая мошонку, и Кит практически скулил и шептал его имя. Широ выпустил член изо рта, поводил по нему рукой, стёр второй слюну с подбородка и тыльной стороной ладони отвел немного колено Кита вбок. Всё равно его джинсы уже давно были опущены до щиколоток. Кит шумно выдохнул сверху и положил свою ладонь поверх ладони Широ, которая медленно водила по его члену. – Ты охренительный, – сказал Кит, глядя сверху вниз на Широ, – не думал, что ты можешь на два фронта. – Не у одного тебя бурная юность. Прогнись. – Конечно, – сладко произносит Кит и прогибается, чуть наклоняясь вперёд. Широ повел рукой вверх по внутренней стороне бедра Кита, нашел пальцами его вход и помассировал. Потом опять взял его член в рот, продолжая сосать. Пальцами он все ещё трогал его вход, погружая средний палец только на одну фалангу. – Широ, – сдавленно простонал Кит и дёрнулся, пытаясь насадиться ещё больше. Широ протолкнул палец глубже, как и он и хотел. Внутри было влажно, тесно и очень горячо. – Ещё, Широ, ещё ааааааа блядь! Он выпустил член Кита изо рта и стал второй рукой медленно водить по всей длине, от основания до самой головки. Одновременно с этим он добавил второй палец и вновь взял член в рот, сжимая губы и слегка стискивая зубы. Кита берёт крупная дрожь, он рычит, оставляет следы от ногтей на плечах Широ и кончает ему в рот. Широ достаёт пальцы из заднего входа Кита, тот опять вздрагивает и опускается на пол, сверкая острыми коленками. – Охуеть, – говорит он и улыбается, опять пьяно и расслаблено, – охуеть, про это ТОЧНО маме не рассказывай, – повторяет он, а Широ тянется к нему за поцелуем. Кит вылизывает ему рот, тяжело дышит через нос, но не отрывается, стряхивает со щиколоток джинсы с бельем и придвигается ближе, опуская руку на пах Широ. – Моя очередь. А потом ты мне покажешь свою спальню. А то я без колыбельной не засну. – Посмотрим на твое поведение. – Поздно уже на него смотреть, – смеется Кит и расстёгивает ширинку на джинсах Широ. *** Будит Широ телефонный звонок. – Я тебя разбудила, – Лора не спрашивает, а констатирует факт. Широ поворачивает голову, смотрит на сопящего рядом Кита, смотрит опять в потолок и отвечает: – Как и обычно, – отвечает он как можно теплее. Лора всегда его будила по утрам и ему это нравилось. – Как ты? – Всю ночь работала, а сейчас еду в галерею. Извини, что так вышло с выходными, – Широ опять смотрит на Кита. И Широ, черт бы его побрал, чувствует вину! – Ничего, – говорит он негромко, – это тебе важно. – Я знала, что ты поймёшь. Как твои выходные? – Слушай, даже из дома почти не выходил. Зал и всё. Как и с тобой, только без тебя. – Передай ей, что я посидел на сменке, – вполголоса говорит Кит, который едва открыл глаза, пока Широ пялился в потолок. Широ опять смотрит на него, почти с ужасом, мол, ещё слово и, если тебя услышат, нам обоим пиздец. Кит медленно растягивает губы в довольной улыбке, и вот ему-то ничуть не стыдно. – Хочешь, я вечером заеду? Расскажу новости. – И без новостей можешь заезжать, – говорит Широ. Он видит, как Кит открывает рот, и Широ не хочет знать, что он скажет. Он протягивает руку и закрывает ладонью ему рот. – Хорошо, я к семи подъеду, удобно тебе будет? – Если хочешь, я могу за тобой заехать. – Я на такси доеду, не переживай. – Тогда жду в семь. Кит мотает головой, стряхивает ладонь с лица и тут же всасывает один палец Широ в рот. – До встречи, – говорит Лора, а Широ уже не слышит и рассеяно отвечает "ага", когда Кит берёт в рот второй палец. – Ты точно там проснулся? – смеётся она. Шершавый язык Кита скользит между пальцами, в глубине его рта мокро и тепло, и Широ уже начинает сводить от возбуждения. – Точно, – как можно более четко отвечает он и думает, что неплохо было бы что-то добавить, но не хочет и не может, пока его пальцы во рту Кита и смотрит он так, словно вот-вот предложит Широ всего себя в обмен на его душу. За которой потом церберы придут и затащат прямо в ад. И Широ готов был на этот исход целиком и полностью. Он слышит смех Лоры, невпопад что-то отвечает и отключает телефон, наваливаясь на Кита. – Дитя сатаны, – говорит он. Кит ёрзает под ним, выпутывает ноги из-под одеяла, выпускает пальцы из рта и улыбается, как, мать вашу, нельзя улыбаться, лёжа под кем-то. – Трахни меня, – говорит он и забрасывает ноги на поясницу Широ, – сначала этими пальцами. – Как скажешь, – отвечает Широ, на периферии сознания думая, когда же он успел продать ему душу. Завтракают они в час дня. Кит наотрез отказывается надевать свои шмотки и ныряет в безразмерную футболку Широ. Он даже не обращает на это внимания, подумаешь, что он, ног Кита не видел? – Кит, – начинает Широ, когда они сидят за столом друг напротив друга. – Бля, мне уже не нравится этот тон, – говорит он. – Так нельзя? Трахать сына своей любовницы, да? Не по-джентльменски? Ну, примерно это и имел в виду Широ. Кит видит это в его взгляде. – Да, так нельзя. – Ну, ситуация как ни посмотри – дерьмо, – продолжает Кит. – Что ты предлагаешь? Кроме того, чтобы слить всё маман. Широ опять молчит. Ну расскажет он всё Лоре и достойно примет смерть от её руки, потому что попади Широ в такую ситуацию – точно бы убил нахрен. Не расскажет – и совесть грызть будет. – Это был первый и последний раз, – говорит он. Кит пожимает плечами и слишком спокойно на это реагирует. Широ не понимает, какие чувства охватывают его в этот момент. – Ты любишь её что ли? – Странный вопрос после прошедшей ночи, – и да, Широ определённо не хочет отвечать прямо. – Плевать, на самом деле, – Кит отправляет в рот помидорку черри, – кого любишь, кого трахаешь. Только вот пиздеть не надо, что это было в последний раз. Сам не веришь в это. И Широ правда не верил. Расставаться с Лорой из-за перепихона с Китом было так себе затеей. Широ может и не верил, что не сможет не хотеть его, но он, черт возьми, ХОТЕЛ НЕ ХОТЕТЬ Кита. Он готов был работать над этим! Он просто хотел жить, как жил до того, как узнал парня. – Ладно, не парься. Прекратить, так прекратить, – у Кита дрогнул уголок губ, и Широ это очень не понравилось.