Месть, но не только ради себя!

POV Итачи Повернувшись спиной к своему верному другу, телохранителю Какаши. Я направился в здание. Точнее в логово зверя, самовольно иду на съедение этой твари. Страшно, ведь впереди неизвестность. Противно, потому что знаю, что будет впереди. Жалко, время, которое было, охото вернуться назад. Ступаю через порог здания и сразу направляюсь к лифту, чувствую рядом с собой человека, но оглянувшись, понимаю, что никого нет. Почему-то это чувство ни как не проходит. Захожу в лифт и нажимаю на последний этаж. Двери лифта закрываются, отрезают мне путь назад. Сколько во мне чувств сейчас? Все просто, пустота. Нет ни чего. Эмоции в этот момент самая не нужная вещь. Лифт медленно тянет мое тело к самой большой ошибке в моей жизни. Да, моя жизнь была лучшей до тех пор, пока я не потерял в один день, всех, кого любил. Все мечты, надежды, все в один миг превратилось в груду искореженного металла, с родными телами, не подающими признаков жизни. Лишь одно сердце осталось биться, больше смерть не отдала мне ни кого. Она упорно ждет меня, но я еще не сдался. Буду сопротивляться до того пока не увижу его глаза. Его чернота глаз успокаивает и приносит покой, всегда даря уверенность и заботу. Что требуется для счастья? Все просто, нужно чтобы тебя любили. Этого будет достаточно и ради этого, ты пойдешь на все. Пасть лифта открывает мне свой беззубый рот, и я иду по глотке прямо в желудок. Иду, чтобы меня переварили и выплюнули. Вот и последний рубеж моего настоящего. После, будет лишь ненависть и презрение к себе, но это меня больше не волнует. Я делаю это не ради себя. Делаю шаг в полутемный кабинет. Я знаю, что меня ждет. Конец POV Итачи Мальчик трясущимися руками стал стягивать галстук, на котором у него было желание, повеситься прямо сейчас. Узел был чуть затянут, поэтому тяжело ослаблялся. Справившись с ним, он откинул вещь и даже не посмотрел куда. Потом руки прошлись по пуговицам пиджака, которые на удивление легко выскользнули из петель. Вещь последовала за галстуком. Белая рубашка, которая так хорошо оттеняла его бледную кожу, с легким шорохом упала на пол, послышался звук расстегиваемого ремня и следом молнии. Мальчик остался в одних боксерах. Ему было противно, тело сковывало смущение, но, ни один мускул не дернулся на лице. Глаза потеряли блеск и желание жить. Два черных, пустых омута тьмы, все, что осталось от них. Он замер, не решаясь продолжить дальше. - Ты передумал Итачи – сан? – Сколько яда было в этом вопросе, сколько пошлости скрывали эти слова. Сколько презрения к стоящему человеку и сколько власти в этом несчастном вопросе. - Я от своих слов не отказываюсь, Орочимару! – Юноша, чуть нервным движение, снял последнюю надежду на злую шутку. - Теперь на четвереньки и ко мне. Медленно и размеренно. Сделай так, чтобы я тебя захотел. – Мужчина откинул волосы назад, и раздвинув ноги пошире, медленным и тягучим движением расстегнул ширинку. Он сразу показал, что требуется от Итачи. Мальчик послушно опускается на четвереньки и бездумным взглядом смотрит в глаза Орочимару. Итачи медленно начинает подползать к мужчине, чуть повиливая бедрами и пригибаясь, как кошка перед прыжком. Вот он кладет свои руки на колени ненавистного ему человека и начинает их медленно двигать к расстегнутой ширинке. Орочимару лишь улыбается, он прекрасно уже видит и чувствует свое возбуждение. Его давно никто так не заводил только своим видом, не говоря уже о действиях, а точнее движениях. Руки мальчика касаются ткани трусов и надавливают на достоинство мужчины. С уст Орочимару слетает стон, он больше не хочет игры. Ему нужен он и все остальное не имеет значение. Но посмотрев в глаза парня, он фыркает и стягивает свой галстук, быстро завязывает, такой пустой и ненужный в данный момент взгляд. Орочимару поднимает с колен Итачи и укладывает его на стол животом. Картина была очень завораживающей. У парня красивые стройные ноги, упругие ягодицы, тонкая талия и нежная бархатистая кожа. Мужчина наклоняется и начинает покрывать спину поцелуями, чуть прикусывает и оставляет покраснения, а где-то сразу алеющие синяки, которые на следующий день будут уже синими или фиолетовыми. Мужчина медленно спускается ниже и почти добирается до так желаемого места, но что-то вспомнив, протягивает руку, открывает один из ящиков стола и выуживает из его недр тюбик с кремом. Быстро натирает пальцы и уже давно затвердевший член. - Я не хочу мазаться в твоей крови, так что я буду нежен. – Он шепчет на ухо Итачи и прикусывает его, при этом он уже водит пальцами возле колечка мышц, что от нервозности хозяина сжимаются и разжимаются. Он ждет и это радовало Орочимару. Холодные и длинные пальцы, словно паучьи лапы, исследуют такое долгожданное и желанное тело. Мужчина вводит первый палец, и мальчик выгибается, организм сопротивляется и не впускает, чуть больше усилий и тесные стенки обхватывают указательный палец правой руки. Желание и лишь желание, затмевает разум Орочимару, весь мир исчезает в всхлипе боли и капельках слез, которые скатились из под галстука хозяина кабинета, когда второй палец присоединяется к пытке тела. Итачи слепо вцепляется в стол и что-то смахивает с него. Вещь с грохотом падает на пол и разлетается звонкими осколками по паркету. Мадара с замирание сердца смотрел на город и погруженный в свои мысли дернулся от звука. - Что там происходит? – Сердце предательски сжалось и пара не очень хороших мыслей проскользнули в голове. Призрак делает пару шагов и проходит сквозь стену, картина, которая перед ним возникла, повергала в шок не только его. - Отец! – Почти одними губами прошептала Ино в голове хозяина. Простите, но не могу удержаться от мрачной сцены;) Простите за задержки, на работе полный коллапс. Желание после нее лишь одно, добраться до кровати и послать весь мир куда подальше и завалится спать. Посвящаю главу своей подруги. Кавайный Мститель-Учиха Итачи прости, правда нет ни желание ни настроения, а тебе портить его я не хочу. Эта глава для тебя и только для тебя.