Ради лайков

      Киллиан, как часть группы людей на Земле, имеющих доступ в интернет и владеющих смартфоном, знает одно: все считают себя фотографами.       И с тех пор, как Джефферсон установил ему приложение Instagram на телефон и опубликовал жуткое, размытое, но по-своему памятное селфи их группы, выступавшей в каком-то баре, которое в свою очередь получило хороший отклик нахлынувших подписчиков, Киллиан тоже относится к этой самой категории.       К сожалению.       (Повторюсь: к великому, великому сожалению)       За годы пользования Инстаграмом он понял: благодаря многочисленным фильтрам чудо-приложения что угодно — хоть чье-то недопитое пиво, недоеденный бутерброд или мусорная корзина — нынче всё может сойти за искусство.       Но это еще не всё.       Джефф как-то прочитал им лекцию насчет какой-то чуши, которую нес профессор Арчибальд на своих занятиях насчет того, как любой сделанный выбор говорит о нас больше, чем может показаться. И имел он в виду, что выбранный вами Инстаграм-фильтр — это прямое выражение вашей личности.       (Бред, безусловно)       Но это не останавливает их дружескую компанию от составления психологического профиля этого Богом забытого мира.       Ну, хоть пиво им в этом помогает — так считает Киллиан.       И всё-таки слова Джеффа по-прежнему звенят в ушах, когда он пытается выбрать один из фильтров для только что сделанного селфи на мосту Миллениум. В обычной ситуации Киллиан не стал бы делать там селфи, но его подписчики весьма требовательны, да и погода в Лондоне в кои-то веки хорошая.       И его прическа выглядит безупречно.       А еще вместо Бесполезного или Случайного Факта есть возможность написать шутку, настолько же старую, как название моста. Он добавлял подобные факты раньше в качестве постскриптума к подписи.       Но это было до того, как он стал популярен в соцсетях настолько, насколько раньше и вообразить не мог.       (… да кого он обманывает? Несмотря ни на что он определенно добавит такой постскриптум. Нельзя просто так лишать своих подписчиков знания о том, что этот мост расположен настолько идеально, что между прутьев можно увидеть южный вход в собор Святого Павла)       (… или же написать о том, что Пожиратели Смерти разрушили этот мост в начале шестого фильма о Гарри Поттере?)       Киллиан пытается вспомнить, что Джефф, Виктор или Уилл говорили о каждом из фильтров и поочередно примеряет их к селфи. Но память почему-то его подводит.       Rise — это фильтр для ленивых, не желающих перелистывать все варианты, да и он вполне неплох.       Valencia — для квазивампиров, которые стремятся все слегка обесцветить.       Hefe — для слепых, обожающих излишне насыщенные фото, и если смотреть на такие посты слишком долго, то можно и зрение испортить.       Nashville — для клевых парней, которые не хотят сильно заморачиваться.       Есть, конечно, и другие: Earlybird — для фанатов духа 70-х в каждом фото; Amaro — спасательный фильтр, который помогает запостить снимки, сделанные в тускло освещенном баре; и, конечно, Hudson — для безэмоцональных студентов старших курсов университета искусства — ведь взгляд у них затуманенный и равнодушный.       Список фильтров все никак не заканчивается, и Киллиан, облокотившись на ограждение моста, примеряет их по порядку. Черт, он почти готов опубликовать фото с черно-белым фильтром, но… эго не позволяет. Слишком много девушек сходят с ума по его голубым глазам, чтобы просто скрыть их цвет за ленивым чб-фильтром.       Боже, он такой позёр. Не удивительно, что приятели над ним потешаются.       Кто-то мягко стучит по его плечу и интересуется:       — Не против, если я дам совет?       Киллиан вздрагивает от неожиданности и благодарит свое везение — его смартфон на сей раз не оказался на дне Темзы. Ведь два года назад он уже утопил так свой телефон, но тогда все произошло по его вине.       В этот раз он бы точно обвинил того, кто посмел отвлечь его от Очень Кошмарной Проблемы по выбору фильтра.       Обернувшись, он на секунду теряет зрение, но ослепляет его не только солнце. Или, может, солнце, озарившее сияющие светлые волосы стоящей перед ним девушки. Киллиан жмурится — вероятно, выглядит сейчас как идиот.       Девушка же изо всех сил пытается не рассмеяться.       — Что, прости?       Она нарушает его личное пространство… Черт возьми, она красива и она так близко?       Палец девушки замирает над экраном его телефона, и до того, как Киллиан успевает что-то сказать, блондинка нажимает кнопку «дальше», тем самым пропуская все фильтры.       Она не отводит взгляд и пожимает плечами в ответ на немой вопрос в его глазах.       — Без фильтров.       — Думаешь?       — Да. Только настоящее, реальное — или что там обожают девчонки? — отзывается она, и Киллиан смеется.       — Не знаю, не знаю. Ты мне скажи.       Она на миг плотно сжимает губы, и это действие тотчас приковывает к ним внимание Киллиана: потрескавшиеся, блестящие, алые и пахнут вишней… А ему очень, очень хочется поцеловать ее в губы.       — Ты прав. Тогда мне решать. И я говорю: без фильтров, — наконец, произносит она, и Киллиан не может не ухмыльнуться.       — Значит, будет без фильтров, — заключает он и чешет за ухом. Поскольку он просто не знает, что теперь сказать, а просто желает продолжить их беседу. — Спасибо.       — Всегда пожалуйста.       Киллиану так и хочется протянуть ей руку для пожатия — потому что она явно американка, а он лишь после горького опыта понял, что он никогда не наловчится в искусстве приветствия. Как правильнее поцеловать в обе щеки или же просто обнять?       Поэтому он просто машет рукой (да, вот такой он неуклюжий):       — Меня зовут Киллиан.       И как же это очаровательно! Она машет рукой в ответ и лучезарно улыбается. (Здесь Киллиан, считай, пропал)       — Эмма. (Иисусе, это самое прекрасное имя. Имя для самой красивой девушки. Да, да, Киллиан никогда не говорил, что он не романтик)       Он переминается с ноги на ногу, глядя на отражение редкого лондонского солнца на экране. И тут к нему приходит идея. Сохранив фотографию, он протягивает телефон Эмме и делает поклон:       — Так что скажешь, Эмма: еще одно фото без фильтров с моим спонтанным учителем по Инстаграму?       Эмма смеется, и он думает о том, что лучше бы сохранить эту шутку на будущее. Однако он еще не отключил камеру в Инстаграме…       — Только если ты меня отметишь, — соглашается она.       — Разумеется. Как я могу этого не сделать?       — Ладно.       Эмма обходит его за спиной и становится слева, комментируя себе под нос что-то о правильном направлении света…       (Ничего себе! Эта девушка умеет фотографироваться.)       Хотя Киллиан уже давно понял, что все считают себя фотографами, поэтому удивляться не стоит, и тем не менее, его восхищает всё в этой Эмме. Если даже окажется, что она очень популярна в Инстаграме или же профессиональный фотограф — он всё равно сочтет это выдающимся, спасибо большое.       Киллиану стоит немалых усилий не вскинуть вверх кулак в победном жесте, когда Эмма обнимает его за талию и поворачивает голову, глядя на него своими большими зелеными глазами. Чертов Hefe фильтр превратил бы их в сумасшедшие, электрические, радиоактивно-зеленые, но Киллиан не стал бы возражать, если бы его ослепили эти глаза.       — Готов?       — Всегда готов.       («И всего лишь стою рядом с самой красивой женщиной из всех, что я встречал»)       Он прикусывает язык и позволяет Эмме считать, при этом пытаясь изобразить на камеру вежливую улыбку.       — Один… два… три.       (Конечно же, у Киллиана ничего не выходит, но услышав ее хихиханье, он широко улыбается, а Эмма делает снимок)       — Вот, — с гордостью заявляет она, когда они оба склоняются над экраном, чтобы посмотреть результат. Киллиан сдерживает вздох удовлетворения, увидев, насколько идеально Эмма смотрится рядом с ним. Как похожи их лучезарные улыбки. Как свободно ее локон спадает на его плечо.       Эмма смеется, вновь пропускает фильтры и протягивает ему телефон: — #Безфильтров, верно?       — Хорошо, — Киллиан набирает тег и, приподняв бровь, смотрит на Эмму: — Твой ник?       Ее щеки заливает румянцем, и Киллиану хочется кричать, потому что… Она хоть знает, насколько привлекательна?       — Только не смеяться, — бормочет Эмма, пряча губы под пушистый шерстяной шарф. Киллиан кладет руку на сердце: — Клянусь, что не буду.       Вздохнув, она наконец произносит: — @uglyducklingemma (прим. переводчика: гадкий_утёнок_Эмма).       Киллиан закусывает губу: это еще более очаровательно, черт возьми.       Взглянув на Эмму из-под ресниц, он набирает ее ник, но успевает заметить, как она коротко отмахивается от объяснений:       — Длинная история.       — Одна из тех, которую я надеюсь когда-нибудь услышать.       Эмма не говорит «нет», и это хороший знак, но «да» она тоже не говорит. Вместо этого она вытаскивает свой телефон из сумочки, вводит пароль и открывает Инстаграм. Самодовольно улыбнувшись, она произносит:       — Твоя очередь. Растянув губы в ухмылке, Киллиан отвечает:       — Думаю, ты увидишь мой ник, когда я опубликую фото.       Эмма надувает губы:       — Вот нахал.       — Да, мне говорили, — признает он, закусив губу.       С минуту они неотрывно смотрят друг на друга, по-прежнему улыбаясь. И как бы банально это не звучало, время будто останавливается.       Киллиан хочет, чтобы Эмма сама решила, остаться ли с ним чуть дольше, или предложила составить ей компанию.       Или же стоит пригласить ее на чай?       Откинув полы, чтобы спрятать под своим шерстяным пальто холодные пальцы, Эмма мотает головой.       — Что ж, было приятно познакомиться, Киллиан.       Проглотив вздох разочарования, он кивает, но мягкая улыбка все равно трогает уголки его губ:       — Взаимно, Эмма.       Она закусывает губу, и прежде, чем Киллиан успевает это осознать, Эмма успевает мягко пожать его руку и развернуться, чтобы уйти.       Наверное, всё решает ее пружинящая походка и то, как волосы струятся по ее спине — это заставляет Киллиана выкрикнуть:       — Подожди!       Она останавливается и оборачивается, и на ее лице нет и половины того раздражения, которое Киллиан ожидал прочесть на лице человека, пытавшегося от избавиться от чьего-либо общества.       Это немного воодушевляет.       Киллиан протягивает пальцы в ее направлении в немой просьбе вернуться.       Что она и делает, вновь покачав головой и облизнув губы.       — Да?       Сглотнув, Киллиан предлагает:       — Еще один раз? — Эмма закатывает глаза, и он надувает губы, а затем изображает на лице самую обворожительную улыбку, на которую только способен: — Ради лайков.       Она показательно раздумывает над его предложением, скрестив руки на груди и насмешливо улыбаясь, что еще больше ошеломляет Киллиана, потому что… «Боже, она идеальна».       Наконец она сдается, берет его телефон и снова становится рядом.       — Только ради лайков.       Он почти исполняет победный танец, но быстро приходит в себя и как можно более расслабленно опирается на перила моста, добавляя:       — Надо придумать что-то по-настоящему шокирующее. Ради лайков.       Она делает паузу и перестает вертеть в руках телефон, и когда Киллиан решает, что перешел черту, Эмма медленно поворачивается, пока их лица не оказываются друг напротив друга.       Он снова нервно сглатывает, поскольку ее взгляд… ну… Что ж, он был с многими девушками и чуть-чуть знает язык тела, понимает намек дамы, когда та заинтересована.       И да, по тому, как Эмма неотрывно на него смотрит и покусывает губу или по тому, что она придвинулась ближе, или же по смягчившемуся шепоту ее вопроса «Какие-то идеи?» — Киллиан бы сказал, что его план — Самый Лучший План за всю его жизнь.       Кивнув, он делает несколько шагов вперед, сокращая дистанцию между ними, и кладет ладонь на спину Эммы: — Сделаешь как я?       Подумав всего секунду, она тоже кивает и ласково ему улыбается:       — Конечно.       Кажется, она вздрагивает, когда он обвивает ее за талию, но у Киллиана нет времени в этом разбираться, потому что когда ее свободная рука ложится ему на затылок, притягивая ближе, их губы соприкасаются.       Робко, нежно и прекрасно.       Второй рукой Киллиан ведет по ее щеке, большим пальцем очерчивая подбородок.       Он слышит, как срабатывает камера, и его мысли заполняет паника. Ведь это значит, что их поцелуй подходит к концу — если уже не закончился. Однако ему не стоило волноваться.       Удивленный, Киллиан приоткрывает рот, когда Эмма начинает целовать его чуть более напористо, но при этом мягко и ласково.       Сердце в его груди безжалостно стучит — хотя Киллиан и понятия не имел, что это возможно.       Пальцы Эммы скользят по его шее, и когда она немного приподнимает голову, Киллиан, не остановившись ни на секунду, начинает покрывать короткими поцелуями ее лицо: под ухом, на щеке и на кончике носа.       Киллиан настолько поглощен тем, чтобы как следует поцеловать Эмму, что пропускает десяток вспышек камеры.       До него доходит лишь тогда, когда он целует Эмму в нос и смотрит на нее, по-идиотски улыбаясь. В ее глазах пляшут искры веселья.       Он играет кончиками ее волос, подавляя желание притянуть ее к себе и поцеловать еще раз.       Но он знает, что это уже не будет просто поцелуй — такой уже невозможен. Хотя не исключено, что это станет началом чего-то другого.       Отстранившись, они продолжают прожигать друг друга взглядом. Потом Эмма упирается лбом в его щеку (какая же у них прекрасная разница в росте!).       — Ради лайков, верно?       Киллиан расплывается в ухмылке и целует Эмму в макушку, стараясь задвинуть в дальний ящик своего мозга мысль о том, как приятно пахнут ее волосы — кокосом и мандаринами.       — Ради лайков.       Эмма делает шаг назад, откидывает волосы за спину и резко протягивает Киллиану его телефон — как будто только что вспомнила о нем.       Он сдерживает улыбку, увидев, что она сделала, как минимум, 10 снимков их поцелуя.       Сердце в его груди делает кульбит: по крайней мере, у него будет доказательство случившегося - что он не придумал потрясающую женщину, стоящую напротив него.       Он размышляет о счастливых случайностях, предчувствии и судьбоносных встречах незнакомцев, о которых написано немало слезливых песен или романов. Он думает о людях, которые появляются в наших жизни, когда их совсем не ждешь, и переворачивают её с ног на голову…       Киллиану интересно, настал ли этот момент для него.       Кажется, так оно и есть. А еще он готов поспорить, что Эмма думает так же. — Было приятно познакомиться, Эмма. — И каждое его слово искренно. Уголки ее губ опускаются, и в ее взгляде появляется тоска. — И мне.       Она быстро целует его в щеку, шепчет «увидимся» и уходит.       Киллиан наблюдает, как она оборачивается и смеется, увидев, что он вновь машет ей на прощание.       А потом она растворяется в толпе.

***

      Позже, когда Эмма сидит в гостях у Мериды, ее телефон звенит, оповещая об уведомлении, и она бежит к столику, чтобы поскорее его открыть. Ее пальцы трясутся в тот момент, когда она вводит код разблокировки. Затем она видит новое оповещение в Инстаграме.       Эмма мысленно выговаривает себе, потому что нужно было догадаться: после ухода с моста Миллениум, она наверняка заработала, как минимум, 30 лайков. Очевидно, ее подписчикам очень нравится #винтажнаяЭмма и #британские_приключения_ Эммы — это она понимает благодаря комментариям «мило»,«ты так прекрааааасно выглядишь» «обними за меня королеву» под глупым фото, где она обнимает огромного медведя, одетого в форму лейб-гвардейца.       Так бывает обычно.       Не в этот раз.       Это он.       Кто-то с ником @captainnerd (прим. переводчика — Капитан Умник) отметил ее в своей публикации с тегами #безфильтров и #радилайков.       Когда загружается само фото, то ей кажется, что ее щеки начинают болеть — настолько широка ее улыбка.       Киллиан опубликовал один из тех снимков, где он целует ее в кончик носа, а ее глаза прикрыты. Всё это до отвращения прекрасно, поэтому Эмме хочется зарыться лицом в подушку и кричать в нее без остановки целый год.       Куснув щеку изнутри и даже не успев осознать, что она делает, Эмма пишет комментарий: «Так и знала, что твой ник будет куда более постыдным, чем мой».       Он отвечает в рекордно короткий срок: «тебе он нравится».       Эмма даже не колеблется перед тем, как ответить: «ты прав».

***

      Им не требуется много времени, чтобы понять, что все их шипперят.       И что оба они принадлежат к так называемому сомнительному клубу знаменитостей Инстаграма (куда могут войти лишь те, чье число подписчиков где-то между 10 и 15 тысячами — так ей объясняла Руби).       Впрочем, ни Киллиан, ни Эмма раньше и не осознавали, что стали частью этого самого клуба.       И еще они узнают, что некоторые люди шипперили их еще до тех фото на мосту, что, скажем честно, странно.       Забавно, но странно.       («И судьбоносно», — взметнув брови, заявляет Руби. Что совсем не помогает)       А еще они понимают, что оба живут в Бостоне, но встретились в Лондоне: она — во время отпуска; он — во время семейной поездки.       («Двойная судьбоносность», — восклицает Руби, когда об этом узнает)       Примерно в это время подписчики начинают догадываться, когда начались их отношения — или, по крайней мере, так они с Киллианом позволяют им думать.       Киллиан публикует снимки статуи из Бостонского сада с подписью «Освободите Путь Утятам», а Эмма упоминает его в публикации об их с Генри ежемесячном пересмотре «Пиратов Карибского моря».

***

      Двумя месяцами позже, Киллиан публикует фото с уставленным свечами столиком, за которым Эмма с наслаждением жует жареный сыр, попутно строя рожицы на камеру. Он подписывает публикацию <<крошка и чудовище. p.s. крошка- это я, чудовище — она. p.s.2 она съела все луковые колечки. p.s.3 Случайный и, Вероятно, Бесполезный Факт Дня: вы знали, что английское слово „candle“ происходит от латинского „candere“, означающее „светить“?       Спустя еще три месяца подписчики Эммы оставляют восторженные комментарии к фото трех пар ног — Киллиана, Генри и ее, расположившихся на журнальном столике. Они собираются пересматривать третью часть Пиратов Карибского моря, а Эмма предлагает фолловерам угадать „где чьи носки“, добавив хэштег #guessthetinyonesarentthatdifficulttoguess. (прим. переводчика — #угадать чьи самые маленькие не так уж сложно).       Большинство понимает намек правильно. Впрочем, угадать и правда не так-то сложно, учитывая, что на носках Эммы желтые утята, а на носках Киллиана — синие якоря.       В один из дней Киллиан публикует забавную стори с ним и Эммой — ролик из „Пиратов Карибского моря“, где она изображает Элизабет Суон, он — Джека Воробья, возмущенного отсутствием рома. Это одно из самых их популярных видео, а Эмма долго не может перестать давиться смехом после прочтения постскриптума: »ps. Случайный и, Вероятно, Бесполезный Факт Дня: ром стали ассоциировать с пиратством благодаря капитанам английских судов, торговавших этим напитком, считавшимся ценным сырьем. Позже эти моряки стали пиратами, но любовь к рому сохранили«.       Эмма публикует фото стопки стикеров, оставленных Киллианом. Один из них, прикрепленный на зеркале, гласит: „прекрати волноваться, ты выглядишь прекрасно“; другой, приложенный к батончику мюсли, — „съешь меня, а то иначе твой живот заурчит и ты опозоришься перед коллегами“. И, наконец, последний: „умникам лучше спится на утиных пёрышках“. Этот был оставлен на подушке, который на самом деле нужно читать так: „я скоро вернусь, потому что твоя постель удобнее, чем моя, и к тому же пахнет тобой. Я люблю тебя“.       На Рождество, как того требует традиция, Эмма покупает пуасенттию в горшке, чтобы заботиться о чудесном растении (и чтобы усилить праздничное настроение).Киллиан находит это настолько восхитительным, что публикует снимок пуасенттий на окне с подписью »она назвала их Макс и Фуриоса. И я не знаю, возможно ли любить ее сильнее« ps он же Случайный и, Вероятно, Бесполезный Факт Дня: „в тропиках дикорастущие и посаженные людьми растения пуантессии могут достигать в высоту 12 футов, а листья в диаметре достигают 6-8 дюймов“. В канун Нового года Эмма застает Киллиана и Генри, нацепивших одинаковые шапочки Санты, на диване в гостиной за попытками сделать совместное селфи. Эмма подкрадывается ближе к ним и, выудив из кармана телефон, быстро делает селфи на фоне Киллиана и Генри, по-прежнему пытающихся сделать селфи. Она хихикает, подписывая публикацию: »Это считается селфи-внедрением? #selfieinception.«       Увидев это, Киллиан оставляет комментарий „и ты меня называешь чудаковатым умником?“       На день рождения Генри Киллиан решает опубликовать видео с пометкой „у нас вышел серьёзный спор о том, как назвать эту красавицу. в итоге мы предложили ей выбрать самой“ ps он же Случайный и, Вероятно, Бесполезный Факт Дня: вся поверхность кожи человека выделяет пот, а у собак потеют лишь подушечки лап».       На видео запечатлено, как их новый щенок стоит в центре комнаты, а Эмма с Киллианом, прихватив баннеры с именами, всячески подзывают собаку к себе. Щенок, не теряя времени, бросается к Эмме, а Киллиан валится на пол, признавая поражение. Эмма нараспев заявляет: «Леди, все, на что падает свет — это твои владения», а Генри прячется за кадром.       Конечно, есть в их аккаунтах и другие публикации: Эмма с Руби, Мулан и Эльзой во время их еженедельных спа-процедур, или же Эмма со своим боссом, Грэмом, позирующие с накладными усами. Или фото обнявшего рукой лицо Киллиана, разочарованного проигрышем их команды и попытками друга поднять ему настроение, погладив по голове.       Имеется в его профиле и ролик, где Киллиан вместе с Генри поют под фонограмму песню из мультика «Король-Лев» « Я хочу быть королем»(Генри кривляется под партию Симбы, конечно).       Есть и фото Эммы, уснувшей на диване вместе с Леди на ее коленях.       Народ продолжает комментировать и ставить лайки на их публикациях, награждая их пару #эталономотношений. Руби настаивает на том, что Леди необходим собственный аккаунт в Инстаграме, и Генри обещает это организовать.       Вот так их собака становится даже более популярной в инстаграме, чем они. Это происходит как только Генри заводит ей профиль@ladydoesthings и публикует несчетное количество видео, сториз и фото о том, как Леди, ест, спит, убегает от Киллиана, прыгает по их кровати или лает на экран телевизора, когда Киллиан ругается на какого-либо футболиста (очень сопереживающая собака, да)       Но все-таки ничто не может сравниться с реакцией на фото, опубликованное Киллианом ровно через два года после их первого совместного селфи. У подписчиков, наверное, появляется ощущение дежавю: они с Эммой вновь стоят на мосту Миллениум, вновь их лица напротив, но в этот раз Эмма, положив руку ему на щеку, целует Киллиана в кончик носа. Самые шустрые реагируют, даже не прочитав подпись: они охают, ахают и визжат от восторга. (Или же просто пролистывают, поскольку им плевать). Другие же замечают кольцо на пальце Эммы, лишь после прочтения подписи, сделанной Киллианом: #безфильтров #радилайков #миллинеалыкоторыхсвелосовместноеселфи #captainduckling ps Случайный, Но Супер Важный Факт Дня: она сказала «да».