Она молила стать человеком

Ее взгляд лился вином по шелковым хлопотам, Она думала, что забыта своим богом, и Безгрешным шепотом ласкала свои уста, Просила конца поста, молила о чувствах, Молила о голоде мыслей, что матовым ропотом Падали ей на грудь, как горячий воск от свечи За упокоение в царстве мертвого еще живого. Она мечтала стать обычной, воздухом в Горах чистым, свежестью жизни в часах перемирия, Тишиной среди криков, И там, там, далеко-далеко за плечами Сибири Быть частью листьев, кистью рябины кислой; Стать деталью дышащего, безмерно важного, Альвеолами в легких, в сердце камерой, Клеткой, последним атомом В звездах, в планете, в хаосе, Последней частью сложного пазла И быть своим собственным счастьем: Смеяться без слез — плакать без смеха, Уметь отличать черное от белого. Созидать, разрушать — всю любовь Подарить, получать. Одним словом — Быть человеком. Она все шептала, кричала, молила, «За что бог меня так ненавидит?». Она задыхалась, путаясь в мыслях, Просила о человеческих смыслах жизни. Не слышно ответа. И девушка в ленте безгласно повисла. Карминные губы Застыли без цвета. Она умерла оттого, что не знала, Что в атмосфере нет бога, И никто не услышал ее крика немого. И, может быть, в своих мыслях холодных — В морях, океанах бездонных, Среди всех людей, стремящихся жить бесчувственным веком, Она одна была человеком.