Волшебство в простых вещах

      "Поттер, ты совсем крышей тронулся", - повторил я сам себе в мыслях, но идиотская улыбка все никак не желала сползать с моего лица. Слишком уж сильно мне понравилась мысль, что посетила меня буквально пару часов назад, и я весь извёлся, дожидаясь назначенного часа.       Дурсли неспешно собирались в гости, наряжаясь и прихорашиваясь перед зеркалом, а я старался тихонько сидеть в своей комнатке и не отсвечивать. Меньше всего мне сейчас хотелось поехать с ними, слушать ужасные рассказы о том, как забеременела лучшая подруга Петуньи, и рассматривать пухленького ребёнка в люльке. Не поймите меня неправильно, я не имею нелюбви к детям, но я и сам еще ребёнок; всё о чем я могу думать – это как провести весело свой день. И вот сейчас этот вопрос меня волновал все больше и больше, так как разрядки в доме у Дурслей у меня не было совсем. Фух, наконец-то я слышу знакомый щелчок запертой двери и шум удаляющейся машины. – Букля, оставляю тебя за главную, – доверительно сообщил я сове, которая пыталась спать в своей комфортной клетке. Я бы её чмокнул, но в последний раз, когда я попытался разбудить её днём, получил предупредительный нежный удар лапой, и теперь на моей руке была ещё одна небольшая царапина. Она у меня милашка, но уж больно любит спать. – Вернусь скоро.       Я сполз с кровати на пол, несмотря на пыль – запачкаться я не страшился. Заполз почти целиком в узкую щель между полом и железной сеткой постели, вытаскивая школьный чемодан, в котором я хранил всё волшебное. Палочку брать с собой опасно, исключения из школы мне бы не хотелось, но вот волшебная мантия... Её мягкая мерцающая ткань струилась между пальцев, пахнущая чем-то похожим на сирень и шоколад. Ой, простите, шоколадом пах кусочек шоколада, который прилип. Вкусный, несмотря на то, что остался в чемодане на пару недель; я просто не так уж аккуратен, как самому хотелось бы. Так вот! Если колдовство волшебной палочкой отслеживают немигающие очи Министерства, то использование плаща отследить уж точно невозможно. А мне так хотелось немного расслабиться на летних каникулах. – Ты – мальчик-который-выжил, тебе незачем бояться каких-то там Дурслей! – отважно повторил я сам себе вслух, поднимаясь на ноги и улыбаясь. Плащ сможет вывести меня на улицу, я смогу прогуляться в Лондоне, которого толком-то и не знаю. Ох, сколько всего интересного я смогу сегодня увидеть, у меня спирало в груди только от одной этой мысли!       Плащ лёг на плечи как влитой, я накрыл им голову, выползая из чулана. Дверь дома была заперта, но вот только выбраться я мог и другими способами. Например, через окно на кухне, потому как падать в куст пестрых лилий я научился уже давно. И всё равно ушиб руку, блин. Ну да ладно, зато я на свободе. Ура!       Я никогда не подозревал, насколько в действительности огромен Лондон. Я бродил по нему часами, разъезжая на автобусах, скрытый волшебством. Я подслушивал куски чужих диалогов, этих таинственных чужих жизней. Я улыбался густому туману на берегу Темзы, долго стоял на мосту, пряча плащ в карманах. Меня всегда волновала эта темная поверхность почти стоящей воды. Может ли быть такое, что там, на самом дне, живут те, кто не может показаться маглам? Может быть они, как и я, прячутся от взглядов, мечтая однажды стать кем-то... кем-то, кто сможет сбросить все оковы? Я вглядывался в воду так долго, что одна бабушка цепко схватила меня за локоть. И отругала, что я слишком близко стою к краю. – Где твои родители? – строго спросила она. – Вон там, – махнул я на неторопливо идущую парочку впереди. И убежал с места, хохоча как безумный. Я был свободен сегодня от своего прошлого, будущего, от своего звучного имени или незаметности. Сегодня я был и ветром, был дождиком и был обычным ребёнком, прыгающим по каждой встречной луже, так что ноги промокли у меня очень даже быстро. – Глупый Потти, – передразнил я сам себя, изображая голос вездесущего Малфоя. Прижал руки к сердцу, чувствуя, как оно бьётся. Я вспомнил Гермиону и Рона, которые неотлучно были со мной рядом в Хогвартсе. Но все они были детьми своих родителей, у них был свой дом, своя жизнь. А у меня был только я сам.       Я провел весь день, шастая по мостам, выменивая у других детей монеты на другие сокровища, что хранились в моих карманах. Смог сам себе купить сосиску в тесте, которую мне так обильно полили соусом. Его я ещё долго слизывал с рук, пока мне не помог в этом сложном деле бродячий пес. Он был большой, с умными глазами, так что сосиску мы поделили. И разбежались по своим делам. Он – гулять в парк, а я – домой. Мне стоило вернуться к Букле до того момента, как вернется Вернон со своей супругой и сыном.       Я снял плащ. Он был на удивление сухим, а ведь под накрапывающий дождь я попадал несколько раз. Сам я был мокрым и грязным, но мое сердце пело. Я был счастлив, как никогда. – Волшебство можно найти даже в самых обычных вещах, да, Букля? – спросил я, подмигивая сове. Она забавно ухнула, всхлопывая крыльями. – Я тоже тебя люблю.