Утро добрым бывает

Чонгуку было скучно. Утро было совсем не радужным и не добрым. За окном светило осеннее солнышко, и легкий морозец чувствовался через плотно закрытое окно. Подняв свой многострадальный зад, который вчера весьма вовремя смылся с тусы на квартире Мина, Чон прошёл (читай — прополз) на кухню в поисках чего-нибудь съестного. Открыв холодильник и не найдя ничего, кроме майонеза, старой луковицы и совершенно не изысканного сыра с плесенью, Чонгук со стоном хлопнул дверцей и пошёл обратно. Отрыв под одеждой на столе ноутбук, Гук быстро загуглил ближайшую пиццерию с доставкой на дом и спустя пять минут не самых успешных поисков телефона, набрал нужный номер. Гудки, казалось, длились вечно, капая на голодный мозг своим пронзительным «у-у-у-у». Наконец, трубку снял администратор, и на том конце провода заговорил приятный женский голос. — Пиццерия «Hot Pizza» вас слушает. Что будете заказывать? — Пиццу, — Сказал, как отрезал. А вы что думали? Девять утра, кто вообще заботится о деталях? Собственно, кто в девять утра вообще что-то заказывает? — А поподробнее? — девушка, видимо, привыкла к подобным клиентам, поэтому спокойно продолжила разговор. — Мясная, деревенская, с оливками, без… — быстрый и заученный текст наконец смог оживить Чона, и он ответил первое, что пришло на ум. — С брокколи, — лишь бы трескотня наконец закончилась. На другом конце удивленно замолчали, а потом всё тот же голос после еле слышного «ещё один гастрономический извращенец» продолжил: — Какие-нибудь ещё пожелания будут? — Да, пожалуй, — Гук на пару секунд задумался, а потом выпалил, скорее в шутку, чем всерьёз, — отправьте своего самого миленького курьера. — Как пожелаете. Заказ прибудет в течение двадцати минут, — девушка, видимо, с утра была невыспавшаяся, ибо перед гудками Гук успел услышать «вот же идиоты по утрам встают делать им больше нечего господи чтобы я». Что «чтобы она», Чонгук так и не узнал, ибо звонок всё же оборвался, да и не горел он желанием узнать. Захлопнув крышку ноутбука, брюнет отправился в душ, по пути немного приводя квартиру в порядок. Спустя ровно двадцать одну минуту раздался звонок в дверь. Чонгук за это время успел переодеться и даже привести квартиру в более-менее приличный вид. Подойдя к двери и посмотрев в глазок, Чон немного удивился. За дверью и правда стоял милейший из курьеров, да что там — милейший людь из всех, кого Гук видел в своей жизни. Светлые волосы прикрывала красная кепка с логотипом пиццерии, а такая же красная безразмерная футболка, спадающая немного с плеча, была заправлена в джинсовые шорты, красиво очерчивая шикарные бёдра. Когда курьер вновь позвонил и поднял взгляд, всматриваясь, видимо, в дверной глазок, глаза его были невероятно красивыми, карамельно-карими и.. Это что? Ад в его глазах? Это точно курьер, а не сам дьявол? Гук всё же взял себя в руки и, натянув самую обольстительную свою улыбку, открыл дверь. — При… — Что лыбу давишь? Утречко выдалось добрым? Пиццу заказываем с утра раннего? Бессердечная зараза, — курьер, перебив ошарашено моргающего Гука, прошёл в квартиру парня, извергая проклятия на его бренную голову. — Кто в девять утра вообще пиццу заказывает? Светловолосый уже прошагал в кухню, по пути снимая кеды и открывая коробку. Чонгук же, не смевший ничего сказать из-за шока, шагал следом. И это самый милый курьер? Надо бы позвонить в ту пиццерию и узнать, что они вообще понимают в милом. — С брокколи? Что за больной ублю… кхм. Ты что, гастрономический извращенец? — где-то Гук это уже слышал. — Ну чего застрял в проходе? Пройти не хочешь? Можешь чувствовать себя как дома. — Ты не прихуел случаем? — всё же выдавил Чон, садясь рядом и наблюдая, как «самый милый курьер» вычищает зелёную жижу и кусает уже пустое тесто. — Случаем нет. Я по жизни прихуевший. Ты есть будешь? Если соскрести это дерьмо, то вполне терпимо, — парень снова откусил ломоть и посмотрел на Гука каким-то подозрительным взглядом. — Тебя что-то не устраивает? Действительно, блять. Чонгука так совсем немного не устраивает, что этот маленький дьяволёнок ест на его кухне его пиццу и вообще ведёт себя как дома, хотя должен был мило мяться на пороге и смущаться, когда Чонгук начал бы бесцеремонно флиртовать с ним. И Чонгук не собирается оставлять всё так, как есть. Он ещё заставит покраснеть это наглое, но до того красивое личико. — Ну что, поел? — Чон посмотрел на светловолосого, который сейчас облизывал свои пальчики и смотрел на Гука с неподдельным блеском в горящих глазах. Парень мотнул головой, уже подозрительно глядя на клиента. — А раз поели, теперь можно и поспать. Гук ухватил курьера за руку, с удивлением подмечая, что тот совсем не сопротивляется. Добравшись до комнаты, Чон бросил парня на кровать, собираясь придавить это хрупкое тельце своим и не выпускать из-под себя, пока тот не кончит с его именем на губах. Чон снял футболку, чтобы не возиться с ней после, и, когда уже подошел к кровати, чтобы совершить задуманное, наткнулся на забравшегося под одеяло курьера, который, свернувшись клубочком, уютно дремал в чужой постели. Чонгук чуть не задохнулся от возмущения. Заказал, значит, пиццу. Надеялся перепихнуться с миленьким пареньком, а в итоге сидит неудовлетворенный — как в гастрономическом, так и в сексуальном плане. Чон хотел было разбудить возмутителя его спокойствия и разрушителя масштабных планов, но почему-то не смог. То ли личико, которое теперь и правда походило на ангельское и по-детски умиротворенное, то ли сильно выпирающие ключицы и тонкие запястья не давали покоя, как бы намекая, что этого парнишку нужно скорее защитить. А спесь и наглость — защитная реакция от идиотов вроде Чонгука. Вздохнув, Чон поплёлся на кухню и начал рыться в ящиках — должно же быть хоть что-то съестное в этом доме. В итоге, найдя несколько пакетиков риса и две банки консервированной говядины, Гук принялся за готовку, не обращая внимания на то, что готовит на двоих.

***

Тихие шаги и шорох сзади заставили Гука обернуться и чуть не подавиться слюной от умиления. В кухню вошёл светловолосый, помятый после недолгого сна, с сильно взъерошенными волосами, но с посветлевшими глазами, в которых больше не было ада, а лишь проблески солнечных лучей. — Кажется, я уснул, — Парень опёрся о дверной косяк и опустил взгляд. Он умеет смущаться? Вау. — Кажется, ты ворвался в мой дом, съел мою пиццу и уснул в моей кровати. — Курьер ещё больше смутился, а по щекам начали расползаться красные пятна. — А что ты хотел? Заказать пиццу в 9 утра! Я Соён чуть не убил, когда она меня попросила довезти заказ. Самого миленького, говорит, клиент желает. Я-то миленький? — самая лучшая защита — это нападение. Так, видимо, решил паренёк и с вызовом посмотрел на Чонгука. — Я, между прочим, всю ночь курсовую писал. А ему, видите ли, самого миленького подавай. Чонгук смотрел, как лепечет этот взбудораженный воробушек — по-другому не назовешь. Вся спесь после сна слетела, и теперь Чон и правда видел «самого милого курьера». Рассмеявшись, Гук подошёл к парню и прикрыл его рот, прекращая поток слов и обвинений свою сторону. — Ммм? — курьер посмотрел на Гука и наконец замолчал. Чон убрал ладонь. — Ты есть хочешь? Я приготовил рис с тушёнкой. Вышло неплохо, я пробовал. А учитывая, что утром ты вполне был доволен тестом из-под пиццы, это тебе покажется манной небесной, — Гук хихикнул, увидев, как замялся парень, и сам подтолкнул его к столу, усаживая. — Ты пожалуешься на меня начальству? — Тэхён взял предложенную ложку в руки и с мольбой посмотрел на Чона. — Вообще стоило бы, — парень напрягся, — но я не стану этого делать, если ты назовёшь свое имя, а завтра мы пойдем на свидание. — С-свидание? Т-ты обалдел? Извращенец! Точно извращенец. Я так и знал! Говорила мне мама… — Да успокойся ты, — перебил новую гневную тираду Чон, — ничего крамольного и не целомудренного — просто сходим в кафе. Ты выглядишь так, будто ел несколько месяцев назад. Ты вообще чем-нибудь питаешься, кроме Святого Духа? И ты так и не сказал своего имени. Я, кстати, Чон Чонгук. Гук, видимо, попал в точку, так как курьер обхватил себя тонкими руками и посмотрел на него так, будто думает: задушить его или съесть. — Ким Тэхён. И ем я. Когда успеваю. — А когда успеваешь? — Нуу, — как-то неуверенно протянул Ким, из-за чего стало понятно, что успевает он, когда никогда. — Решено! Идем завтра в кафе — есть. — Чонгук со звоном поставил перед парнем тарелку с едой. — А почему не сегодня? — Тэхён поднял удивленный взгляд на Чонгука, даже не возражая против похода в кафе, и встретился с горящими антрацитами. Внизу живота как-то странно заныло и явно не от голода. — Потому что сейчас я собираюсь узнать, такой же ты тощий под футболкой или нет. И под остальной одеждой тоже, — подумав, добавил Чон и, подхватив еле сопротивляющегося парня на плечо, понёс его в спальню, мысленно радуясь тому, что решил сделать заказ именно в этом месте. Может, пиццу он так и не смог попробовать, зато получил такое чудо, как Ким Тэхён, и отпускать его явно не собирается. Слишком долго он живёт один в этой холостяцкой квартире. Всё же утро добрым бывает. Главное — правильно его начать.