За гранью возможного: Сквозь зеркало.

Первое, что она услышала, когда проснулась, это озадаченный вопрос Даниэля: «Ты не знаешь, где мой брат?». Нет, она не знала и знать не хотела. Ей было одновременно противно и страшно видеться с ним. Словно это убьет ее. Блондин сразу узнал все события вчерашней ночи из нахмуренной головы девушки, но не стал что-либо говорить. Это их личное дело, но найти брата следовало, пока он не сделал с собой чего страшного. Его удивляла реакция Аманды на пропажу Альтаира. Не было того волнения и страха за него, только злость. Она сама-то не понимала из-за чего так вспылила, почему так испугалась в ответ на те жаркие слова, которые он едва смог произнести. Она пока не желала встречи с ним. Те дети, они снились ей, не давали покоя. Девушка желала разгадать загадку пленения детей Зерцелиона. «А обрадует ли это тебя?», — спросила она саму себя. Нет, не обрадует, но стоило хоть чем-то им помочь. «А справишься ли ты одна?», — не унималось сердце. Нет, она ведь была не одна. С ней были Даниэль и Заргус. «А ты уверена, что это те, кто нужен тебе в такой ситуации?», — тишина. Она не знала, чем можно было ответить на это и лишь глупо злилась, будто от этого что-то изменится.  — Я уверена, мы сейчас придем в Красный Крест и твой брат будет там. — и чуть тише добавила, — Как обычно недовольный… Нет, его там не было. Его и не было в поместье, от которого, кстати, мало что осталось внутри. Видно, его сильно задели слова девушки. Теперь и она стала сильно волноваться за Альтаира, особенно, после нотаций Даниэля о том, что нужно ценить и уважать чужие чувства даже если ты не знаешь, что на них ответить. Теперь она была крайней в этих поисках. В голове зарождались самые разные события, случившиеся с их другом. -… он боится своих чувств! — читал очередную лекцию блондин, спускаясь по лестнице из поместья Дэмроу. — Аманда, пойми, — парень взял ее за плечи и строго заглянул в виноватые глаза, — ему чужда любовь. Он впервые с этим столкнулся, понимаешь? Он меняется на наших глазах и ему страшно. Он сейчас, как ребенок, слышишь? Его нельзя отталкивать, нельзя оставлять одного, ему надо помочь и понять. А ты что сделала?! — в сердцах развел руками ангел, — Ты наорала на него и прогнала! Что ты лицо опускаешь? То-то же тебе стыдно! Ты сама как ребенок. Я знаю о твоих чувствах к нему, но почему ты их усердно стаптываешь и выбрасываешь? Почему вместо этих божьих чувств ты ставишь безразличие и холод к нему? Да вы оба, как дети! Почему я должен вас вразумлять? И что нам тепе… — голос парня тем временем стал не слышим девушке. Мысли сгущались над ее поникшей головой и не давали покоя. Он был прав, Альтаир нравился ей. Нравился, но она зачем-то решила, что это ошибка.  — Это не ошибка. — словно прочел ее мысли блондин и закончил на том свои яростные разглагольствования. После пяти часов бессмысленных блужданий по Суррею и прилежащих городах, ноги гудели жутко, пришлось хоть на немного присесть и отдохнуть. Поместье действительно представляло из себя сплошной бардак и разбой, который пришлось разгребать именно ее зачинщице. Девушка потухшим взглядом осмотрела комнату Альтаира и решила, что с этим ей одной не справиться: окно было вновь разбито, стол перевернут, всё, что было в шкафу, теперь было раскидано по полу, а некоторые вещи разорваны в клочья. На стенах можно было даже найти пятна с кровью. Дело обстояло не в лучшем свете и это все сильнее ее напрягало. Даниэль решил уединиться у себя в комнате, оставив девушку в раздумьях о том, где бы мог быть его брат. Все-таки, это была отчасти ее вина. Она понимала, что прежде, чем отвечать на чьи-то чувства, стоило разобраться в своих. Сидя на полу, подле разбросанных вещей, она еще раз осознала насколько ей дорог этот вспыльчивый демон. Черт возьми, если он исчезнет из ее жизни, то и жизнь уйдет вместе с ним. Среди вещей Аманда обнаружила рамку с их совместной фотографией. Даниэль и Альтаир стояли по обе стороны от нее, а она счастливо улыбалась. Когда была сделана эта фотография? На столе остались какие-то заметки и среди них она обнаружила легкий набросок того самого обрыва, где когда-то они стали ближе друг другу. " — Знаю, красиво, да? Это было любимое место моей матери, отныне и впредь мое. Я здесь обычно бываю, когда мне… грустно…  — То есть тебе сейчас грустно?», — в голове мельком пронесся их давний разговор на том самом месте и девушка поежилась, выходя из его комнаты.  — Кажется, я знаю, где его искать… Эльфийский двор. Место, на котором решилась судьба всего Фиора и, в том числе, жизни этой троицы. Дворец королевы стоял все также величественно и непоколебимо. Казалось, словно с момента той войны прошел не год, а гораздо больше. Это место ей часто снилось, не давало покоя и теперь она здесь. Сзади подошел Даниэль и положил руку на плечо, мол, нам пора идти, подруга, никаких задержек. По лицу парня было видно, что он переживает, но тщательно пытается это скрыть. Что ж, она тоже переживала. Пока они перебрались в то самое место, через густые дебри и кусты, над королевством склонилось солнце, освободив место своей заместительнице — луне. Непонятные птицы и животные гулко фырчали в чаще леса, показывая, что они видят и слышат чужеземцев, но близко не подходили. Также и сторожевые эльфы, что шли за ними по пятам, следили за каждым движением прибывших на их территорию. Королева Айренн не изменяла своим привычкам и даже если эта троица спасла ее королевство от верной гибели — все равно продолжала держать их на мушке. Впереди стала показываться тропа, ведущая к обрыву. Здесь, в Эльфийском дворе, этот обрыв имел скудную репутацию и каждый эльф, даже сама королева, обходили стороной это проклятое место. Легенда гласила, что именно на этом месте был сброшен падший ангел — Люцифер, ныне, правитель Горящего города — Ада. За его грехи и неповиновение своему Создателю, ему отрезали его белоснежные крылья и сбросили с самой высокой точки, чтобы его муки казались бесконечными. Здесь же он и принялся собирать свою армию, себе подобных, здесь же собирался построить свое пристанище, но, к счастью, нашел место получше. Но это всего лишь легенда, в которую верили такие как королева Айренн и наивные дети. Это же место было, наоборот, умиротворительным и притягательным своей волшебной красотой и дьявольской высотой. Ветки деревьев и колкие кусты цеплялись за одежду, за волосы, будто намеревались остановить их, не дать подойти еще ближе, но Даниэль упорно разгребал их в стороны и протягивал руку идущей сзади девушке. Луна над головой светила достаточно ярко, чтобы можно было разглядеть лица друг друга и дорогу перед собой. Растительный покров расступился перед ними внезапно, открывая вид на чудесный Эльфийский двор. Здесь он был виден, как на ладони, казалось, можно было протянуть руку и коснуться каждого домика и улицы. На их фоне сидела сгорбленная фигура рогатого существа. Легкий, южный ветер слегка приподнимал края его шелковой рубашки, мелькали шрамы на спине и пояснице, шрамы, хранившие в себе столько тайн и боли. Альтаир повернул лицо в сторону друзей и те невольно вздрогнули; красные, от злости глаза говорили о том, что демон готов вцепиться в товарищей с завидным гневом и бешенством, но руки были опущены, погружены в мягкий ковер летней травы. Его взгляд уперся в девушку, словно он многое хотел ей сказать, но отчаялся и потерял веру.  — Уходите. — только и сказал он, отворачиваясь. Девушка переглянулась с Даниэлем и молча подошла к демону, оставив друга позади. Усевшись рядом с поникшим бесом, она тяжело набрала в легкие воздуха, глядя на бездну, разинувшая рот под ее ногами. Это место все также выбивало воздух из груди, но одновременно это место стало для нее родным. Родным, как этот мужчина, сидящий по левую руку от нее.  — Помнишь, — начала она, неуверенно прочищая горло, — как мы спасли это место? Как здесь реками текла кровь эльфов? Воздух был насквозь пропахшим отчаянием жителей. Здесь все боялись за свои жизни, за своих детей…  — Уйди. — резко оборвал ее мужчина, избегая смотреть ей в лицо. -… а я боялась за тебя. — несмотря на его предупреждение продолжила та, — Ты бросался в бой так, словно тебя больше ничего не держало в этом мире. А я смотрела на тебя и думала: «Черт возьми, если этот придурок сегодня погибнет — я сгину рядом с ним!». Еще тогда я осознала, насколько ты стал мне дорог, Альтаир. Твой взгляд, когда ты смотрел на меня, не выражал ничего кроме отвращения и холода, а в ответ на это я лишь все больше ощущала, как разгорается внутри бушующее пламя. Не понимаю, что это, но оно приносит мне жгучую боль, когда ты смотришь мимо меня, когда твоя улыбка адресована не мне и, кажется, меня убивает это изнутри.  — Не волнуйся, это все потому, что в тебе есть частичка моей магии, которая создает ощущение привязанности. Не надо путать это с чем-то другим.  — Я прекрасно знаю, что это, Альтаир, не надо пудрить мне голову. Тебя не понять: то ты рвешься ко мне, то отталкиваешь!  — Да потому что я боюсь! — сорвался на крик демон. Его глаза полностью заполонила красная пелена и, казалось, словно из его рта с минуты на минуту пойдет пена бешенства. Вместе с криком Аманда повалила на спину демона, взяв его рассерженное лицо в свои руки. Сиреневые глаза удивленно врезались в грустное лицо бунтарки, руки мужчины неуверенно легли на запястья девушки в попытке убрать их со своего лица, но та лишь раздраженно смахнула их, продолжая смотреть тому в глаза. Стало так тихо, словно их поместили в отдельный вакуум со звукоизоляцией, и единственным громким звуком было его неравномерное дыхание.  — Я разобралась в себе, Альтаир, — прошептала Роуз, — разобралась и готова рискнуть. Ведь, кто не рискует, тот не пьет шампанское, верно? — ее лицо озарила детская улыбка и она поддалась вперед, уверенно прильнув к его губам. Руки переместились на его шею. Ей было холодно, но рядом с ним ее руки никогда не мерзли. Мерзло лишь сердце, но теперь, когда она была рядом с ним, не надо было включать искусственный обогреватель, чтобы сделать вид, будто все хорошо. Демон вздрогнул, потом успокоился, снова напрягся всем телом и тут же поднялся с травы, держа в своих сильных руках хрупкое тело возлюбленной. Она на миг оторвалась от его губ, чтобы перевести взволнованное дыхание, но мужчина грубо притянул ее к себе, не дав и шанса на воздух. Он целовал ее без остановки, зарывая пальцы в рыжие кудри, что щекотливо спадали ему на лицо, руками лаская каждую частичку ее напряженного тела, он вкушал каждую секунду этой пьянящей близости. Нюх зверя лишь усиливал его желание к ней; демон чувствовал запах ее кожи, парфюм, который она любит использовать, кофе, что она выпила по дороге из его поместья и даже аромат шампуня в ее волосах — он ощущал все, в том числе то, как сильно билось ее сердце в клетке ребер. Хотелось поглотить ее целиком, чтобы она стала куда ближе, чем сейчас, но дурманящие минуты слабости прекратились и девушка резко отпрянула.  — Жарко… — томно прошептала та, на что мужчина двусмысленно рассмеялся, запустив одну из ладоней ей под кофту. По кончикам пальцев бежал мелкий ток, воспламеняя прикосновения к ее горячей коже. Такая белоснежная и шелковистая, что было невозможно сдерживать порыв страсти, все больше и больше трогая ее. Каждый сантиметр кожи, каждый миллиметр, каждую частичку. Когда ее влажные губы коснулись его пульсирующей вены на шее, опускаясь ниже, когда ее ледяные пальцы заползли ему под куртку, проделывая краткий тур по груди, когда его слуха коснулся тихий стон, сладкий и притягательный — он грубым и резким движением навис над ней, впиваясь в ее губы, проникая языком внутрь, желая попробовать ее как можно больше. Уже было невозможно сдерживать себя за все те дни, когда так хотелось её. — Тихо… — заплетающимся языком проговорила девушка, уткнув свое раскрасневшееся лицо в шею беса, — Я сейчас с ума сойду. И задохнусь походу. Там же Даниэль, он нас, наверное, ждет и… — Альтаир притянул к себе девушку, дразняще прикасаясь к ее губам, едва касаясь, и это сводило ее с ума еще больше.  — Я готов просидеть так целую вечность. — прошептал бес.  — Даже если я скажу, что хочу домой? — было забавно наблюдать за переменой настроения мужчины, как тот снова начинает заполняться злобой до самых краев, а потом стихая до минимума. Она пока не знала как вести себя рядом с ним после этого переворота, поэтому ощущала небольшой дискомфорт. Альтаир Дэмроу молча поднял девушку с травы, еще раз взглянул куда-то вдаль и улыбнулся своим мыслям. Теперь все было хорошо…

***

Блондин встретил друзей с кошачьей мордашкой: такой же самодовольной и хитрой. Не секрет, что он все знал и понимал, поэтому так широко улыбался. В какой-то момент даже полез обниматься, но его грубо отшили, выставив идиотом. В заднем кармане джинс завибрировал покоился телефон, без единой связи, но девушка знала, что ее подруга обыскалась ее. Если все было относительно хорошо, то уж точно не здесь. Там, в людском мире, их ждала огромная проблема, которую нельзя было откладывать на потом. Старший Дэмроу намеревался затащить в свою комнату Аманду, но та послала его самого расчищать тот бардак, который он устроил. Даниэль молча поглядывал на нее и думал: когда же она так выросла? Буквально на руках, он взрастил этот бутон, который теперь сияет ярче солнца, одаривая всех теплыми лучами доброты и заботы, на которую был не способен даже он. Усевшись на свою кровать, он стал обдумывать проблему Зерцелиона, но увы и ах, было невозможно сфокусироваться на чем-то серьезном, когда буквально за соседней стеной мило беседовали двое новоиспеченных голубков. Внезапно в его голове возник образ Мари, такой невинный и детский, словно маленький ангелочек. Самоуверенный Купидон уже навострил свой волшебный лук в их сторону, стремясь пробить их сердца своей стрелой любви, но блондин продолжал отрицательно махать головой из стороны в сторону, отбрасывая все возможные пути в одну ногу с этой девушкой. Он просто не мог, не то, чтобы не хотел, а не мог заводить отношения с земной жительницей по райскому закону. Совокупления противоположных рас каралось смертной казнью или заточением на пожизненное. Его родители уже рискнули давным-давно и он не собирался наступать на одни и те же грабли даже если чувства затуманивали разум. Его разговор с Мари был самым тяжелым в последние три дня. Было сложно рассказать все просто и понятно, а главное, чтобы в это действительно поверили. Как можно поверить в то, о чем слагали мифы и легенды? То, к чему так и не прикоснулась рука человека? Как просто человек способен поверить в существование загробной жизни и в существующих мифических существ, которые попросту скрыты с их глаз в другим мирах? Действительно. Аманда Роуз тихо напевала себе под нос спокойную мелодию, взятую из головы, и неспешно властвовала в своей комнате поместья Дэмроу. Смахнув пыль с коробки под кроватью, она открыла ее: цепочка с перышками, которое ей подарил Даниэль была все на том же месте. Нетронутая и одинокая. Записной блокнот, в котором она зарисовывала места Суррея и Эльфийского двора со множеством разных мест Фиора, его жителей, их врагов и нелюдей, что заселяли владения королевств. От мыслей ее отвлек едва заметный шорох штор на открытом окне. Обернувшись, над ней зависла незнакомая фигура, тут же заткнувшая ей рот волосатой рукой, пахнувшей… псиной. Прямо ей в лицо во все свои 32 зуба улыбался всеми любимый оборотень. Сейчас он выглядел статнее обычного, видимо, это сказалось тем, что он начал роман с богатой эльфийкой. Благо, нашел себе отличную женщину и отрекся от всех тех ужасов, которыми любил промышлять. Легкий дорожный плащ был в легкой пыли, мешковатые штаны были заправлены в ботинки на шнуровке из натуральной кожи, а на туловище сидела плотная рубашка из хлопка, которая была неаккуратно заправлена в ремень штанов. Теперь его тело и общий вид выглядел ухоженным; даже волосы, которые обычно наблюдались в растрепанном, грязном виде, были мило собраны в хвост и обмотаны алой лентой.  — Что-о?! — в изумлении завопила рыжеволосая, бросившись к его правой руке, на которой покоилось обручальное кольцо из чистого серебра. Гравировка на нем тонкими буквами вырисовывала имя любимой жены. Прежде, чем она закрыла рот от удивления, в комнату влетели братья Дэмроу с мечами наперевес. Какое же было разочарование на их лицах, когда они поняли, кто заглянул к ним в гости.  — И без предупреждения? — вздохнул демон, засовывая меч в ножны, слабо висящие на его левом бедре. Мужчина взглядом прошелся по лицу возлюбленной и не удержался от легкой улыбки. Рядом встал младший брат и пихнул его локтем в бок, мол, вот это гость.  — Не было времени присылать весточку, пришлось на своих четверых добираться до вас. — оборотень ладонью прошелся по своим кудрявым волосам и учтиво поклонился троим в знак уважения и приветствия. Такой Азиз был для них ничем иным как восьмым чудом света. Повисла многозначительная пауза, при которой оборотень выжидающе поглядел на девушку. намекая, что ей стоит выйти и не подслушивать взрослых.  — Пойду припудрю носик! — воскликнула та, разворачиваясь к выходу. Проходя мимо демона, тот едва заметно провел пальцами по тонкому запястью Аманды, на что та, густо покраснела, опустив лицо в пол.  — У вас какие-то терки? — нахмурил брови Азиз, указывая пальцем в сторону ушедшей подруги. Даниэль не сдержал смешка, вглядываясь в непонимающее лицо оборотня. В подзатылок тут же прилетел грубый удар от старшего брата. — Ладно, это потом, за кружечкой рома. — подмигнул обоим гость, — Перейду сразу к делу: Айренн говорит, что может помочь вам с вашей проблемой.  — С нашей проблемой? — насторожился ангел.  — Зерцелион, верно? — оборотень скрестил руки на груди, облокотившись о стоявший рядом стол. — Она говорит, что знает как предотвратить неизбежное.  — Что она имеет в виду под словом «неизбежное»? — не понял демон, переглянувшись со своим нахмуренным братом.  — Она сказала, что вы прекрасно поймете, о чем она. — беззаботно пожал плечами мужчина, рассматривая свои ухоженные ноготки. — Это все, что она попросила передать вам. Я свое дело сделал, следующий шаг за вами. В общем, на чай оставаться не буду, у меня еще куча дел, так что жду вас в Эльфийском дворе.  — Не через окно! — воскликнул блондин, указывая на дверь в коридоре. — Только не говори, что весь Фиор в курсе того, чем мы тут озабочены. — продолжил тот, когда их невоспитанный гость покинул поместье.  — Меня это волнует меньше всего. — отрезал старший Дэмроу, направляясь к своей комнате. — Раз Айренн предлагает нам свою помощь — мы не можем ее отклонить. Аманду я отправлю обратно домой, а мы отправимся во Двор, может, это действительно вычеркнет из списка большинство наших проблем…