Красные полосы

Ричи уже давно не тот веселый ребенок, каким он был несколько лет назад. Ему 16, и он дымит как паровоз, чуть ли не по три раза за день подходя к своим взрослым знакомым, чтобы те купили ему сигареты. Ему уже плевать на то, что курение убивает, Тозиер сейчас, кажется, только за. На самом деле, Ричарду теперь много на что плевать. Плевать на свое здоровье, плевать на бывших друзей. Ему даже все равно, что он причиняет боль своей родственной душе, ежедневно избивая костяшки в кровь, ведь она может быть и на другом конце света. Ему все равно, что он выглядит словно живой мертвец со своей бледностью и огромными мешками под глазами. Единственное, что его заботит, это Эдди Каспбрак. Ричи ненавидит Эдди. Он ненавидит все, что связанно с ним, он ненавидит встречать его на улицах, ненавидит думать о нем. Но больше всего Тозиер ненавидит то, что сходит по гребанному Каспбраку с ума. Он правда не знает, когда влюбился в своего уже бывшего друга, но точно знает, что пришел в неописуемый ужас, когда увидел Эдди в лапах Пеннивайза, когда они в первый раз были в том доме. И сейчас Ричи иногда видит это во снах, но не знает, что пугает его больше: клоун или же Каспбрак в его лапах. Последней каплей для Ричарда стало то, что у Эдди появилась девушка. Они ходили с тупыми счастливыми улыбками на лицах и повсюду говорили, что они родственные души друг друга. Тозиер не мог понять, как они это выяснили, ведь Каспбрак не тот человек, который может упасть и поставить синяк, да и его девушка выглядела чересчур правильной. Но Ричи понимал, что лезть не в свое дело ему не надо. Поэтому он просто молчал и пытался сильно не злиться с такого счастливого не его Эдди. У него не получалось. Парень много раз слышал про то, что физическая боль заглушает душевную, но избитые костяшки уже не помогали, и Ричард перешел к другому виду саморазрушения. Ему нравилось, действительно нравилось, медленно проводить лезвием по коже, смотреть на то, как оттуда вытекает кровь, а после туго, чуть ли не до посинения, перебинтовывать руку. Вскоре это даже вошло в ежедневную привычку. Красные полосы были хаотично расположены по всему предплечью, и Ричи мог подолгу сидеть и разглядывать их. Он никогда и не предполагал, что ему может понравиться заниматься таким. Тозиеру правда стало легче существовать после этого небольшого открытия нового хобби. Он уже мог спокойно находиться рядом с Эдди, даже мог разговаривать с ним, пусть это и опять приводило к новым царапинам на предплечье. Ричи даже курить начал меньше, что значимо порадовало окружающих его людей. Все, казалось бы, стало лучше некуда, за исключением одной небольшой вещицы: парень все еще сходил с ума по Каспбраку. Лучшее время следить за любоваться человеком, который тебе нравится? Конечно же, в раздевалке, когда этот человек остается там один. К счастью Ричи, его возлюбленный до сих пор был слишком скромным, чтобы переодеваться вместе со всеми, поэтому подловить его Тозиеру было проще простого. А вот что сложно было, так это увидеть порезы на руке Эдди. – Блять, Каспбрак, что это за хуйня? – парень даже не заметил, как Эдди подскочил, испугавшись. Все, что сейчас интересовало Ричи, были красные полосы на коже бывшего друга. – Это не я. И не Изабелла, а жаль, я правда надеялся, что она моя родственная душа. И вообще, я не обязан перед тобой отчитываться. И что ты вообще здесь делаешь? Ричи? Побледневший еще больше Тозиер лишь выбежал из раздевалки, с ужасом понимая, что он наделал. В его голове были лишь порезы на руке Эдди, расположенные точь в точь, как его собственные, и слова Каспбрака о том, что его девушка не его родственная душа. По лицу Ричи текли слезы, и он не мог их остановить, да и не хотел. Он ненавидел себя за то, что причинил ему боль. Сил хватило лишь выбежать из школы и сесть под каким-то деревом на территории. Ричарду хотелось избить себя, но он не мог, ведь эту боль почувствует и Эдди, а этого он больше допустить не мог. Ричи никак не ожидал, что Каспбрак побежит за ним. Но вот, не прошло и пяти минут, а его родственная душа уже стоит рядом и с беспокойством смотрит на него. Из глаз вновь хлынули слезы, и Тозиеру уже было все равно, что Эдди их увидит. – Прости. Я не знал, что это был ты, – Ричи просто закатал рукав толстовки, открывая царапины. – Я бы никогда не сделал бы этого, если бы знал. Прости. Тозиер был готов сказать "прости" еще миллион с лишним раз, но Эдди заткнул его, резко поцеловав. Ричи никогда бы не подумал, что Каспбрак может первым поцеловать кого-то, но вот вам прямое доказательство, что такое возможно. Парень просто глупо улыбался, глядя на то, как его родственная душа краснеет и пытается отвести взгляд. Ричард никогда не чувствовал себя настолько счастливым.