Кто убил Мэтта?

      В пятницу я затрахался вкалывать за всех. Мало того, что Джордж опоздал минут на пятьдесят, так ещё в течение дня все отлынивали от работы то на минутку-другую, то на четверть часа. Хреново быть единственным трудолюбивым и некурящим джентльменом в компании паровозов, лентяев и мудаков. Уже представляю, как Дилан или Джордан шутят на тему «паровозика»... Но я-то человек почти приличный, лучше оставлю их постоянное желание курить на дядюшку Фрейда.       Когда Джордж, наш алкаш в завязке и спонсор сегодняшних перекуров, в очередной раз потащил всю компанию дымить, я остановил Даниэля. Наедине мы остались. В студии. Вдвоём. Не нужно никаких намёков, а уж тем более пояснений по поводу нашего времяпрепровождения? Так, говорю, и так, чего зря курить ходить, может, лучше отсосёшь мне? Мурилльо засмущался, как девочка, глаза выпучил, физиономию милую состроил. Эй, говорю, алло, не расслабляйся! Давай обсудим теории Фрейда, чего зря курить ходить?       Видел бы кто лицо Даниэля. Не знаю, что этот блондинистый недомурок себе надумал, но смутился он знатно — ещё сильнее, чем когда я ему Джея-младшего предложил обработать. Стоп, он что, серьёзно подумал, что я ему сосать предлагаю?! Во дурак, я ж сперва отвёл бы его как минимум в туалет. Да и завязал я с бисексуальным прошлым, у меня жена-красавица и... и всё, рано мне детей, я слишком молод для этого дерьма.       «Предлагаю обсудить это потом, ближе к ночи», — таинственным голосом проговорил Даниэль. А у самого глаза хитрецой горят. Знаете, как у педофилов усатых — слава богу, Дилан не слышит, — когда они маленьким девочкам конфетки предлагают. Ну, я девочка не простая — клыкастая и опасная, сам кому хочешь яйца откушу при случае, поэтому согласился, хули нет. Даниэль состроил счастливую морду и на радостях пошёл курить. Сволочь. Я снова остался один. Ненадолго, правда, чуть позже я сгонял отлить, а там уж и мужики с перекуром закончили. Никого, сука, сегодня не выпущу, пока не отрепетируем запланированный материал. До ночи у меня будут вкалывать.       Чуть за полночь мы расправились с последним репетиционным треком и могли со спокойной совестью двигать по домам. Хорошо, что я позвонил Ванессе и предупредил о задержке. На улице Даниэль шепнул мне: «Здесь же через час». Все разбрелись по машинам, Джорджа обещал подвести Чарли под наше дружное «гы-гы», потом я поколесил по городу минут сорок-пятьдесят и вернулся к офисному зданию.       В студию я пришёл раньше Даниэля, благо он тоже не задержался. Ох, что было дальше. Да-да, то самое — вместо разговоров мы занялись сексом. Или, правильнее, трахом — животным трахом, нам обоим требовалось расслабиться после тяжёлого дня. Предварительно Даниэль неплохо поработал ртом, так сказать, для разогрева, а потом уже я взялся за его задницу. Горячий он мужик, честное слово, будь мы оба свободными — признался бы всему миру, включая парней, что я до из пор немного пидрюга.       Всё испортили приближающиеся к студии шаги. Что за чёрт, кого могло посреди ночи притянуть в студию?! Сука, надо же было выбрать такое неподходящее время — я кончить собирался буквально через минуту. Я вскочил, проклиная весь мир и незваного гостя, приказал Даниэлю прятаться под диван и начал застёгивать штаны. Дверь открылась.       — Ты чего здесь посреди ночи делаешь? — Джордан включил основной свет и с любопытством уставился на меня. Только не смотри под диван, только не смотри диван!       — С Дэнни трахаюсь, — честно ответил я, на что Чарли хохотнул и наставил на меня указательные пальцы, мол, классная шутка, друг. Кажись, ничего не заметил. Оказывается, Джордан вернулся за смартфоном, который одалживал мне для звонка Ванессе. Забавно: получается, я своими руками, теми самыми, которыми положил телефон на диван, вместо того чтобы отдать аппарат владельцу, приманил Чарли посреди ночи на «голубой огонёк».       — Пойдём? — спросил Джордан. Его смартфон от наших с Даниэлем развлечений забился в угол дивана — то ли по случайности, то ли от стыда, — там его Чарли и нашёл-взял. Я не мог оставить любовника одного. Плюс я не кончил, у меня хрен болит от напряжения, неудовлетворения и тесных джинсов.       — Нет, — ответ получился слишком резким. — Я позже, — добавил я, пытаясь говорить спокойнее. К счастью, Джордан не из обидчивых — он просто ухмыльнулся и пожал плечами.       — Как хочешь, — его взгляд демонстративно опустился на пару секунд к моему паху. — Будь другом, не заляпай диван, лады? Ну, пока.       Джордан нагло подмигнул, я закатил глаза, он выключил свет и покинул помещение. Угрюмый Даниэль выполз из-под дивана.       — Продолжим? — предложил я. Конечно, хорошо бы подождать, пока Чарли гарантированно уйдёт... Но мой хер считал иначе. Даниэль замялся, засомневался и вообще, будь мы на стадии прелюдии, у меня упало бы всё, что стояло, от его недовольной физиономии. Он объяснил: разнообразия ему хочется, в туалет, говорит, пошли. Лучше человека среди унитазов трахнуть, чем свою руку на мягком диване; пришлось согласиться.       Грубо и жёстко, как шлюшку в туалете ночного клуба, я отымел-таки Даниэля у стены — насколько я понял, он на то и рассчитывал. Потом я пошёл смывать его сперму с рук и пот с лица. Сзади послышался тихий оклик. Развернулся я, а там... Я толком не успел понять, что там, если честно. Последнее воспоминание: человек в маске, баллончик в его руке, направленный мне в лицо, и струя мерзкого спрея. Увернуться от воздействия распылителя я не сумел — чай не ниндзя.       Кажется, меня несильно били по лицу, отчего я и очнулся. Что произошло, что случилось? Я попытался вскочить и защититься от непонятного врага, как моя бедная черепушка со всей дури встретилась... Ну, когда я опустился обратно на пол, я догадался, что с раковиной. Я обхватил голову и понял, кто сидит передо мной: Джордан. Не, он вряд ли стал бы брызгать в меня из баллончика. Хотя... именно его мы с Даниэлем видели последним. Чёрт, неужели он всё видел?! Может, он сам давно хотел оприходовать Дэнни? Ревность, что ли? Я смотрел на Чарли и думал о том, как выяснить, какого хрена случилось. Тот тоже не сводил с меня взгляда, как чёртов удав с кролика, наверняка прикидывал, догадался ли я, что это он. Стоп... Уж не трахнул ли он моего Даниэля, пока я валялся — интересно, сколько я валялся? — в отключке?!       — Что происходит? — прозвучало слева — это Даниэль пришёл в себя. Джордан начал нести бред про апокалипсис, мой недавний любовник сдуру поверил ему, я же с насмешливым видом помалкивал, чтобы не палиться.       — Ладно, хватит, — остановил я в какой-то момент друзей, подозревая, что спросонок Даниэль может тупить ещё долго. — Что случилось? Ты как здесь оказался? — посмотрим-посмотрим, что Чарли придумает.       — Вышел я из студии, — начал Джордан, — получил по голове чем-то тяжёлым, очнулся минуту назад здесь. Всё. Ха, мой рассказ получился длиною в член Дэнни, — он наткнулся на недоумённый взгляд Мурилльо. — Такой же короткий, ну, не тупи.       Сука, он точно выебал моего... Нет, официально-то Даниэль не мой... Да и член его не такой уж короткий... Но здесь всё очевидно: Джордан пытается отвести от себя подозрения. Даниэль раскрыл рот, никак собрался ответить на «шуточку» Чарли, но я опередил друга:       — Вскоре после тебя, — главное — особо не врать, чтобы Джордан ничего не заподозрил, — я вышел из студии. Пришёл сюда — поссать и помыть руки перед дорогой. Здесь, у раковины, я услышал сзади шум, развернулся, получил струю какой-то херни в рожу и вырубился. Такие дела.       Самым хитрым оказался Даниэль — он сказал, что вообще ничего не помнит. Наверняка соврал. Что получается... Неужели Джордан всё-таки трахнул его? Блять, может, они вообще оба сговорились против меня, а я тут полулежу и, как полный дурак, любовника своего оправдываю?! Нет, чушь какая-то.       Я встал с пола — на сей раз более аккуратно, обошлось без удара, — мужики повторили за мной. Все вместе мы пошли к студии, чтобы разобраться в происходящем в более уютной обстановке. Каково же было наше удивление — по крайней мере, моё, — когда там мы обнаружили Джорджа и Мэтта, валяющегося на полу в луже крови. Джонни выглядел застуканным за чем-то неприличным, и позже стала понятна причина: он намекнул, что перед нами труп.       Никто не поверил Джорджу, а зря: я проверил пульс Мэтта и убедился в правдивости слов Тирса.       Приехали.