Розы. Ты ведь ждал?

      Мин Юнги двадцать четыре года, в его жизни был только один близкий друг Пак Чимин. Они познакомились в десять лет, когда у Чимина была разодрана коленка, а Юнги не смог пройти мимо восьмилетнего малыша, который плакал от маленькой царапины. Юнги часто расшибал себе коленки, в школе его ненавидели за то что он родился с мятным цветом волос, поэтому все его били и толкали. Он стал отдаляться от людей. Увидев черноволосого мальчика, с мокрыми от слез щеками, Мин младший просто взял подорожник и приложил его к коленке Чимина, так началась их дружба. Банально скажите вы, но не все так просто. Жизнь вредная штука. — Чимин, я принес тебе, — Юн не договорил, он смотрел на плачущего Пака, который сидел на скамейке.       Юнги пятнадцать, Чимину тринадцать. Больше всего Мин ненавидел, когда Чимин плачет, ему просто было больно смотреть на то, как дорогой ему человек разрывается изнутри. Пак был единственным, кто принял Юнги таким, какой он есть. Он не говорил ему, юнги ты неправильный, ты родился с отклонениями или давай перекрасим тебе волосы, как говорили это родители или одноклассники. Поэтому Юнги пообещал себе ещё тогда в десять лет, что будет защищать Чимина. — Чимин, что такое? — Юнги присел рядом и посмотрел на Пака, ему было больно, видеть такого несчастного мальчика. — Юнги…- Пак вытирал ладошкой слезы, — Родители увозят меня в Пусан, — младший опять залился слезами, а в этот момент в Юнги что-то оборвалось. — Почему? Это ведь ненадолго? — Юнги обнимал Пака и пытался успокоить. — Они увозят меня туда, хотят, чтобы я закончил там школу, — истерика прекратилась, сразу после объятий Юна. — Тише Чимин-и, тише, не переживай, подумаешь, каких-то 7 лет и мы снова увидимся, — Юн не верил в то, что говорил, через семь лет Чимин уже забудет старшего. — Хен, я не верю, обычно это бывает так, сначала длинные смс, которые гласят о том, что твоя и моя жизнь прекрасная и интересная в разных городах, а затем, мы просто забудем все и будет не интересно, — Чим, уткнулся в плечо Юнги. — Глупый, что ты такое говоришь? — Юнги улыбнулся и погладил младшего по голове, — Не будет такого никогда. Мы встретимся обещаю.       И младший поверил, ведь хен никогда не обманывал.

***

      Чимину двадцать, Юнги двадцать два. Они давно уже не общаются, уже, как четыре года, Чимин был прав, ему было обидно, что Юн, променял его полностью сначала на университет, затем на новых баб, байк и татуировки. Но обиднее всего было, то что Юнги не сдержал слово. Чимину двадцать и он выпускник, он поступает в Сеульский университет, ещё бы он ведь отличник и идет на золотую медаль. Юнги двадцать два, он уже два года, как студент Сеульского университета, он закончил школу с отличием, несмотря на все преграды, заполучил кучу наград, но все помнил Чимина и не писал ему. Мин забил на учебу, положившись сначала на то, что потом он нагонит упущенное. Юнги двадцать два и его до сих пор задирают из-за цвета волос. Когда он поступал, то думал, что все, вот она взрослая жизнь, он надеялся, что люди поумнели за эти годы и его уже никто не будет трогать и не будет задирать. Но все сложилось иначе, сначала Юн терпел, затем ввязывался драки, а сейчас без Чимина он полностью одичал, Юнги столько раз трогали за шею, что у него появилась фобия, Мин сделал себе татуировки на руках, хотел на шее, но не вышло. Чертова фобия. Из-за цвета волос, из-за фобии, Юнги чувствовал себя ещё более ущербно и разбито. Руки всегда были в ссадинах, губа разбита, а бровь просто рассекли. Юнги накопил на мотоцикл и больше ни о чем не волновался. Существовал только он и его уродливый мир. Кто же знал, что где-то там в Пусане, сидит Пак и каждую ночь плачет от того, какой хен придурок.