Добро пожаловать во мрак, Джессика.

Сон. Джессике уже очень давно не снилось приятных снов. Кошмары всегда будили ее и врезались в память, будто нож под ребро, но сегодняшний сон был особенно хорош. Джесс не успела его поймать, он растворился как туман, пока она нежилась в своей кровати. Что было – не важно. Что будет – не важно. Важно, что сейчас ей лучше, чем когда-либо было. Приятные мурашки пробежали по всему телу. Одеяло сохраняло тепло тел Джессики и Мэтта. Он нежно притянул ее к себе, будто бы стараясь огородить от кошмаров, и у него это получилось. Она спокойна и счастлива. Меттью провел рукой по волосам Джесс, любуясь ее красотой. Теперь, когда её лицо расслаблено и спокойно, она действительно невероятно красива, как никогда до этого. Мердок совершенно не хотел подниматься. Образ сонной и очаровательной Джессики притягивал его. Оставить её сейчас одну было невыносимой мыслью. Он прикоснулся губами к ее щеке. Она неохотно приоткрыла глаз. — Ты завтракать будешь? – Меттью усмехнулся. Джессика повернулась к нему лицом и прижалась теснее: — А в меню есть ты? — Только если ты каннибал, — Мэтть одарил Джессику очаровательной улыбкой. — Об этом еще рано шутить, – фыркнула Джессика. — Ладно-ладно, – пробурчал Мэтт, откинувшись на подушку. Джонс всполошилась и резко подорвалась в поисках часов. — Сколько время? Тебе же нужно на работу! — Все нормально. Я предупредил, что опоздаю. — Тогда нужно вставать. Мердок откинул одеяло, оставив Джессику и себя на съедение утреннему холоду, а затем вновь крепко притянул девушку к себе. — Холодно... – недовольно простонала Джессика. — Признавайся! – Мердок стал щекотать Джесс. — Я согласна на все, только дай мне одеяло! – вырываясь, кричала Джонс. — Даже на замужество? – спокойно сказал Мэтт, отпустив Джессику. От неожиданности вопроса девушка замерла и ошарашенно уставилась на Мэтта. — Ты и я. Что скажешь? – Меттью не отступал. — Я... Это слишком неожиданно, – наконец ответила Джесс. — Как скажешь, – Мердок встал с кровати и стал одеваться. – Я тебя не тороплю. Просто мне кажется, что так было бы лучше. — Мэтт... Джессика чувствовала себя виноватой, но явно не была не готова ответить сейчас. Чтобы сказать заветное «да», ей нужно осознать, что она больше не несчастна, что она любима и нужна, а это не так-то просто. — Давай вечером это обсудим? – поджав губы, предложила Джессика. – Я думаю, когда ты вернешься, я буду готова ответить. Меттью обернулся к любимой и, оперевшись на кровать, поцеловал ее. — Буду ждать вечера, как никогда до этого не ждал. Джессика сползла с кровати и натянула на себя первую попавшуюся одежду, которой оказались вчерашние брюки и майка, а затем последовала вслед за Мэттом на кухню. Мужчина уже что-то доставал из холодильника. — На ощупь как сельдерей, – удивленно произнес Метью. – Ты серьезно купила что-то кроме виски? — Ты хорошо на меня влияешь, – сказала Джесс, оперевшись о стену. — Тогда помой его и порежь. Приготовив свой первый совместный завтрак, парочка уселась за стол. Ели они молча, но в воздухе была вполне легкая атмосфера, никакой эмоциональной напряженности или мрачности. Наконец-то все стало так, как и должно было быть. Джессика проводила Мэтта до двери и нежно поцеловала. Она наконец-то чувствовала себя свободной и счастливой, а в голове была лишь одна мысль: «Может, сейчас стоит сказать Мэтту «да»?» Но в конце концов она решила подготовиться к этому событию как следует и сказать заветное слово вечером.

***

Настал долгожданный вечер. Мэтт с секунды на секунду должен был прийти домой. Джессика до сих пор никогда так не волновалась. Она не могла сидеть спокойно в ожидании, постоянно проверяя, все ли стоит на своих местах и не забыла ли она чего. Весь день она потратила на то, чтобы навести в доме порядок и приготовить ужин. Вышло скромно, но она очень старалась. Джесс даже вытащила из дальнего угла свое вечернее платье. Раньше она ненавидела платья, но это ей невероятно шло. Черные кружева на бледно-сиреневом шелке оголяли ее плечи и скрывали лодыжки. Каждая секунда ожидания растягивалась в минуты, а минуты в часы. Ждать было невозможно. Джесс то бродила по дому из угла в угол, то сидела на кровати, уставившись в телефон, то стояла прямо возле двери, готовясь открыть дверь, как только раздастся звонок. И, наконец, он – звонок. Девушка потянула на себя ручку, но Мэтта за дверью не оказалось. За ней стояли двое мужчин в форме полицейских. Они стянули с себя фуражки. — Нам жаль, но Меттью Мердок попал в аварию. У Джессики подкосились ноги. Она инстинктивно стала искать руками опору. Чуть не потеряв равновесие, она на ощупь нашла ближайшую стену и оперлась на нее спиной. В голове крутилась целая гора мыслей: «Я не должна была его отпускать» «Я приношу несчастье» «Я должна была сразу сказать ДА» «Нельзя было нам сближаться» «Я хочу умереть» Вдруг Джонс опомнилась. — Он жив? Мужчины кивнули, и один из них сказал: — Да. Если хотите, мы отвезем вас к нему. На лице Джессики засияли слезы. Не раздумывая ни секунды, девушка вышла из квартиры и направилась к выходу. — Да, скорее. Ехать пришлось не так долго, как Джессика думала. Ее подвезли к какому-то дому, больниц поблизости не было видно. — Где мы? — Вы же хотели увидеть мистера Мердока? — Д-да... – дрожащим голосом ответила Джонс. — Тогда следуйте за мной. Один мужчина шел первым, а второй конвоировал девушку сзади. Джессика уже поняла, что это ловушка. Ее, очевидно, обманули. А она, дура, бросилась непонятно куда и зачем. Резко повернувшись, Джонс ударила заднего конвоира под дых и побежала назад, но, пробежав несколько метров, рухнула на землю. Второй полицейский выстрелил в неё транквилизатором.

***

Сон. Этот сон был таким странным, но Джессика знала, что это сон. Такое уже было. По спине пробежали мурашки — она снова лежит с ним в обнимку. Он крепко обнимает ее со спины, и так не хочется просыпаться. Он проводит по волосам рукой и целует Джессику в щеку. Тепло. — Джессика! – где-то очень тихо зовёт Мэтт. – Джессика, очнись! – звук проходит так, словно она в воде, он приглушен и будто бы не важен, но это голос Мэтта, он не может быть не важным. Джонс изо всех сил пытается зацепиться за голос. – Джессика! Но вдруг у самого уха другой мурчащий голос обращается к ней: — Здравствуй, Джессика! – мурашки снова пробегают по коже, но теперь это свидетели ужаса. Джессика очнулась, будто от кошмара, но, кажется, попала в еще больший кошмар. Прямо перед ее кроватью, прикованный цепями, в лучах прожектора висел Мердок. Он был обездвижен, и ему не оставалось ничего, кроме как кричать. Джессика хотела было подбежать к нему, но упала с кровати, запутавшись в своих цепях. Из темноты за спинкой кровати Джессики вышел Томпсон и подчёркнуто мягко поставил её на ноги. — Ну же, милая! Поприветствуй меня! Внутри Джессики заклокотала злость. Она не могла выдавить из себя никакого другого звука, кроме рыка. — Ну же, любимая, – прикусил губу Томпсон в притворном разочаровании. — Не смей ее трогать своими клешнями! – заорал Мердок, что повлекло за собой соответствующую реакцию. — Нет! – крикнула Джессика. — Не делай ему больно! — Не делать? Этот урод украл тебя у меня и еще будет мне говорить о том, что мне можно, а чего нельзя?! – Томпсон подошел к дерзкому пленнику и ударил его под дых. Меттью закашлялся. — Тебе нужна я? Так забирай! — пытаясь вырваться из пут, Джессика не заметила, как из её глаз начали течь слезы. – Оставь его в покое! Насилуй меня! Бей! Что хочешь делай! Я твоя! – Джессика затихла, слезы застилали глаза. Прикусив губу, она ждала, когда Томпсон к ней подойдет. Но он не вернулся, а лишь снова ударил Мердока, но уже по лицу. — Ты должна меня хотеть, а не этого придурка, меня любить! – заорал Кевин. – И я сделаю так, что ты будешь моей всецело. Достав из кармана раскладной нож, Томпсон воткнул его в плечо Мэтта, а затем вытащил и воткнул в другое. Джессика не могла разобрать, что происходит, из-за слез она будто ослепла, но по крикам она понимала, что делал Томпсон. — Не надо, пожалуйста! Пожалуйста! – заскулила она. Томпсон мгновенно переключил свое внимание на неё и приблизился, предусмотрительно оставив нож вне досягаемости. — Поцелуй меня как его. Джесс сглотнула и медленно приблизилась к губам Томпсона. Сначала было нежное касание, но она не стала останавливаться на этом, чтобы уверить его наверняка. Со всей своей страстью она впилась в губы своего врага, целуя его по своей воле, но не по своему желанию. Ощущения были странными. Джонс было приятно и отвратительно одновременно. Мердок тихо скулил, не видя, но понимая, как Джессика пытается его спасти. Джессика боялась прервать поцелуй и потому продолжала льнуть к Томпсону, однако он сам отстранился и вышел из комнаты. Джессика ошарашенно проводила его взглядом и с надеждой посмотрела на Мэтта. Кажется, она смогла. — Ты будешь свободен, Мэтт, – улыбнулась Джессика, стараясь игнорировать чужой вкус на своих губах. — Я хочу, чтобы мы вместе были свободны, – Мердок истекал кровью, но Джессика старалась не думать об этом. Она надеялась, что Томпсон сейчас вернется с ключом и освободит его. Однако Кевин вернулся с набором острых кухонных ножей. Увидев это, Джессика забилась в истерике. — Не смей, сволочь!!! Не смей! – она вырывалась и билась будто в агонии. – Я убью тебя! Зачем ты это делаешь??? Не обращая внимания на крики Джесс, Томпсон вытащил один нож и, перехватив его поудобнее, воткнул в обездвиженную руку Мердока. Затем он второй нож во вторую руку. — Грёбаный… А-а-а-а-р-р... – из груди Джессики вырвался полурычащий крик и плач. – Ненавижу! Сука! – сгорая от ярости, она ударила кулаком по спинке кровати, что причинило ей еще и физическую боль. Кевин взялся за воткнутые ножи и вытащил их так, чтобы причинить Мэтту как можно больше страданий, вынуждая его скулить от боли. Взяв другой нож, он начал медленно надавливать острием ножа на живот до тех пор, пока первые капли крови не появились на коже, а затем резко вонзил его в живот. Джессика обессиленно уставилась на еще живого, но уже считай мертвого любимого, рыча и всхлипывая. С трудом двигаясь, она медленно села на кровати, обхватив колени руками и продолжая рыдать как маленькая девочка. — У меня не хватает грёбанных слов!!! Ты! Ты!!! Все ты, тварь!.. Можно ли еще спасти Мэтта или нет, Джессика не знала, но в голове была лишь одна мысль, что она должна попробовать сделать хоть что-то. — Что мне сделать, чтобы ты поверил, что я твоя? — сказала Джесс совершенно другим тоном. Томпсон обернулся к ней и с улыбкой произнес: — Убей его. Джессика вздрогнула. Ее руки тряслись от злости и негодования. Убить Мэтта. Если она сделает это сама, то его смерть будет быстрой и милосердной и возможно, она спасется, а если она не убьет его, то это сделает Томпсон, и это будет гораздо более мучительно. Ответ был очевиден, но решиться на это было не так просто. Мэтт все еще был в сознании и истекал кровью. — Я согласна, Мэтт, – сказала Джессика. – Жаль, что я не сказала этого раньше... Кевин непонимающе посмотрел на Джессику, после чего подошел к ней. Он открепил от изголовья кровати цепи, что держали ее руки. Она была слишком слаба, чтобы напасть на Томпсона. Подойдя к Мэтту, она кивнула. Кевин вручил ей нож. — Прости меня, – из последних сил прошептала Джессика и воткнула в горло Меттью нож, прижимаясь губами к его губам. Слезы продолжали течь по ее щекам. — Тебя придется долго перевоспитывать, – потирая лоб, возмутился Кевин. Он стоял немного в стороне, чтобы дать Джессике пространство. – А теперь медленно подойди ко мне. Джессика вытащила нож из горла Мердока и повернулась к Кевину. На ее лице была безумная гримаса, будто она уже не человек, а страшное человеческое чучело. Ее платье пропиталось кровью любимого и теперь еще больше потемнело, походя на траурное. — Я теперь замужем, — усмехнулась Джессика и, прежде чем Кевин успел среагировать, воткнула себе в горло нож. _______________________________________________________________________________ — За мамочку. За папочку, – голос Томпсона был непривычно ласковым. – Давай еще одну ложечку, и папа сделает тебе сестренку или братика. Умница! Ты вырастешь большой, Джессика, – Кевин говорил это имя с такой нежностью, что Джонс почувствовала волну тошноты. — Ты будешь обожать меня больше жизни.