У меня аллергия на лимоны.

Утром я был разбит, как чаша на свадьбе Эсмеральды и Гренгура. Голова казалась просто неподъёмной, а руки болели так, будто я вживую разбирал библиотеку в "Чертогах". Том грозился завалить меня ещё большим объёмом информации, а я боялся идти на уроки. "Ха, и это Герой? Пару шкафов разобрал и все, раcклеился?" - насмехался надо мной Том, а мне не оставалось ничего, кроме игнорирования. Второй день моих "выходных" перед началом тренировок я посвятил учёбе. Я внимательно слушал учителей, пытался понять, на каком языке они говорят, листал конспекты Пенси и Гермионы и хватался за голову. Чёрт, со всеми своими проблемами я забил на учёбу и даже не могу вспомнить когда! Чёрт! - Гермиона, милая, хорошая, ну помоги! - Каким образом? Свой мозг тебе отдать? - Зачем так радикально? Просто помоги мне составить план, по которому я мог бы сам подтянуть теорию. Ну пожалуйста! - Ой, ладно. Только не кричи! В результате трёхчасового торчания в библиотеке, ответа на ряд вопросов и выслушивания нотаций насчёт того, какой же я безответственный болван, я наконец смог получить приблизительный план. Что и зачем, почему именно эта тема. Так что большую часть дня я провёл в библиотеке. Ребята составляли мне компанию и все время отвлекали, несмотря на шипение и недовольство Герми. Таким образом, конспекты были написаны, домашнее задание сделано, дополнительное задание по трансфигурации взято. Декан Гриффиндора недовольно поджала губы, когда я к ней подошёл. Такое чувство, что я вроде ей нравлюсь, а потом она видит герб Слизерина и всячески выражает своё недовольство, надеясь, что зелёный герб покраснеет от стыда. Нет, госпожа профессор! Это так не работает. Амер, метнувшись домой, принёс те самые книги и я направился к декану сразу после ужина. Постучав, как приличный человек, и не дождавшись ответа, я начал стучать ногой. - Профессор Снейп, я пришёл!!!! В какой-то момент дерево под ногой сменилось чем-то мягким, я узнал о себе много нового, а Северусу прилетело в колено. - Ой... Профессор, а я тут... принёс. - Заходи. Я прошмыгнул внутрь и осторожно положил сокровище на стол. Стоило двери закрыться, как на косяке вспыхнули и тут же погасли незнакомые мне руны. Теперь нас не подслушают. - Северус, у нас такие планы! Ух! Сейчас пойдём в Тайную комнату, потом можно навестить Выручай-комнату, потом... Хотя и этих двух хватит. Давай, переодевайся. Надевай, что потеплее и что не жалко. - Уймись. - Ладно... Потирая ушибленное колено и сложно сверкая глазами, Снейп удалился к себе. Я же, свистнув со стола печенье, сел в кресло и осмотрелся. Кабинет, более чем за год, не изменился. Разве что рабочий стол теперь было едва видно за завалами домашних работ и книг. - Над чем сейчас работаешь? Снейп вошёл в кабинет и, забросив печенье в рот, осторожно взял книги. - Ни над чем, что могло бы тебя заинтересовать. Это оригинал? - Обижаешь. Конечно! - А копии? - Будут нужны - дам. Северус, я ж не идиот! Декан красноречиво посмотрел на меня и вновь удалился, чтобы вернуться через пару секунд. Теперь книги спрятаны от посторонних в обители Ужаса Подземелий. "Обидно! Мерлин, как же обидно! Такие книги!" - причитал Том, который молчал большую часть дня. - Умолкни. Мы сделали копии, что тебе ещё нужно? - Ты с кем разговариваешь? Снейп обеспокоенно посмотрел на меня, а его рука, держащая очередную печеньку, застыла у самого рта. - С Томом. Ему обидно, что приходится расставаться с такими книгами. - И... Ты его слышишь? - Ну да. Он не такой плохой, как я думал. ДА УМОЛКЕШЬ ТЫ ИЛИ НЕТ, КРЕТИН ЧЕРТОВ ?! Амер, вызанный мной, доставил нас к самому входу в тоннель. Внутрь, к сожалению, он попасть не мог. Только ножками, как мы. - Нда... Это тоннель для змея? - Да. Что бы он мог "гулять" в Лесу. Но думаю, что данный экземпляр был слишком стар для прогулок. Тоннелем давно не пользовались. - Ладно. Пошли. Ступеньки были мокрыми и невероятно скользкими. И даже опора в виде стены никак не защищала: мох и лишайник были не менее скользкими и омерзительными, чем все вокруг. Разползаясь под пальцами, они открывали сырую и холодную стену и я жалел, что не взял перчатки. - Так, теперь нале-ААААА ! Случилось то, что должно было произойти. Я поскользнулся. Я мог бы разбить голову, будь там, куда я летел, ступени, но, к счастью, меня миновала перспектива пересчитать лбом все ступени. Тоннель имел очень интересное строение. Огромный круглый вход разделялся на две дороги, ведущие вниз: лестница для человека и гладкий пол для змея. И если змеиная дорожка вела прямо вниз, то лестница имела несколько поворотов и вид некоего подобия спирали, пусть и квадратной. И именно на очердном повороте я слетел с лестницы вниз на скользкую "горку" и кубарем оправился в путешествие к Логову Змея через скользкий мох. - Ох... - Ты впорядке? В конце поездки вылетел прямо в бассейн, но был мгновенно выловлен деканом. - Отбил себе все, что отбивается. А что не отбивается, все равно отбил, чем нарушил законы Вселенной. Ой-ой-ой... - Смотри на меня и отвечай. Голова кружится? - Нет. - Тошнота? - Нет. Се... - Сколько пальцев видишь? - Четыре. Сев... - Так, сотрясения вроде нет. Может, только пара ушибов. - Да послушай меня! У нас проблемы. - Что ещё? Ну что я могу сказать? "А он уполз", как говорится. Декан посмотрел себе за спину и, резко развернувшись, начал так материться, что у меня ушки скатались в трубочку. Посреди Комнаты, от места, где лежал змей, и до самого выхода тянулся длинный след, будто по полу тащили нечто. - Утащили... Дамблдор, сука! Сука твою налево! - Не матерись, ребёнок. - И ты иди туда же! Извини. Просто... Обидно, чёрт возьми! Целый василиск! Это же сколько... Но шкура с линьки осталась. - На выходе сигнальные чары. - Но не на самой комнате. Я обернулся к статуе Салазара. Он осуждающе смотрел на всех, кто входил, пустыми каменными глазами. -Говори со мной, Слизерин, величайший из хогвартской четверки! Лицо пришло в движение, каменный рот раскрывался, открывая чёрное жерло. Забраться туда было трудно. Скользкий, как и все здесь, камень не хотел быть схваченным и я раз за разом падал вниз. - Северус, может поможешь? Общими усилиями меня забросили наверх и я наконец смог влезть внутрь головы. Следующие полчаса я сбрасывал шкуру Василиска вниз к Снейпу, который складывал все в безразмерную сумку с такой аккуратностью, будто боялся, что она порвется, несмотря на то, что шкура василиска является одной из самых, если не самой, плотных. Однако в какой-то момент мои руки нашарили нечто иное: мягкое, тёплое и обладающее языком. - Сев, тут... Тут детеныш!