Все раны заживут

      -Йен, - крикнул Клейтон с первого этажа, - спустись вниз.       Парень отложил в сторону учебник по математике, поднялся с кровати и направился на первый этаж. Там его ждал отец, который был официально одет.       -Йен, я уезжаю на три дня. Дома чтоб никого не было и ты нигде не шлялся, буду звонить вечером по скайпу и проверять, понял?       Да, отец, мне и ходить-то н-некуда, - пожал плечами Йен и прильнул к стакану с водой, чтобы скрыть улыбку радости.       Клейтон не часто куда-то уезжает, тем более на три дня. Это значит, что можно слушать громко музыку, есть все, что захочется и ночью можно будет погулять не боясь, что отец проснется и проверит. А самое главное: никаких криков, замахиваний, ехидных замечаний и издевательств.       -Пап, а ты д-далеко уезжаешь? - на всякий случай спросил Йен, чтобы знать наверняка, что можно расслабиться.       -В соседний штат, по работе, - ответил Клейтон и налил себе кофе, - через час выезжаю.       -Хорошо, пап, можно я п-пойду дальше делать уроки? - Йену хотелось быстрей пойти к себе в комнату, свалиться на кровать и расплыться уже в довольной улыбке.       -Я еще не отпускал тебя. Как сегодня в школе? Написал тест по физике?       Йен замер, он полдня пробыл у Микки дома и ни разу не вспомнил про важный тест по физике, который решит его годовую оценку. Если учитель позвонит его отцу, то Йену несдобровать.       -Д-да, - соврал Йен и отвел взгляд, - п-проще простого.       -Хорошо, иди делай уроки, - Клейтон хлопнул сына по плечу, что, несомненно, считалось проявлением невероятной доброжелательности с его стороны и Йен пулей побежал в свою комнату.             Он захлопнул за собой дверь и прыгнул на кровать, он радостно подпрыгивал и улыбался, как ребенок. Ему 16 лет, но в его жизни так мало было счастливых моментов и если нормальные дети переживают, когда их родители уезжают, то Йен точно не такой.       Через час машина Клейтона выехала из двора и Йен осторожно провожал ее взглядом, глядя через штору, чтобы отец не увидел его и не решил остаться. Когда его отец скрылся за поворотом, Йен подбежал к компьютеру и включил громко музыку. Ему редко разрешается ее вот так слушать, потому что отец часто работает и это ему мешает, а в наушниках громко слушать запрещает, потому что вечно кричит, что от этого портится слух. Йен же считает, что слух портится после того, как отец его бьет по ушам так, что потом несколько часов звон стоит.       Когда Йен закончил с математикой, он задумался, что же ему делать? До вечера еще полно времени, значит отец вряд ли позвонит по скайпу, поэтому можно сходить погулять. Парень накинул толстовку, обул кроссы и выбежал на улицу. Было немного прохладно, но толстовка здорово грела, поэтому Йен расслабился и шел, куда глаза глядят. Минут через двадцать он увидел знакомый дом и удивился тому, что ноги его сами сюда привели. На улице никого не было, поэтому он присел на качели и уставился в свой смартфон. У Йена была пустая страница в фэйсбуке, он завел ее однажды, чтобы попробовать найти свою маму, но по запросу: "Моника Галлагер" нашлось всего несколько страниц, но ни одна из них не принадлежала той самой Монике из его снов. Йен однажды спросил отца, как зовут других детей Моники, но получил подзатыльник и гневный выкрик о том, чтобы тот его о таком не спрашивал. Иногда ему очень хотелось найти кого-то из родных, но ничего у него не получалось, поэтому он просто оставил эту затею.       -Йен, ты опять здесь? - к нему подбежала Мэнди и села на соседние качели.       -Г-гулял и ноги сами сюда принесли, - честно ответил парень и посмотрел на нее.       Мэнди совсем не была похожа на Микки, она даже ростом была немного выше него, а черты лица совсем не такие, как у брата. Но в одном они были похожи очень сильно, их глаза горели ярким голубым пламенем, только у нее еще они отливали зеленью.       -Пошли к нам, у нас сегодня с братом запланирована кино-ночь, будем смотреть ужастики и потом друг друга пугать, - девушка схватила Йена за руку и тот немного напрягся, что не ускользнуло от ее взгляда, - да знаю я, что ты гей. Это я по-дружески.       Йен не поверил ее словам, никто не держал его за руку, тем более, по-дружески. Он улыбнулся и чуть заметно кивнул головой.       -А м-может пойдем ко мне, у меня отец уехал, но он д-должен будет позвонить через п-пару часов, чтобы проверить д-дома ли я.       -Боже, вот это контроль, - усмехнулась Мэнди и спрыгнула с качелей, - надо тогда уговорить Микки, этот кусок дерьма очень ленивый.       Они побежали к дому и уже через минуту громко шумели в холле.       -Что тут, блять, творится? - в холл вышел возмущенный Микки в одних только трениках, попутно пережевывая бутерброд.       -Йен зовет нас к себе, проведем у него кино-ночь, а то вдвоем совсем скучно.       -Так можно и у нас посидеть втроем, - закатил глаза Микки и откусил бутерброд.       -Мне п-просто надо быть д-дома, отец контролирует, - пожал плечами Йен и сунул руки в карманы.       -Тебе что, пять лет? - буркнул Микки и развел руками, - ладно, оденусь только. А пожрать у тебя что-нибудь есть, а то бутерброды заебали.       -Есть, - усмехнулся Йен и сам не ожидая того, пробежался взглядом по обнаженному торсу брюнета.       "Да уж, тело что надо, не то, что мое" - подумал Йен и сразу же отвел взгляд, но Микки уже направлялся за футболкой, так что от его глаз ускользнул этот оценивающий взгляд.

***       -Какого хуя, Галлагер? - возмущенно воскликнул Микки, когда Йен в очередной раз обыграл его на Xbox.       -Вы достали со своим футболом, мне скучно, - теперь уже возмущалась Мэнди, сложив руки на груди.       Йен только посмеялся и дернулся, потому что в кармане зазвонил телефон. Звонил Клейтон, но он должен был позвонить позже и по скайпу, поэтому Йен немного напрягся.       -Привет, пап, - как можно более спокойно ответил он.       -Щенок, - послышался в трубке разгневанный голос Клейтона и у Йена сердце рухнуло, - мне позвонил твой учитель и сказал, что тебя сегодня не было в школе!       -Отец, я в-все объясню, - испуганно воскликнул Йен и опустил голову, от хорошего настроения не осталось и следа.       -Когда я приеду, тебе несдобровать, я разукрашу тебе твоё лживое лицо так, что ты кровавыми слезами умоешься. Ты не пошел в школу, еще и соврал мне, ты же знаешь, как я к этому отношусь.       -Я тебя понял, - Йен старался говорить, как можно спокойней, чтобы его гости ни о чем не беспокоились, но в душе у него все рушилось.       Клейтон бросил трубку, он всегда так делает, когда слишком гневается или когда от злости не может говорить. Он бы побил Йена и успокоился на этом, но Йена рядом нет, значит он целых три дня будет копить злость, чтобы сполна потом вылить ее на сына.       Когда Йен убрал телефон, то заметил, как Микки настороженно на него косится, но он не мог ничего слышать, Йен сидел от него на достаточном расстоянии.       -Ну что? Будем смотреть киношку? - натянуто улыбнулся Йен и включил первый попавшийся канал.       Мэнди радостно вскрикнула и, захлопав в ладоши, прыгнула Йену на колени.       -Эй, - возмутился Микки, - не на моих же глазах на мужиков прыгать.       -Успокойся, этот парень-гей и у меня столько же шансов с ним переспать, сколько и с тобой, то есть ноль, - запротестовала Мэнди и взглянула на Йена.       -Какая к хуям разница, гей он или нет, ты все равно сидишь у него на члене, - сморщился Микки и пошел на кухню, чтобы открыть холодильник.       -Фу, Мик, вот ты все опошлишь, - зло крикнула Мэнди и слезла с колен Йена.       Пока Микки шарил по холодильнику в поисках пива, Мэнди не отводила от Йена взгляд, а потом задала вопрос, который смутил его еще больше, чем разговоры о его ориентации.       -А у тебя есть парень?       -Н-нет, Мэнди, - ответил Йен и потер вспыхнувшие уши.       Он ни с кем и никогда не разговаривал об отношениях, а тем более, об отношениях с парнями. Мэнди все это было интересно, потому что она считала, что иметь друга гея - это подарок судьбы, потому что это единственные парни, не считая родственников, которые не лезут в трусы и не хотят ее трахнуть.       -Микки, ты только посмотри, как он засмущался, воскликнула она, когда ее брат вернулся с тремя банками пива.       -А ты, блять, не задавай людям тупых вопросов.       Вечер пролетел быстро, в компании Микки и Мэнди Йен даже забыл о том, что через три дня знатно отхватит от отца. Ему никогда не было так весело и интересно, ведь никто не относился к нему также, как эти ребята. Им было наплевать, гей он или нет, заикается он или нет, они общались с ним также, как общались бы с любым другим.       Мэнди уже спала, когда Микки предложил Йену подышать свежим воздухом, и конечно тот согласился. Когда они шли по столь знакомой Йену улице, ее краски заиграли совсем иначе, он никогда не обращал внимания, что улица, на которой он живет может быть такой живописной. На улице дул легкий ветерок, раздувая волосы двух идущих по ней парней, Йен иногда бросал на Микки взгляд и размышлял, о чем же думает сейчас парень.       -И часто тебя бьет отец? - неожиданно спросил Микки и Йен будто бы врос в землю.       -Ты н-не мог слышать, - наконец ответил он.       -Мне не нужно было слышать, мне достаточно было видеть твое лицо, ты был напуган, сильно напуган, Йен, - ответил Микки и двинулся дальше.       -Нет, не ч-часто, - соврал Йен, но потом осёкся, - хотя... вообще-то, почти к-каждый день. Он меня ненавидит.       -Как можно ненавидеть своего ребенка? - возмутился Микки и уставился на Йена.       -П-просто он ненавидит мою маму, а на мне отдувается, - Йен только что ответил на вопрос, который задавал себе всю жизнь, ответ сам собой пришел в голову.       -И ты все это терпишь? Тебя ж, блять, и в школе пиздят и дома, - нахмурился Микки и остановился возле развесистого дерева.       -Мне некуда пойти, у меня т-только отец, который д-дает мне крышу над головой, кормит меня и одевает, а если я уйду, т-то что же, жить п-под мостом?       -Ты же сказал, что у тебя есть мама, почему ты с ней не живешь? - удивился Микки и посмотрел на Йена, которому эта тема сложно давалась.       -Отец забрал м-меня, когда мне б-было два года, я не знаю, где она живет и к-как ее найти. К т-тому же, отец говорил, что она и ее муж наркоманы и ж-живут в грязи.       -Если тебя папаша пиздит, то что мешает ему тебе врать?       Йен только пожал плечами и широко зевнул.       -Пойдем домой, а то з-завтра в школу, - наконец воскликнул он и в ответ услышал лишь насмешку и что-то похожее на: "слабачек".       Когда они вернулись, Мэнди все также спала на диване, а парни поднялись к Йену в комнату.       -Это твой рисунок? - спросил Микки, глядя на раскрытый блокнот, лежащий на столе. Йен ничего не ответил, лишь пересек комнату в два больших шага и схватил его, чтобы спрятать за спину.       -Что там? - в недоумении вопросил Микки и уставился на Йена.       -Это личное, - пробубнил тот и закинул его в ящик комода.       -Дай посмотреть, я никому не скажу, - запротестовал Микки и подошел к Йену, закрывающему собой комод.       Очевидно, это напугало Йена и он зажмурил глаза, ожидая, что его ударят.       -Эй, ты чего? - тихо произнес Микки, но Йен все прекрасно расслышал, потому что брюнет стоял практически вплотную, - я не собираюсь тебя бить или заставлять показывать мне рисунки, я просто попросил.       Микки сделал шаг назад и Йен, наконец, открыл глаза.       -Прости, что напугал, - голос Микки был серьезным и в нем чувствовалась вина.       -Н-нет, все хорошо, п-просто это уже рефлекс, - нервно хмыкнул Йен и отступил, наконец, от комода, - ты можешь лечь в к-комнате моего отца или м-могу постелить на этом диване. - Йен указал на пухлый диван, стоявший в углу комнаты.       -Конечно тут, не буду я спать в комнате твоего придурка отца, - нахмурился Микки, наблюдая за тем, как Йен достал из шкафа простынь и застелил диван.       Йен долго не мог заснуть, и Микки, хоть ничего и не говорил, но тоже не спал. Йен думал о том, что Микки был слишком близко к его лицу и при этом не хотел его ударить. Рыжеволосый пытался понять, что чувствовал в ту секунду, но ничего не мог вспомнить. Одно он знал точно, в его жизни появились люди, которым плевать на его ориентацию и его дефект речи, они спокойно общаются с ним и могут развеселить. Йен почему-то надеялся, что завтрашний день в школе не будет таким страшным и ужасным, если эти двое будут с ним рядом хотя бы на переменах. Погруженный в эти мысли Йен даже не заметил, как уснул.