Необратимый круг.

Из моих глазниц струятся кристальные слезинки, слезы отчаяния и осознавания того, что я лишь никчемный, ненужный мусор, который был хорошо потрепан временем. Я был обезнадежен, ты убил меня. Односторонние согласия наших сторон, искрометные слова и теплые фразы, сказанные тобою, твой мягкий голос, который резал мой слух. Я презирал, презирал свою судьбу, что подала мне тебя, как своего хранителя, ведь я был на волоске от собственной смерти, которая была бы долгожданной, если бы не ты, но ты остановился на мне, как на своей собственности, сделав своей куклой, которая которая беспрекословно подчинялась только тебе и дав второй шанс. Я устал, устал быть твоим рабом, быть плюшевой игрушкой в твоих когтистых лапах. Ты—ненавистный мною демон, хохочущий от своих представлений о том, что бы отпустить меня. Ты—мой мир, в который я был погружен с головой. Я был влюблен в тебя и сокрушился под ней, оставив лишь малую её часть. Я был наделен крыльями благодаря чувствам, которые я испытывал к тебе. Мои мысли о нашем расставании лишь усугубляли положение во вселенной, расшатывая и так сломавшуюся психику. По сути, я только пылинка среди тех, кого ты мог приметить для себя. Я лишь частичка всех тех, кто мог бы стать твоим. Но я устал, устал знать о том, что ты вскоре сам сдуешь эту пыль, уберешь частичку с себя, больше не обременяя нас от глубокой ненависти, поселившейся в наших сердцах, что равномерно бились в унисон. Так почему, почему именно я, скажи мне, почему? Я мог смотреть лишь на тебя, ты был рядом, я слышал, как ты что-то бормотал от недовольства. Я смотрел на то, как на сильном ветру красиво развивалась твоя воронья мантия, пыльная от праха, искренне не внимая тебе, зачем. Зачем ты так жестоко ведешь свою игру, аккуратно, но верно двигая нити моей души, заставляя неумолимо просить о помощи, кричать, что есть силы, теряя голос и надежду, которую ты мне однажды даровал. Я просил, я умолял тебя наконец отпустить, дать то, зачем я шел столь долгое количество времени, но ты лишь отшутился, Твой волшебный смех, который впился в мою душу настолько крепко, что надъедал, но я был необратимо влюблен в него. Твое присутствие рядом выворачивало меня наизнанку от страха и боли, которую ты мне причинил. Оно закаляло, но не давало почувствовать себя свободным. Ты—грязный садист, не боявшийся испачкать рук, а я тот, кто скоро растворится в твоей памяти при легком касании. Тот, кого ты вскоре забудешь, как и остальных. Тех, кого ты обрекал на вечный путь глубочайших страданий. Я обещаю, что когда-нибудь ты обязательно дотронешься до меня, лишь заливаясь звонким смехом, даже не сказав «Прощай», Я обещаю, что ты разрушишь этот необратимый круг, который был восполнен до краев лишь обидами и колкостями, который давал свои обороты, всегда начиная все заново, каждый раз делая лишь хуже и хуже. А ты все так же невинно смеялся, подавляя мое желание жить. У меня выступил холодный пот, что катился по лбу, когда ты приостановился, чтобы коснуться меня. Одновременно, я так сильно хотел, хотел погибнуть, окунаясь в твои объятья в первый и последние разы, но оставшаяся тяга к жизни и гордыня не давала сделать этого, не позволяла сдаться так легко, хоть и надежда давно погибла. Озлобившийся, протяжный и глухой рев, больными хрипами раздавался вокруг, отдаваясь сильным эхом. Ты убивал меня, ты мучил меня, мучил так, что мои последние дни станут настоящим адом. Адом, где судьей будешь лишь ты.