Скажи: "Я люблю тебя"

      Ко дню рождения я готовился основательно: заранее отправил родителей к родственникам и сестру к подруге. Сам же, купив большое количество алкоголя, сел и стал ждать Олега. Когда прозвенел долгожданный звонок в дверь, я обрадовался, а то последние полчаса переживал, вдруг не придет. Но первым лицезрел я не Огнезвездова, а гитару, которую тот держал в руках. Наверное, мой вид чем-то напоминал вид маленькой пятилетней девочки, получившей в подарок милого щенка. Я выхватил чехол из рук Олега, открыл молнию и достал любимый инструмент. Какая она красивая! Именно такая, была у меня год назад — ее сломали какие-то придурки во время драки. Провел большим пальцем по струнам. Какое звучание! Быстренько подкрутил колки, и все, инструмент настроен, хоть сейчас играй. Однако я начал убирать гитару обратно, в чехол.       Возникает вопрос, почему я не сыграл? Ответ довольно простой. Но обо всем по порядку. Пять лет назад я закончил музыкалку по классу гитара. Сам по себе у меня инструмент не особо вызывал симпатию, ну умею бренькать и что. Мое отношение к гитаре изменилось в злополучном 9 классе, когда я признался себе, что люблю Олега. Тогда у меня была депрессия, и чтобы не слоняться по квартире я стал играть. Пальцы перебирали струны, а я думал. Так часы за гитарой вошли в привычку, и я осознал, что автоматические движения пальцев складываются в печальную мелодию. После этого я завел тетрадь, в которую записывал придуманные сочетания звуков. И в тот момент я перестал играть для друзей, родственников, и даже для Олега, потому что гитара стала чем-то слишком личным, не для других. Она стала моей душой, моим внутренним миром, который не принято никому показывать. Это как содрать одежду с человека и выставить его на улицу — совсем нерационально. Вот собственно вся история моей любви к гитаре и нелюбви играть на ней для других.       Закончив убирать инструмент, я посмотрел на Олега. Все это время он просто стоял у порога и наблюдал за моими действиями, улыбаясь своей загадочной, притягательной улыбкой.  — Ну, что ж, я вижу, ты рад. Поздравляю с Днем Рождения! — только и произнес он.       Ну, а дальше все просто. Мы пили, смеялись, опять пили, ели, слушали музыку, болтали, снова пили. В какой момент Олегу удалось уговорить меня взять гитару, точно не помню. Однако, я начал играть, и не что иное, как самую первую придуманную мелодию. Волной обрушились воспоминания, и вот я уже не одиннадцатиклассник, празднующий свой День Рождения, а наивный подросток, который вдруг осознал, что влюблен в лучшего друга. Молодой пацан, у которого встал на парня. Пальцы правой руки зажимали лады, левой — тянули струны, но все эти действия были машинальными. Я забыл, где нахожусь, только перед глазами мелькали эпизоды из жизни.       В реальность меня вернул Олег, чьи губы аккуратным движением коснулись моих. Я, резко прекратив играть, с удивлением уставился на Огнезвёздова. Тот, в свою очередь, вытащил из рук гитару, поставил ее на пол, и опять прильнул к моим губам, попеременно полизывая то верхнюю, то нижнюю, постепенно углубляя поцелуй. Спустя мгновение, придя в себя, я начал отвечать, и вот мы уже чередуем страстные укусы с нежными касаниями. Не знаю, сколько длилось это безумие, но вскоре из-за катастрофической нехватки воздуха нам пришлось оторваться друг от друга. Однако Олегу этого явно было недостаточно. Не дав мне опомниться, легкими поцелуями он стал спускаться к шее, ключицам, пальцы в это время проворно расстегивали рубашку. А я плыл. Никогда в жизни не испытывал такого безграничного удовольствия, я буквально растворялся в наслаждении. Но, собрав остатки разума, я оттолкнул Олега. Не потому что не хотел, нет. Как раз таки об этом я мечтал последние два года. А потому что потом он будет жалеть о произошедшем. В жизни Огнезвездова эта ночь станет самой горькой, жестокой ошибкой. «Не пожалею» — шепчет он, и от этого шепота по коже разбегаются сотни мурашек. Ладно, пусть будет так, ты сам дал согласие, дальше остановиться я уже не смогу. В страстном поцелуе припадаю к желанным губам, руками стягивая футболку. Мгновение, и мы оба без одежды, прижимаемся друг к другу разгоряченными телами. Что было дальше, помню смутно. Поцелуи, неумелый минет в моем исполнении, процесс приготовления, само занятие любовью (назвать это обычным сексом язык не поворачивается) сохранились в моей памяти расплывчатыми картинками. Ярким пятном выделялся оргазм, который настиг неожиданно. Оргазм, высосавший из моего тела душу вместе с остатками алкоголя, оставивший лишь оболочку. Я не видел, как кончил Олег, только чувствовал. Как сжались мышцы ануса, как на мгновение напряглось, а потом расслабилось дрожащее тело. Нахожу в себе силы, чтобы выскользнуть из Олега, снять использованный презерватив, пойти и выбросить его. По-хорошему надо было остаться с Олегом, лечь рядом, обнять, погладить по мокрой от пота спине, поцеловать в приоткрытые губы и прошептать какую-нибудь нежную чушь, но я не смог. Просто испугался, а вдруг Олег пошлет, наорет, обвинит в произошедшем. Поэтому я сбежал на кухню, где подрагивающими руками умыл пылающее лицо, налил и залпом опустошил стакан воды. Сейчас нужно прийти в себя, успокоить разбушевавшиеся эмоции и бьющееся как сумасшедшее сердце. «Так, Антон, подумаешь, переспал с другом, в которого безответно влюблен вот уже как три года. Тебе было хорошо? Да. Олег кончил? Естественно. Вот и все. Конечно, на этом дружбе можно ставить крест, но будем надеяться на хорошее. Тем более, он первый тебя поцеловал. Если что, спишем все на алкоголь» — уговаривал я себя. После этих слов я вроде как успокоился, поэтому пошел обратно в комнату. Олег уже спал, лицо его было расслабленно, а на губах… умиротворенная улыбка. Какой же он красивый! И как я его все-таки люблю. И осознание того, что это неправильно ничего не меняет. Я уже не смогу разлюбить Олега. Не знаю точно почему, но уверен — не смогу.       Еще с минуту простояв у двери, боясь нарушить такую спокойную картину, я зашел в комнату и лег рядом с Олегом. В тот момент, лежа в одной кровати с Огнезвездовым, обнимая его, вдыхая родной запах, мне было комфортно. Все казалось настолько правильным, привычным, что, не сдержавшись, я прошептал: «Я тебя люблю». Всего три слова, но какой смысл. Все мои эмоции, чувства, переживания, страхи легли в эту фразу. И даже то, что Олег спал и ничего не слышал, меня не волновало. Главное — я произнес те слова, которые вот уже несколько лет не давали мне покоя. После признания определенно стало легче, и я смог наконец заснуть, покрепче прижав к себе Олега.       Утро следующего дня началось с чувства пустоты. Открыв глаза, я посмотрел по сторонам. Оказалось, Олега не было со мной в постели. Аккуратно, потому что, блять, пить столько не надо было, я сел на кровать. Голова пульсировала адской болью, а в горле образовалась пустыня Сахара.       Олег стоял в противоположном конце комнаты, около стула, и быстро одевался. Выходило это у него не очень — он запутался в штанах, и шиворот навыворот натянул футболку. Заметив движение, Олег повернулся и посмотрел на меня. Его бледное потерянное лицо настолько контрастировало со злым взглядом, что я испугался. Никогда не видел у Огнезвёздова таких эмоций. Даже тогда, в кафе. Стараясь развеять эту напряженную атмосферу, я бодро спросил:  — О, ты уже проснулся? Как себя чувствуешь? — Как я себя чувствую? А как ты объяснишь то, что произошло вчера? — начинает кричать Олег.       Не понимаю, о чем он. Он забыл? Ведь он сам первый поцеловал… Конечно, я осознавал, что он будет жалеть о произошедшем. Но чтобы наезжать на меня…  — Еще скажи, что ничего не было! Решил напоить меня и воспользоваться этим? Ни за что бы не подумал, что мой так называемый друг может так поступить.       Столько желчи в его словах. Глаза полны ненависти.       И напоследок, перед тем как уйти, полностью убил меня:  — Больше не желаю тебя видеть.       Все. Ушел, хлопнув дверью.       Прибежавшая на шум Даша удивленно интересуется, в чем дело. Не нахожу в себе силы объясняться с ней. Просто прошу оставить меня. Бессильно валюсь на кровать и начинаю думать. Анализировать произошедшее получается плохо. Единственная четкая мысль — стоит извиниться.       Ведь я так или иначе виноват. Не сдержался, хотя понимал — это плохо кончится. Тем более осознание всего произошедшего для Олега обернулось шоком.       Несколько минут верчу в руках телефон, не зная, что писать. Вдруг экран озаряется светом — пришло новое сообщение. — «Как вовремя, -подумал я — Опять какая-нибудь реклама». — Быстро открываю смс. Даже не утруждая себя читать, собираюсь удалить. Но взгляд зацепляется за отправителя. Олег. Просит встретиться в парке. Конечно, я согласен.       Быстро одеваюсь и выхожу на улицу. По пути обдумывая, для чего Олегу понадобилось встретиться со мной. Понятно, чтобы еще раз высказать все, что он обо мне думает. И попросить больше не звонить и не писать — прекратить всякое общение. Эти мысли я и поспешил озвучить Огнезвездову, который уже ждал в парке. — Я хотел извиниться. — Перебивает он меня.       Да еб твою мать, что за день сегодня такой. Все меня хотят свести с ума. А ведь сейчас только утро. Я же так до вечера не доживу. А Олег похоже чего-то успел наглотаться…  — Всего лишь вспомнил события вчерашней, кхм, ночи, — объясняет парень. — И хотел извиниться за то, что наговорил утром, и то, что спровоцировал тебя вчера. Ты же, явно не хотел этого, да и у тебя же девушки были раньше, а не парни…       Что, блядь, он городит? Да это чушь. Если бы я не любил этого тугодума, то ни за что не стал бы с ним спать…  — Погоди, ты же не хочешь сказать, что… — ошарашено, спрашивает Олег, не договаривая до конца.       Ну вот, еще не все потеряно. Не такой уж он и тугодум. Не могу сдержать смешок, но все же договариваю:  — Что я просто влюбился в идиота? Да, именно это я хочу сказать. Конечно, я понимаю, что тебе будет трудно это принять, но вовсе не требую взаимности, хотя твоё вчерашнее поведение…       Внимательно наблюдаю за изменениями на лице Огнезвездова. Легкий шок сменяется нелегким офигеванием. Мда, как бы скорую не пришлось вызывать. И милицию. А то за такое признание Олег меня точно прибьет.       Ну, а если серьезно, то я очень переживаю за Огнезвёздова, за себя, за наши нелегкие отношения. И весь этот сарказм всего лишь защитная реакция. На самом-то деле меня трясет, и мозг еле соображает. А так и не скажешь. — А… Да, я в порядке, но это не точно, — произносит Олег на мои безуспешные попытки привести его в себя.       Ну, а дальше следует то, что мой мозг отказывается понимать до сих пор. Огнезвездов подходит ко мне и целует. — Теперь счет 2:2. И да, ты влюбился в идиота, — отстраняясь, произносит он.       Сказать, что я охуел — это не сказать ничего. — Что это сейчас было, — заикаюсь, но все же нахожу в себе силы спросить. А в голове каша, ведь это первый раз, когда Олег сам проявил инициативу, причем на трезвую голову. — Бля, с первого раза не понимаем? Стоит повторить? — ухмыляясь, отвечает он. А потом уже серьезно продолжает. — Тох, я конечно ужасный тормоз, что не понял про твои чувства изначально. За это меня еще раз прости. А что касается сегодняшней ночи, то скажу одно — мне понравилось, мне было хорошо. Конечно, поясница ноет, — выразительный взгляд в мою сторону, — Но это такие пустяки по сравнению с тем безграничным наслаждением, которое я испытал. Да, я растерян, в шоке и еле сдерживаю себя, чтобы не шлепнуться в обморок от волнения. Но, все же, считаю необходимым поговорить с тобой на эту тему честно, чтобы, так сказать, расставить все точки над i. Что я чувствую по отношению к тебе? Сложный вопрос. Вряд ли это можно назвать любовью, но ты мне безумно нравишься. И не только внешними данными. Я хочу обнимать тебя, заботиться о тебе, чувствовать тебя. Хочешь ли ты того же, вот вопрос?       Не отвечаю. Просто жду, когда Олег договорит. Понимаю, еще не высказал все, что есть у него на душе. Вопрос — лишь формальность, и мы оба это знаем. Так же, как знаем на него ответ.  — Мне тяжело сейчас рассказывать тебе, что чувствую. Ведь, можно сказать, я стал педиком, голубым, гомиком, как называет общество, и мне страшно. Но не от того, что скажут люди — на них мне наплевать, а от незнания, что ждет впереди. И это странно, ведь мне изначально было важно чужое мнение.       Замолкает и внимательно смотрит на меня. Я тоже молчу. Пытаюсь прочувствовать тонкую границу, когда разговор перешел на такую личную и серьезную тему. Не могу понять. Сколько мы уже сидим в парке, на скамейке? Долго. Редкие прохожие подумают, что встретились два друга. Отчасти так оно и есть. Однако сейчас решается вопрос дальнейших действий, как моих, так и Олега. И вопрос этот очень важен для нас.       Одновременно с этим одолевают сомнения. Понимаю, какой я эгоист. У Олега вряд ли будет настоящая традиционная семья — хозяйственная жена и веселые детишки, если он останется со мной. И все из-за моего «хочу». Повел себя как последняя скотина.  — Ты чего? — торопливо произносит Олег. — Даже не начинай себя корить. То, что произошло — не только твоя вина. Это было и мое желание. Пусть я был пьян, но все равно хотел. И я несу ответственность за свои поступки.       После этих слов я немного успокаиваюсь и облегченно выдыхаю.       Вы знаете, что такое любовь? Когда ты не ходишь, а летаешь; когда на твоем лице постоянно глупая улыбка; когда ты не можешь думать не о чем больше, кроме своего любимого. А я знаю. И мне выпала огромная честь испытать это безграничное чувство.       Родители замечали изменения со мной, но ничего не спрашивали, а лишь тихонько улыбались. Дашка же наоборот пыталась выпытать подробности, однако я молчал. Ведь не зря говорят: счастье любит тишину. А я могу смело сказать — я счастлив!       Мы с Олегом начали встречаться. Первую неделю я буквально не мог в это поверить, но Огнезвездов заставил убедиться, что это правда.       Да, хоть я и понимал, Олег не сможет полюбить меня сразу. Но я готов был ждать. Ведь только в разных романах бывает любовь с первого взгляда. В настоящей же жизни долговечнее другая — когда ты влюбляешься в человека постепенно: в каждую черточку, в каждое действие.       Впрочем, именно так я и полюбил Олега.       Одно только омрачало наши отношения — невозможность проявления нежных чувств в людных местах. Если дома мы обнимались, целовались и вели себя беззаботно, то на улице, в школе этого позволить себе не могли. И это было единственным недостатком. А так, все было лучше, чем я мог подумать. Мы с Олегом даже вместе планировали совместное будущее. Хотели после экзаменов переехать в другой город и поступить в один ВУЗ.       Но все рухнуло.       Я начал чувствовать, что что-то не так уже утром. Трудно объяснить, с чем это было связано, я сам толком не понимал. Все вроде было как обычно: встал, умылся и позавтракал. Но чувство тревоги не отпускало меня. Слоняясь по квартире, я не знал, чем себя занять. Звонить Олегу не стоило, он должен был полностью провести этот выходной с родителями. Однако, Огнезвездов написал сам.

Антон, нужно встретиться в парке через час. Срочно.

      Гласило сообщение. Вот так, без эмоций, просто слова. Тревога только усилилась, но я не стал накручивать себя раньше времени. Просто оделся и медленно побрел в парк. Сколько встреч уже было там? Счастливых и печальных, какая же будет сегодня?       Дошел до места встречи я раньше Олега, поэтому сел на скамейку и стал ждать. Скоро подошел и сам Огнезвездов. По эмоциям на его лице я понял, что все еще хуже, чем я думал.  — Антон, я должен тебе честно сказать, — начинает Олег, а мне уже становится страшно. Не могу усидеть на месте, поэтому встаю со скамейки. А Огнезвездов продолжает. — Постарайся понять правильно. Все, что было между нами — простой эксперимент, который в своей жизни я постараюсь больше не вспоминать.       Сердце пропускает удар, бухает куда-то вниз, к земле, а потом усиленно начинает биться, вырываясь из грудной клетки. Я все понял, передо мной не надо оправдываться. По тому, как ты закусываешь губу, как прячешь глаза. Это не розыгрыш, это суровая правда. Не хочу слышать извинений. Ты сам принял это решение. Мне в твоей жизни больше не место.        Разворачиваюсь и иду в глубину парка. Все вокруг как в тумане.       Но солнце продолжает светить ярко, по сторонам разносится веселый детский смех, парни и девушки ходят за руки и воркуют, а птицы заливисто щебечут. Обычный день конца мая. А для меня сейчас, только что рухнул мир. Я сижу на качели, потеряв счет времени, и вспоминаю. Как все начиналось — с глупой попытки отвадить девушку, и, как все закончилось — неожиданно и бесповоротно. Я всегда был наивен, и жизнь не раз доказывала мне это.       Вот и история с Олегом тому подтверждение. Я люблю его, а он меня нет. Все просто, как дважды два. Нет, я не злюсь и не обижаюсь на Огнезвездова. Мне просто больно. Я постараюсь забыть, ведь время лечит. Но будет тяжело.       Жаль, что у этой истории нет хэппи энда.