Я просыпаюсь в холодном поту Я просыпаюсь в кошмарном бреду Как-будто дом наш залило водой И что в живых остались только мы с тобой.
Я не знаю с чем можно сравнить то, что произошло тогда. Горный обвал? Землетрясение? Цунами? Извержения вулкана? Не знаю. Наверное, у операций по зачистке и не может быть никаких поэтических сравнений. Во всех природных явлениях есть своя завораживающая, хотя и порой жестокая красота, а вот в зачистках… в них нет ничего красивого — это просто нудная, кровавая, но порой жизненно необходимая работа, которую на чужие плечи не переложишь. Реборн сравнивает подобные действия мафии в отношении организаций подобных Союзу с действиями вычищающего гнойную рану хирурга. Занзас… Он считает себя и своих людей, чуть ли не воплощением Мистера Пропера и устал убирать всякий мусор еще будучи подростком. Плох ли подобный самообман? Не знаю. Просто… каждый справляется с трудностями по-своему. А я — Виндиче, но мне, кажется, что я с этим совершенно не справляюсь и эта ноша не для моих плеч. Просто… Кадис ушел оставив меня в компании Музаки, Виктора, Реборна и Верде ровно на три часа сорок семь минут, и то, что я так возненавидела перестало существовать: Ихса Этрама ди Кэйафас, Лагус Традио, Химера… Муж истратил почти все свои жизненные силы на это и погрузился в сон. Каждую ночь, прокравшись мимо бдительного Виктора я устраиваюсь возле помогающего сохранить жизнь мужу гроба и свернувшись клубочком на холодном полу, не в силах заставить себя смежить веки и хоть немного поспать. Я почти не чувствую нашей духовной связи. Я до ужаса боюсь того, что меня обманывают и на самом деле гроб… пуст. От бессилия и глухой тоски сводит зубы и ноют кости. Мне кажется, что я не справляюсь.И что над нами — километры воды И что над нами бьют хвостами киты И кислорода не хватит на двоих Я лежу в темноте.
Почему? Ну, почему он решил всё сделать в одиночку? Почему?! — … Леди Хикару, Мастер просто не мог поступить иначе. — Я знаю, Виктор. Я знаю, — «… но, от этого не легче» так и остаётся не произнесённым, потому, что в глазах мужчины вижу отголоски боли родственной моей собственной… Не знаю, сколько раз мы повторяли эти фразы друг другу, но создаётся ощущение, что кто-то запер нас в одном бесконечно повторяющемся дне и выбросил ключи на морское дно. — … Куфу-фу-фу, ну, и выбор же ты сделала, милая Хром. Из-за действий твоего муженька у тебя пламя поседело, куфу-фу-фу, — срывается Мукуро, после очередной попытки привести меня в чувства и я вижу, как в его взгляде мешаются в ядовитый коктейль жалость, сожаление, чувство вины и ненависть… Не знаю, что он тогда прочел в моих, но при следующей встрече почему-то просит прощения. И подозрения о том, что под крышкой гроба, стоящего в одной из комнат дома в котором я живу, одна пустота — крепнут, а моё слегка желтоватое пламя окончательно теряет цвет становясь белым, как подвенечное платье. — … Жди, — коротко приказывает мне брат и я с облегчением вздыхаю, отказываюсь от пришедших в голову планов по покорению параллельных миров… Одного короткого слова от Кеи мне вполне достаточно, чтобы убедить себя в том, что мои страхи не имеют ничего общего с реальностью. Что Кадис просто спит. Что такое слово, как «вечность» однажды перестанет пугать своей пустотой. Что каждую ночь, я слышу не только собственное дыхание… Не только одно…Слушая наше дыхание Я слушаю наше дыхание Я раньше и не думал, что у нас На двоих с тобой одно лишь дыхание. Дыханье…
«…Изменения в ДНК всех прошедших проверку согласившихся на её проведение испытуемых отсутствуют, однако, в ходя исследований удалось выявить, что сама их энергетическая структура перенесла серьёзные изменения приведшие к снятию предела Хейфлика…» На середине отчета я теряю сознание, чтобы очнуться в блокирующих пламя кандалах, и… не испытать ничего, кроме лёгкой досады. Даже распивая чай под речь, неизвестно каким чудом умудрившегося выжить во вовремя устроенной на Союз полномасштабной охоты. — … Что? — переспрашиваю я, а фарфоровая чашка в руках несмотря на все попытки сохранить остатки выдержки идёт сетью мелких трещин. — Хм… Думаю теперь Вы, леди Хикару, сполна ощущаете то же, что испытывал он, когда вы частично блокировали связь, чтобы не позволить тянуть через Вас его жизненную силу. Конечно, сейчас, ситуация несколько иная и… — Что ж, если всё действительно именно так, то только что с моей стороны Вы получили индульгенцию. Я не дам Вас убить, даже если Вы украдёте меня еще парочку десятков раз, — на моём лице, впервые неизвестно за сколько времени появляется улыбка. Слабая, неуверенная, но искренняя. Блокираторы и наручники совершенно не мешают просто встать и уйти, чтобы оказаться рядом с гробом и пылать в попытках передать хоть кроху своих жизненных сил Кадису.Я пытаюсь разучиться дышать Чтоб тебе хоть на минуту отдать Того газа, что не умели ценить Но ты спишь и не знаешь…
Лорд оборотней, сумевший навести порядок среди своих сородичей и спихнуть с себя это бремя на более молодого волка заявляется как гром среди ясного неба и разнеся в жарком споре с Виктором где-то половину Сеула берёт меня за шкирку и вытаскивает из дома, чтобы устроить кругосветное путешествие от одного бара к другому. У обоих напиться почему-то не особо выходит, зато замечательно выходит выплакаться на широкой груди Серого Волка. Время неповоротливо, медленно, нехотя и со слышимым только мне скрипом начинает свой ход. Секундная стрелка моих часов вздрагивает, чтобы сдвинуться вперёд. По возвращению в дом, у меня впервые получается уснуть рядом с гробом. Мне снится странный сон, в котором я долго блуждаю по снам благородных, пока не оказываюсь рядом с Кадисом. -… Ты недолжна быть здесь… — почему-то пугается он, на что я обняв его и плача от счастья говорю. — Место жены рядом с мужем. Прошу, не отбирай это право у меня… Не отбирай… Прошу… Я просыпаюсь от звука собственных всхлипов, с тяжелой головой, абсолютно разбитой и с ощущение сосущей пустоты там, где обычно полыхает моё пламя, но… именно в этот миг пробуждения я перестаю бояться того, что гроб пуст — в глубине сознания поселяется, что всё будет хорошо, что моё ожидание не напрасно. Я готова молиться на это похмелье и пить не просыхая, но… привожу себя в порядок, завтракаю и пью сладкий чай под напряженным взглядом Виктора. Моя мечтательная улыбка, лихорадочный румянец и бледный вид заставляют его волноваться и подозревать непонятно в чем. Я не знаю, как объяснить ему то, что я чувствую, как поделиться открывшимся мне знанием, чтобы не испугать еще сильней. Ведь это всё так похоже на сумасшествие.Что над нами — километры воды Что над нами бьют хвостами киты И кислорода не хватит на двоих Я лежу в темноте.
Всё происходит как-то буднично. Кадис просыпается и мы вместе идём завтракать. Только… Виктор, как впрочем и многие другие благородные первый раз (а не которые и не в первый) видя его падают в обморок, а Музака истерично ржет не в силах и слова выдавить, что-то пытается объяснить на пальцах, но они ходуном ходят и ничего у него не получается объяснить и он просто уползает, чтобы не умереть от смеха. В противоположность благородным мафиози на пробуждение Кадиса никак не реагируют, абсолютно. Я просто закрываю глаза на весь ворох этих странностей и живу, живу…Слушая наше дыхание Я слушаю наше дыхание Я раньше и не думал, что у нас На двоих с тобой одно лишь дыхание.
— Леди Хикару? — удивляется моему внезапному появлению несчастный Роктис, а затем его глаза приобретают форму идеально круга, когда я одеваю подавляющие пламя наручники на свои руки. — В действительности всё оказалось иначе, чем ты сказал мне, поэтому хоть я и не дам тебя никому убить, но парочку десятков раз украсть меня тебе… придётся. — Но… почему? — Гроб был пуст.Слушая наше дыхание Я слушаю наше дыхание Я раньше и не думал, что у нас На двоих с тобой одно лишь дыхание. Но слушая наше дыхание Я слушаю наше дыхание Я раньше и не думал, что у нас На двоих с тобой одно лишь дыхание. Но слушая наше дыхание Я слушаю наше дыхание Я раньше и не думал, что у нас На двоих с тобой одно лишь дыхание. Дыханье…
________________________________ * Наутилус Помпилиус — Дыхание -