Вторые близнецы на Тип-Топ

      Тяжелое, обрывистое дыхание. Липкое, мокрое лицо с прилипшими к нему волосами. Сухие губы и пересохший рот. Мокрые красные глаза. Снова кошмар. Как же ее это достало. Она зарывается пальчиками в волосы, утыкаясь лицом в колени. Голова забита, но в то же время полностью пуста. Сквозь весь этот шум, до нее доходит одна мысль: «Выпить таблетку!». Блонди распахивает глаза, слазит с кровати и, шатаясь, идет к столу. Открывает полку, доставая пачки таблеток, ищет нужную, разбрасывая все остальные. Наконец-то, на дне, находит то, что искала. Рвет упаковку, берет три таблетки, пока остальные рассыпаются. Глотает, морщится. Садится на стул, успокаивается. — С этим надо что-то делать… Это не может так продолжаться… — прошептала Денни, лежа на своих руках.       Так не заметила, как уснула.       Утром ее разбудил сначала стук, а потом и шаги в ее комнате. Резко образовавшаяся тишина напрягла Пикетт, но не надолго. Следом раздалось тяжелое «Твою мать, Ден!» Зака, из-за чего юница напряглась лишь сильнее. Юноша, заметив, что спина искривилась в напряжении, выдохнул. Подошел к ней, кладя руки на плечи, начал гладить по ним. Успокоившись, Денни села ровно. — Да, Зак? Что? — подняла голову, глядя на него заспанными глазами. — Снова? Почему ты… — Я пью таблетки, пью. Только их не на всю ночь хватает. — вздохнула. — Слишком психика расшатана. — Ясно. — Мартин тяжело вздохнул. — Сказать об этом Валлок? — Пожалуй надо. Но после уроков. Я зайду к ней перед сменой в баре. — она встала.       Блондин сложил руки у нее за спиной. — Думаешь, тебе стоит работать? — Да. Не хочу тухнуть в каюте. — Если станет плохо — будешь тухнуть. — Ладно, как скажешь. — улыбнулась.       Чмокнув девушку в лоб, отстранился и рухнул на кровать. Денни же в свою очередь взяла вещи и ушла в душ на долгие полчаса. Зак даже удивился этому, ведь пока они жили в одной каюте, тогдашняя соседка тусила в ванной по несколько часов. А тут… раз, два и вышла. Но он решил не заострять на этом внимания.       Выйдя из ванной, Пикетт стала шарить в шкафу в поисках нормальной одежды. Если она хочет вернуть все на круги своя, надо бы ей вернуться к своему прежнему стилю и забыть о всей этой темной и бесформенной одежде, которою она затаскала уже до ужаса. В этом и была ее главная проблема сейчас — найти, что надеть. Проблему усугубляет то, что Мартин начинает ее подгонять, и девушка вообще теряется. Психует. — Да заткнись ты уже! — кричит на него юница.       Парень собирается возразить, но замечает, как она всклочена и замолкает.       Отвернувшись от парня, она продолжает поиски. Выбрасывает одежду из шкафа, ищет, ищет, ищет. И каково же было ее счастье, когда она нашла то, что искала. Улыбка мелькает на бледном лице, и блонди начинает быстро переодеваться, не обращая внимание на то, что Закари сидит в благородном шоке. Нет, он видел ее в белье и не раз, но сейчас было что-то не так. То ли из-за того, что он давно ее видел в таком виде, то ли из-за того, что ее тело очень бледное, буквально просвечивающееся, и очень худое, будто кожа просто натянута на кости, то ли из-за обеих причин. — Господи, Ден… — непроизвольно вырывается у юноши. — Да, я знаю, что выгляжу паршиво, не напоминай. — фыркает она, натягивая на себя рубашку. — Ты же скелет! — Ничего. Прорвусь. Как всегда. — вздыхает.       Мартин встает и подходит к ней. Притягивает к себе. Пикетт утыкается ему в грудь, вдыхая запах его одеколона. Она чувствует, как хватка крепчает, как Зака раз за разом прошивает дрожь. На лице девушки появляется слабая улыбка, после чего она встает на носочки и целует бойфренда в губы. — Не волнуйся, не исчезну. Так просто от меня не отделаешься. — усмехается. — Я и не хочу отделываться. — забрасывает ее на плечо и выносит из комнаты так быстро, что юница едва успевает схватить свою домашку.       Сказать, что уроки прошли весело — ни сказать ничего. Все уроки сегодняшнего дня были сорваны. А все потому, что к Бейли, Коди и иногда Денни вернулось пристрастие к перебиванию Тотвейлер. Не сказать, что они делали это специально, но уроки все же были сорваны — Эмма распсиховалась. Причем так, что старшая Пикетт чуть не стала жертвой учебника истории, который женщина в нее бросила, когда Ден снова ее поправила. Книга пролетела в миллиметре от ее виска, но юница даже не дернулась. Она уже видела такие вспышки злости у учительницы и как-то спокойно к ним относилась.       Как только прозвенел звонок, Тотвейлер выгнала всех из кабинета. Но Денниэл даже не дернулась. — Ден, ты идешь? — Зак нахмурился, заметив, что его девушка не встала. — Пока нет. Иди, я тебя догоню. — улыбнулась и закрыла за ним дверь на ключ.       Подошла к женщине. — Эмма, как ты? — положила руку ей на плечо.       В глазах рыжеволосой стояли слезы. — Я… я… Майк… меня бросил! — она уткнулась в свои руки, громко плача.       Юница вздохнула, обнимая преподавателя за плечи. — Не плачь, этот придурок не стоит твоих слез. — подняла ее голову, стирая слезы со щек. — Но он же… — Был красивым? Знаю. Чем красивее снаружи, тем гнилее внутри. Не забывай об этом.       Тотвейлер опустила голову. — Эм, найдешь ты еще свое счастье. Не переживай. — Ты думаешь? — Я знаю. — улыбнулась. — Я в этом просто уверена.       Эмма, улыбнувшись, обняла ученицу. Та же в свою очередь, погладила ее по волосам, успокаивая.       Когда Денни пришла на смену в бар, было уже три часа дня. Зака уже сменил Бен, а самого юноши нигде не наблюдалось. Тяжело вздохнув, девушка надела наушники и приступила к работе. Осмотрев всю площадку никого знакомого, кроме Майи, она не заметила от чего стало еще скучнее. Даже вечное желание уничтожить Беннет куда-то ушло.       Отпустив всех из бара, Пикетт устало уткнулась на стойку. Но не прошло и пяти минут, как до ее головы дошла тряпка, которой бармен протирал столешницу. Подняв ее за пучок, протер под ней и положил обратно, продолжая свой путь. — Хэй, Ден, ты чего? — послышался голос однокурсницы.       Денниэл подняла голову, выравниваясь. — Ничего. Я в норме. — нахмурилась она, напрягаясь ее тону.       Он был какой-то… заботливый. От этого юница поежилась. Ее напрягали такие перемены в отношении себя этой девушки. Особенно, после прошлого триместра. Уж слишком много всякого дерьма от нее было.       Майя, заметив эту подозрительную моську, усмехнулась, опустив голову. — Я знаю, после того, как я вела себя в прошлом триместре по отношению к тебе, у тебя нет повода относится ко мне хорошо. Мне правда жаль, что я так ужасно себя вела. Я не знаю, что на меня тогда нашло. — шатенка смотрела вниз на свои руки.       Пикетт также опустила взгляд. — Тебе правда жаль? — она уставилась на собеседницу.       Беннет кивнула. — Тогда все в норме. — улыбнулась. — Правда? — на лице Майи расцвела улыбка. — Правда.       Тихо вереща, девушка напала на Денни с объятиями, вызывая у нее смех. Но последняя все же ответила на объятия. Почему она ее простила после всего того, что было? Девчонка просто вспомнила, что она больше не в училище, где прощение является сильно порицается, так же как и человечность. Она сейчас на лайнере SS Тип-Топ, где ее окружают такие же неидеальные люди, как и она сама, которые совершают ошибки и оступаются, и что им тоже надо давать второй шанс. Ведь они всего люди. Как и она сама.       Денниэл сидит на крыше, глядя на простор безграничного океана. Водная гладь красно-розовая от отражающегося в ней неба и яркая от бликов заходящего дневного светила. Красиво, да?       Но девушка так не считала. Из-за мыслей, которые крутились в ее голове, она считала себя безумной и до паники стала бояться этого простора воды. От чего? В ее светловолосой головке крутились мысли о том, насколько океан огромен и непостижим; о том, сколько чудовищ обитает там, на дне; о том, наскольно все люди ничтожны по сравнению с ними. Ее стала пугать глубина этого пока спокойного «монстра», океана.       В один момент она могла спокойно рассматривать этот прекрасный пейзаж, а в другой — начать плакать от страха из-за того, насколько глубоко до дна и что все, кто там внизу, дикие и безжалостные. Да уж… И это с ней сделала расшатанная психика. Чудо, что она еще от всего шугаться не начала. Все эти мысли об океане заставляли панику подниматься к горлу, блокируя дыхание. Она просто задыхалась от страха и слез.       Эти панические атаки стали пугать ее друзей. И действительно, это очень страшно наблюдать, когда человек, который казалось ничего не боялся и всегда был оптимистом, медленно теряет над собой контроль и буквально сходит с ума от страха. Да и еще не стоит забывать, что она только недавно перестала чувствовать себя в безопасности. Гребаные Лагуна Бич и упрямство старшей Пикетт. Почему она никогда никого не слушает?!       История стала меняться. Все это знали и понимали. Денни теряла себя в панике так, как терял себя Зак в своей депрессии. Тогда она его спасла, теперь его черед отплатить ей тем же.