Еще один раз

На свой бой Гокудера успевает в последний момент. Сасагава, Ямамото, Тсунаёши, Реборн и парочка попугаев-неразлучников в лице медика и иллюзиониста уже ждут в средней Намимори, как и Вария с замененными судьями. Битва двух гениев потрясает. Большинство присутствующих — интуиты и во время боёв никогда не задумываются над следующим ударом досконально, тем интереснее наблюдать за теми, чьи атаки продумываются до мелочей. Применяемые техники поражают, ведь создать динамит, меняющий направление своего движения, и стилеты, которые нужно крепить к леске за доли секунды, может прийти в голову не каждому писателю-фантасту. Взрыв, устроенный Гокудерой, задевает Бельфегора, и смотреть на поле боя пропадает всякое желание. Принц-потрошитель впадает в состояние Халка «Крушить-ломать», и это вызывает скорее брезгливость, нежели страх. Следующая за этим практически мясорубка отталкивает. А почти победа подрывника сопровождается подбадривающими криками. Заявление Червелло о необходимости соединить две половинки Кольца приводит к катанию по полу, ведь ни у одного из противников нет возможности продолжать бой полноценно. Предупреждение о взрыве всех кабинетов, отданных под арену, слишком внезапно. Победа в соревновании мафии кажется бессмысленной, когда на кону стоит жизнь друга, поэтому Тсуна и ребята с Шамалом всячески пытаются образуметь Хаято. Савады впадает в отчаяние, когда даже просьба вернуться живым, чтобы смотреть вместе фейерверки и играть в снежки не помогает, ведь Гокудера всё ещё хочет выиграть состязание больше, чем жить. Беспомощный взгляд в экран и с двух сторон на плечи опускаются руки с хоровым «Будешь должен». — Ку-фу-фу, Бомба, а правда ведь, лучше сдохни там, тогда никто не помешает мне стать Правой Рукой Десятого и уничтожить мафию. — Согласна, мне ещё прошлого раза твоего лечения по горло хватило. Ламбо на твоём фоне выглядит просто душкой. Не сопротивляется, не обзывается, принимает все необходимые таблетки. — К тому же, Хаято, обещаю, в Аду тебе понравится, по собственному опыту говорю. Там жарко и всё взрывается. Или, если не повезёт, наоборот, холодно и скользко. Тсунаёши во все глаза смотрит на это «подбадривание» и готов то ли затыкать нерадивых помощников, то ли аплодировать им стоя, ведь Гокудера, кажется, пытается сбросить с себя Бельфегора и сбежать с арены. Внезапный взрыв скрывает от зрителей происходящее. Тсунаёши падает на колени, пробираемый дрожью, парень почти уверен, что потерял друга в жерновах мафии. Стоит только убраться лазерной решетке, и Енна срывается с места в глубь здания, Мукуро бежит следом, но не успевают подростки пробежать и пары десятков метров, как из дыма прямо в руки медика выпадает обгоревший подрывник. — Кто ещё станет Правой Рукой, ананасовоголовый! Джудайме! Я вернулся! — речь была бы чуть более эпична, если бы после последней фразы Хаято не потерял сознание. — Ку-фу-фу, кто ж претендует на одну руку? Нам бы всё тело, эх. Тсуна готов прямо сейчас пойти и отпраздновать «воскрешение» Хаято. Помочь Эспозито оттащить раненого подальше от разрушенной части здания принимаются все вонголята. На такое искреннее единодушие Шамал лишь хмыкает, здесь справятся и без него. Начавшую зубоскалить Варию прерывает рушащаяся стена и гимн Намимори, раздающийся из-за её обломков. Появление Хибари воспринимается Тсуной почти как второе Пришествие. ГДК вырубает Леви-а-Тана подножкой, когда вариец пытается напасть. Несмотря на заверение Червелло, что всё будет восстановлено в лучшем виде за счёт их Семьи, после увиденного в школе разгрома, вокруг Хибари начинают клубиться тучи фиолетовой ауры убийства, а обещание загрызть до смерти уже не кажется таким метафоричным. — Ку-фу-фу, Кёя-кун, а ты знаешь, что крыша второго корпуса частично отсутствует и прикрыта пламенем Тумана? Это я тебе как иллюзионист говорю, — подброшенные в «огонь» «дрова» горят почти в адском пламени. Попытка остановить Хибари в состоянии «берсерка» заканчиваются плачевно для очередной Червелло и Такеши, почти плачевно для Реборна. И если Ямамото удостаивается лишь полёта до ближайшей целой стены, судья оказывается поднята тонфой над полом за горло, ведь портить школу может только сам Хибари. Репетитор-киллер удостаивается усмешки и комментария «Не впечатляет» на обещание спарринга. Успокоить «Грозу всея Намимори» («Ку-фу-фу, Кёя-кун, а я думал что Гроза Намимори — это безвременно почивший Ламбо. Ай-яй-яй! По хохолку-то за что?! Ладно! Временно почивший в больнице!») удаётся только обещанием домашних гамбургеров на ужин. Условие про помощь в транспортировки Гокудеры в то же место было принято благосклонно. Уже устроившись на диване в гостиной дома Кокуё и уплетая за обе щеки обещанные Кёе гамбургеры, мальчишки с упоением рассказывали о битве Урагана ММ, Чикусе, Кену и Хром, получая в ответ комментарии от слушающих. На периодические вопли Гокудеры с кухонного стола подростки пытались не обращать внимания, ибо «Я хочу присутствовать при рассказе о моих подвигах ради Джудайме! А ещё я боюсь эту женщину и её подвал».