Белый ветер

Писалось под Tori Amos – Siren ~~ Я, нацепив на себя толстовку Чихо и спрятав лицо и волосы под капюшоном, быстрым шагом пересекла фойе больницы. Даже специально подождала минут двадцать, пока в здании появятся первые пациенты, чтобы не вызывать любопытных взглядов, хотя приехала как раз к открытию. О том, что я сейчас здесь, должно было знать как можно меньше народа, а потом пусть хоть все кости мне перемоют. Зачем я пришла на работу? Нет, вовсе не скандалить с Ю-Квоном и уж точно не для того, чтобы делать вид, будто ничего не произошло. Не маленькая уже вести себя как форменная истеричка, но и строить из себя святошу не стану. Даже Чихо одобрил мой выбор, которым я не преминула поделиться с ним, попутно пересказывая историю Минхёка сразу после пробуждения. И, тем не менее, другу совсем не понравилась идея, что я пойду одна, он даже грозился привязать мою руку к своей, но всё же сдался, позволив самой решать свои проблемы. Всё же он слишком за меня переживает после злополучного расставания с Минхёком. Хотя, Чихо тоже можно понять – о том, сколько нервов на меня потратил друг, даже представить страшно. Но больше я его не подведу, потому что хочу как и раньше быть ему опорой, а не человеком, с которым никто не станет делиться переживаниями, потому что он и со своими справиться не может. - Здравствуйте. Можно войти? - несколько неуверенно произнесла я, поклонилась и тут же влетела в кабинет главврача, пока не попала под прицелы любопытных глаз своих коллег. Здесь я бывала всего лишь раз - в день, когда устраивалась на работу, но, как ни странно, чувство неудобства прошло довольно быстро. Может потому, что старый диванчик в углу; широкий рабочий стол; массивный стул напротив двери; человек, сидящий в кресле; и даже чашка рядом с монитором компьютера - совершенно ничего не изменились. - Почему вы так одеты? – раздражённо спросил мужчина, явно недовольный больше всего тем, что я ввалилась к нему во время утреннего распития кофе. - Я бы хотела подать заявление на увольнение, что для этого нужно? - чётко проговорила я, даже и не думая извиняться за вторжение. Мне и так сложно справиться со всеми своими внутренними баталиями, на тему: «на что мы будем покупать еду, не говоря уже об оплате квартиры». - Ха Ныль, вы уверены в своём решении? – на лице главврача отразился целый спектр эмоций и я точно не поняла, то ли он радуется, то ли психует, то ли ему вообще всё равно. - Да, я уверена, - кивнула я, окончательно уверовав в то, что пути назад уже нет. *** - Я уволилась, - вместо приветствия произнесла я, протискиваясь в квартиру мимо сонного Минхёка. Судя по тому, что на его щеке отпечаталась часть клавиатуры, спал он не в кровати. - Поздравляю, - как-то совсем пофигистически проговорил он, закрывая за мной дверь. – Кстати, об этом… - интонация в его голосе мне совсем не понравилась, я замерла со снятой кроссовкой в руках и перевела вопросительный взгляд на собеседника. Но Минхёк, встретившись с моими глазами, тут же замолчал, словно набрав в рот воды, тем самым вызывая у меня лёгкое раздражение. А уж когда он растерянно отвёл глаза, я и вовсе вышла из себя – не люблю, когда хотят что-то сказать, а вместо этого ломают комедию, чтобы их уговаривали поделиться. - Не говори мне, что ты накосячил, и на самом деле Ю-Квон лапочка и сущий ангел, - простонала я, уже всерьёз раздумывая над мыслью прибить Минхёка прямо здесь, сжатой в пальцах кроссовкой. А потом я бы стала дико хохотать над его изувеченным телом, совсем как в малобюджетных фильмах ужасов. Пафосно? Зато избавилась бы от проблемы раз и навсегда. И некому бы стало вызывать во мне странные желания. И не ради кого мне было бы ущемлять свои принципы, гордость, да и всё существо в целом. И жить мне стало бы скучно… - Нет, я не о том, - отмахнулся парень, вырывая меня из раздумий, результатом которых могло стать моё вечное спокойствие или же, напротив, ещё более глубокая бездна, такая же, как тёмные карие глаза, которые сейчас нетерпеливо смотрят на меня. Спросонья Минхёк явно не заметил жажды крови, отразившейся на моём лице, потому просто предложил: – Пойдём чай пить, отпразднуем начало новой эры в твоей жизни. Я, немного успокоившись и решив пока не убивать парня, протопала следом за ним на кухню. Недовольно вдохнула запах кофе, который здесь уже не только поселился, но прописался, и скоро захватит близлежащую территорию - коридор и гостиную. Интересно, как давно Минхёк начал играть в детектива и почти перестал спать? - Так что ты там говорил по поводу моего увольнения? – напомнила я, давая понять, что всё ещё жду продолжения этого разговора. - Ммм… - протянул Минхёк, вытащив из холодильника свежий, на вид, торт. Он словно ждал моего появления и заранее подготовился. Даже обидно стало от такой предсказуемости и я невольно надула губы, тут же смахнув пальчиком сладкий воздушный крем с края лакомства. – Это не так важно, давай мы позже обсудим, - парень улыбнулся и подставил мне под нос чашку с ароматно пахнущим чёрным чаем. – Ну что, выпьем за новую жизнь? *** Я с трудом вырывалась в реальность и пыталась вспомнить момент, когда всё пошло не так, как планировалось. С каждым разом получалось всё сложнее, а времени на то, чтобы адекватно мыслить, становилось ещё меньше. Наверное, зря я попыталась разбудить щекоткой клюющего носом в чашку Минхёка. Не стоило и обнимать его за шею, когда он, притянув меня, усадил к себе на колени. И совсем глупо было отвечать на поцелуй, зарываясь пальцами в непослушные тёмные волосы у него на затылке. В кармане джинсов завибрировал мобильный, а я даже внимания на него не обратила, пытаясь стащить с Минхёка домашнюю футболку, от которой пахло не дорогой туалетной водой, как от всех вещей парня, а его телом, шоколадным гелем для душа и немного потом. От этой смеси ароматов мне окончательно снесло крышу. Я и думать забыла о том, чтобы выбраться из его рук, блуждающих по моей спине под широкой толстовкой лучшего друга. Нетерпеливо прикусив не до конца зажившую губу, я вырвала из горла Минхёка недовольный и болезненный рык. В поцелуе тут же появился лёгкий металлический привкус его крови, от чего я почувствовала себя сбрендившим хищником, который вместо того, чтобы сразу сожрать свою жертву, садистски прокусывает острыми клыками тонкую кожу и тут же зализывает оставленные им раны. Губа Минхёка уже вовсю кровоточила, а я лишь довольно рычала, прокусывая её ещё в одном месте. От резкой боли парень впился мне в бока пальцами, наверняка оставляя после себя вскоре посинеющие пятна. И плевать. Такого дикого желания получить кого-то, я ещё никогда в жизни не испытывала. - Пойдём в спальную, - прошептал Минхёк, пока я оторвалась от него, чтобы стащить с себя толстовку. Его руки уже вовсю сжимали мои ягодицы, правда пока через джинсы, а чуть замутнённый взгляд нетерпеливо блуждал по быстро оголяющемуся телу. - А чем тебе здесь не нравится? – так же тихо проговорила я, уже ему в губы. Идти никуда не хотелось, я боялась что пропадёт то немного дикое желание, с привкусом крови Минхёка и нашего, одного на двоих, безумия. - Здесь я вообще-то готовлю, - усмехнулся он, хотя уже уверенно стаскивал с меня джинсы, а я чуть приподнялась, чтобы ему было легче расправиться с ненужной одеждой. - Так приготовь меня, - недовольно прорычала я в ответ на дурацкую отговорку. - Жареная Ха Ныль, - этот чёртов придурок не сдержался и начал банально ржать, вызывая во мне уже несколько другое желание – треснуть чем-нибудь тяжёлым по голове и всё сделать самой. - Просто заткнись, - простонала я, хватаясь за резинку его домашних штанов и спускаясь к коже у него на шее. Мне безумно хотелось прокусить её, так же как и губу, чтобы отомстить за смех и вновь почувствовать привкус крови на своих губах. Как ни странно, Минхёк правда замолчал, и теперь не только мне одной стало плевать, где мы находимся. Парень, что-то недовольно пробурчав, сгрёб меня в охапку и быстро закинул на стол. От соприкосновения с холодной поверхностью, я тихонечко вскрикнула, вцепляясь в Минхёка руками и ногами. Я, всё ещё не привыкнув к контрасту разгорячённой кожи и, казавшейся ледяной, столешницы, недовольно впилась ногтями в кожу на его спине. В ответ на это пальцы Минхёка принялись грубо ласкать мою грудь, вызывая внутри какие-то ранее не знакомые ощущения. Всё же это в первый раз у меня, когда удовольствие так сильно граничит с болью. Но, кажется, мне это даже нравится. Минхёк наклонился ко мне за очередным поцелуем, но я увернулась и вцепилась зубами в его шею. Не слишком сильно, но так, что тело надо мной немного вздрогнуло. И вот уже его руки нетерпеливо стаскивали с меня бельё, тут же раздвигая мне ноги. Я вцепилась в его шею сильнее и на этот раз, почувствовав капельку крови на языке, подалась ему навстречу всем телом. Нам обоим уже всё равно, что царапины запекутся тонкими коричневыми нитями по всему телу, что кожу расцветят синеватые кровоподтёки, а искусанные губы ещё долго будут заживать, трескаясь от каждой неверной улыбки. Просто сегодня мы немножко сошли с ума. И эти новые ощущения поглотили нас с головой, превратили в одно рычаще-стонущее в унисон существо. Боль не всегда сопровождает отчаяние и безысходность. Сегодня я это слишком хорошо поняла. *** Поясница немного ныла, но, забравшись под одеяло и в тёплые объятия Минхёка, я без труда забыла о ней, как и о сотне других «травм». Глаза слипались и бороться с усталостью уже не было ни сил, ни желания. Я просто уткнулась носом в пораненную мной же шею парня и стремительно проваливалась в сон. - Я уезжаю, - где-то на грани сна и реальности до меня донёсся глухой голос Минхёка. – Больше не могу работать в больнице - ни с твоим отцом, ни с У Бином, - я испуганно сжалась и попыталась разомкнуть ресницы, молясь, чтобы всё услышанное было лишь плодом моей дурной фантазии. – Друг отца давно звал меня к себе в Сан-Франциско и вот я, наконец, решился, – мои веки отказывались разлепляться, а голос Минхёка становился оглушающе-громким. Мне казалось, что теперь он звучал не только в комнате - ещё немного, и весь мир услышит сказанные им слова. Было страшно. Очень. И я постаралась поскорее заснуть, чтобы больше ничего не слышать. Чтобы можно было притвориться на утро, будто бы этих слов не было. Может они и правда сотрутся. Не только из моей памяти, но и вообще отовсюду. - Поедешь со мной? - я не знала, правда ли это спросил Минхёк или, может, к тому времени мой организм уже спал, а сжалившийся мозг просто подкинул лучшее, как ему показалось, развитие событий.